Канарейка для миллионера (СИ) - Старкова Рина - Страница 25

Никогда раньше таким вопросом не задавалась. Потому что думала, что никто никогда такого мне не подарит!

Степан Ефимович открывает передо мной заднюю дверь огромного внедорожника, и я ныряю внутрь. В салоне тепло. И бесконечные вспышки, от которых уже в глазах рябит, наконец-то прекращают своё преследование.

Волков садится на переднее сидение, и личный водитель плавно выезжает с парковки, стараясь не сбить никого из людей. Они шумят что-то в открытое окно, а у меня уже все их голоса сливаются в общую неразбериху.

— Ну как ты? — мой фиктивный жених оборачивается ко мне с тёплой улыбкой.

— В шоке, — еле шевелю губами.

— Поздравляю с помолвкой, — врывается в наш диалог мужчина за рулём.

— Спасибо, Андрей! — Степан Ефимович так по-свойски хлопает водителя по плечу.

Я закрываю глаза.

Мне безумно хочется побыть одной. Подумать. Помечтать. Кажется, что я ввязалась в игру, которую не потяну морально. Все эти люди с фотоаппаратами утомили меня за двадцать минут, а терпеть мне их предстоит весь ближайший год. Я так устала, что не чувствую ног. И спать хочется жутко.

Смотрю в окно на мелькающие фонари, в ряд выстроившиеся вдоль трассы. Мы едем быстро, уже вскоре городские многоэтажки сменяются пейзажами полей и елового леса.

— Уже сегодня новость о помолвке разлетится! — голос Андрея звучит вдалеке. Я будто нахожусь с ними, но не тут. Рассудок медленно уплывает.

— Да, нужно будет усиливать охрану, чтоб от Ники ни на шаг. Не хочу, чтобы она пострадала… И вообще…

Но я уже не слышу. Я проваливаюсь в сон.

Мне снятся дети.

Новорождённые.

Много.

Будто я иду по больничной палате, осматривая сотню детских лиц. Малыши завёрнуты в цветные пелёнки так туго, что не могут шевелиться. Останавливаюсь. Лицо младенца кажется мне знакомым. Наклоняюсь ближе, провожу пальчиками по лобику смешного сморщенного сони, улыбаюсь. И чувства такие тёплые, греющие изнутри. А лицо у грудничка такое родное. Малыш распахивает сонные глаза и зевает. Сплошное умиление.

Идеальная картина. Столько детей, но никто не орёт.

— Вероника, приехали! — голос вырывает меня из сна.

Я растерянно смотрю по сторонам. Волков и его личный водитель уставились на меня.

— Ты уснула? — Степан Ефимович улыбается.

— Нет!

Меня пробирает зевота.

— Ври правдоподобнее, — босс будто делает замечание, и я невольно морщусь.

Да, врать мне придётся много. Всем. Разыгрывать комедию, будто я ну очень счастливая невеста, а потом и жена.

Мы выходим, и я с интересом рассматриваю дом. Здоровенный. С панорамными окнами. Белый, просторный, но лаконичный. Без резных колонн и статуй, которые украшают усадьбу Орловых.

— Как тебе? — Степан Ефимович кивает головой в сторону постройки.

— Не знаю, — растерянно выпячиваю губы.

Дом большой. Слишком. По меркам миллионеров, может, и нормально, но мне кажется, что пространства в этом доме больше, чем необходимо человеку для жизни.

Когда заходим внутрь, чувствуется чистота и уют. Даже и не скажешь, что тут живёт холостяк.

Дизайн слаженный, в чёрно-белой цветовой гамме. Просторный коридор отгорожен чёрной аркой от столовой, где горит свет. Белые выкрашенные стены украшены светильниками и картинами. Слева от лестницы вписался чёрный лакированный стол, а на нём огромная ваза с египетскими узорами. Книжный чёрный шкаф по правую сторону и белое кожаное кресло. Видно, что всё подробно на заказ, все предметы интерьера перекликаются между собой. Просторная гардеробная ограждена небольшой стойкой. Нет того величия и размаха, которое я видела в доме Орлова. И это радует.

Достаточно уютно.

— Здравствуйте, Степан Ефимович, — полноватая женщина средних лет появляется возле нас. Она широко улыбается, на меня даже не смотрит.

— Лиза, всех собери. У меня новость, — Волков равнодушно взмахивает рукой и поворачивается ко мне. — Я познакомлю тебя с персоналом. У меня не много людей в доме, но все они важная часть моей жизни.

Лиза скрывается в столовой.

Я киваю. Хочу уже остаться одна и как следует выспаться. Сон в машине не помог, только ещё больше меня обессилел.

— Все пришли, господин, — Лиза выглядывает из арки, и мужчина уверено берёт меня за руку.

Мы проходим в столовую, и я растерянно смотрю на присутствующих. Двое здоровых амбалов, мужчина в поварском колпаке, девушка в костюме горничной, смешной мужичок в розовой рубашке и Лера. Они сидят за столом, болтают. Стоит нам появится, шум стихает.

— Добрый вечер, друзья. Знакомьтесь, это Вероника. Моя невеста. Она теперь будет полноправной хозяйкой дома. Вы должны помочь ей освоиться и почувствовать себя здесь родной.

Персонал удивлённо таращит на меня глаза, все, как один. Я натягиваю улыбку, но от усталости уже голова кругом.

— Виктор, покажи Нике её комнату, — Степан Ефимович кивает, и мужчинка в розовой рубашке встаёт из-за стола.

— Пройдёмте, госпожа, я вижу вы очень устали, — он перебирает ногами, шаркая по полу смешными тапочками.

Мы поднимаемся на второй этаж. Я не в силах смотреть по сторонам, глаза на ходу слипаются. Что такое? Откуда это сонное состояние?

— Прошу вас, это ваша спальня. Настенька всё подготовила. Я сейчас принесу ваши вещи, — Виктор распахивает передо мной одну из дверей, и я вхожу в огромную комнату.

— Я приехала налегке, — сообщаю, осматриваясь.

— Я знаю. Степан Ефимович для вас всё подготовил.

Прохожу и падаю на кровать. Сил нет. Совсем. Вчера я тоже пришла домой без сил, забегалась в офисе по личным поручениям господина Волкова. Потихоньку осваиваю новую профессию.

Кровать настолько мягкая и просторная, что в ней можно утонуть. И покрывало приятное. Уснула бы прямо так, даже платье и туфли не помеха.

Смотрю в потолок с множеством мелких светильничков. Огромное окно завершено голубыми шторами, пропускающими лёгкий свет уличного фонаря. В этой комнате есть всё необходимое. И телевизор напротив кровати в пол стены, и тумбочка рядом. А шкаф кажется просто великаном. И всё такое гармоничное, сочетающееся. Голубое покрывало с кипельно-белыми подушками, голубые шторы, белая тумбочка с голубыми ручками, белый зеркальный шкаф. Ламинат светло серый, а на нём белый пушистый ковёр. И дверь. Нет, не входная. А рядом, ещё одна. Тоже белая.

Я встаю и с интересом иду туда.

_31_

— Госпожа, ваши вещи, — Виктор появляется так резко, что я вздрагиваю.

— С-спасибо! — заикаюсь.

— Там ванная комната, господин всё для вас подготовил. И шампуни, и скрабы, и пенки. Полотенца в ящике у зеркала. Фен внизу рядом с раковиной. Халат там, на крючке. Хм… — забавный мужчина щурится, кашлем поправляет голос и продолжает. — Мне позвать Настеньку, чтобы она разложила ваши вещи?

— Что? — мои брови изгибаются дугой.

— Простите, госпожа. Позвать домработницу?

— Я прекрасно расслышала. Вы думаете, я не справлюсь сама? — недовольно смотрю на Виктора, и тот нервно дёргает губами. Складывает их уточкой и расслабляет, снова складывает и расслабляет.

— Спасибо, я всё разложу сама, — выговариваю мягче.

Странный мужчина. Какой-то дёрганный. Наверно, Степан Ефимович совсем его загонял.

— Хорошо, тогда, может, сказать Константину про ужин? Что вы хотите? — Виктор бледнеет на глазах.

Уж не знаю, что с ним не так, но вид у него болезненный.

— Да, кефир с тремя ложками сахара, — коротко отвечаю я, стараясь быть мягкой и улыбаться.

Ещё не хватало, чтобы персонал меня не взлюбил. Будут пакостить на каждом шагу, а я так хочу просто спокойно жить.

Виктор кивает и покидает мою спальню.

Я прохожу в просторную ванную комнату. Как и обещано, тут есть всё, что нужно. Даже больше.

Встаю под душ, чтобы смыть с себя усталость и успокоиться перед сном. Надеюсь, сегодня ко мне больше никто не придёт.

Чёрт! Я же попросила у Виктора принести кефир.