Петербург как предчувствие. Шестнадцать месяцев романа с городом. Маленькая история большого приключ - Макарова Дарья - Страница 74

Еще мы успели полюбоваться классическим и сдержанным в архитектурном оформлении Итальянским дворцом, выстроенным для князя Меншикова, и футштоком – прибором для измерения уровня моря. Слегка промокли под дождем, но остались очень довольны экскурсией по старинному городу.

Спустя двенадцать месяцев мы вновь едем в Кронштадт, чтобы посетить проходящий здесь фестиваль кузнечного мастерства «Кузница счастья» и немного прогуляться.

Проезжаем дамбу и хмуро-серый под пасмурным небом Финский залив. Выйдя из автобуса, проходим мимо Гостиного Двора, Морской библиотеки и по-прежнему таинственного и романтично-пугающего Обводного канала, в котором, я все же уверена, водятся русалки. На водной глади белыми пятнышками покачиваются чайки. Единственная аллея в сквере, тянущемся вдоль Обводного канала, так же уютна и словно приглашает не спеша пройтись по ней. Памятник Беллинсгаузену на прежнем месте, и вокруг него творится некоторый ажиотаж благодаря обступившим его туристам.

Величественный Никольский морской собор, к которому мы сейчас направляемся, как сообщалось в новостях, пока находится на реставрации. Он был освящен в апреле, и сейчас здесь периодически проходят службы. Большую часть времени он закрыт, и подтверждением этому является окружающий его глухой металлический строительный забор. Просторная Якорная площадь многолюдна, но большая часть туристов сконцентрировалась возле исторической чугунной мостовой и памятника океанографу и полярному исследователю вице-адмиралу Макарову.

Полюбовавшись на собор, мы решаем двинуться прямиком на фестиваль, который проходит на территории Музея истории Кронштадта (ул. Ленинградская, 2). Открываем GPS-навигатор, направляющий нас по Интернациональной, а затем Пролетарской улицам (количество названий, связанных с идеологией прошедшей советской эпохи, просто зашкаливает!). Многие встречающиеся нам дома довольно изящны и не лишены архитектурной привлекательности, но, видимо, давно не реставрировались и выглядят потрепанными.

На пересечении Пролетарской улицы и Лазаревского переулка мы видим необычную постройку в стиле модерн – каменный особняк с парадным подъездом и башенкой, увенчанной шпилем. Красивейшее старинное здание, как ни странно, находится в запустении: окна выбиты, стены облуплены, у парадного входа «просвечивает» кирпичная кладка. Как сообщает историческая справка, когда-то на этом месте располагалась усадьба русского флотоводца, первооткрывателя Антарктиды, адмирала М.П. Лазарева. Потом для нужд Общины Красного Креста в 1915 году здесь был выстроен рассматриваемый нами сейчас особняк.

Лазаревский переулок со старинной булыжной мостовой переходит в зеленую улочку Мануильского, а затем – в Ленинградскую улицу. Музей истории Кронштадта совершенно поражает наше воображение: выполненный в стиле классицизма, он представляет собой вертикально вытянутое здание, украшенное шестиколонным портиком. В прошлом оно играло роль башни городского водопровода (с флигелем): по сути, внутри этого великолепного, хотя и несколько нестандартного дворца находились две паровые машины в восемь лошадиных сил каждая, подающие воду в городскую сеть (госпиталь и бани).

Возле музея мы видим интересную скульптуру-фонтан «Водовоз», изображающую водовоза, наливающего воду в бочку. Здесь разместились торговые палатки с различными поделками и продуктами питания. Я впечатлена колбасой из оленины и кабанины, а также несколькими привлекательными на вид сортами меда.

По другую сторону здания бывшего водопровода располагаются экспонаты Кронштадтского международного экологического фестиваля искусств, представляющие собой арт-объекты из различных бывших в употреблении материалов. Особенно привлекает внимание стремительно летящий «Кронштадтский Пегас», созданный из досок от старых бочек.

Кузнечный фестиваль вольготно раскинулся на соседней поляне. Горящий огонь в горнах, стук и звон молотов… Кузнецы, работающие с наковальнями, выглядят достаточно сурово. Рядом с ними толпятся туристы – пробуют молоты в действии. На столах разложены различные хитроумные поделки из металла – в виде цветов, насекомых и даже… женских туфелек на каблучках. Очень изящная работа. Как странно, что она сделана из столь грубого материала.

Наше внимание привлекает демонстрируемая здесь полная амуниция средневекового рыцаря: шлем, палица, меч и кольчуга. Сначала Руслан осторожно пробует на вес длинный меч, затем неподъемную кольчугу. Пытается пристроить на голову шлем, но он оказывается мал: похоже, принарядиться в эту интересную штуковину сможет лишь ребенок. Желающих померить рыцарский наряд довольно много, поэтому мы вскоре отходим и делаем круг вокруг фонтана, расположенного напротив Музея истории. Однако Руслана не покидает беспокойство: он все же хочет попробовать надеть тяжеленную кольчугу. Я пытаюсь отговорить, но это бесполезно. Пережидаем небольшую очередь. Увесистое одеяние выскальзывает у меня из рук, когда я помогаю Руслану натянуть его. Как же в прошлом несчастные рыцари справлялись с этой кучей железа? Уму непостижимо… Покрасовавшись в кольчуге с мечом и испачкав свою белую водолазку, довольный Руслан покидает импровизированную примерочную.

Неподалеку, как сообщает нам карта, расположен Финский залив, и мы решаем прогуляться до него. Напротив здания Музея истории находится похожее на него классическое сооружение с шестиколонным портиком и треугольным фронтоном – бывшая лютеранская церковь Святой Елизаветы, где после Великой Отечественной войны устроили насосную станцию для городского водопровода.

Там, где Ленинградская улица переходит в Тулонскую аллею, ведущую к заливу, мы видим старинную гауптвахту, за которой стоит чудесная часовня в византийском стиле – Спас на Водах. Часовня с трех сторон украшена мозаичными иконами в фигурных киотах и похожа на сказочный терем.

Тулонская аллея ведет мимо живописного заросшего сиренью стадиона, ворота которого оформлены в стиле сталинского ампира. Здесь начинается городской пляж: светло-желтый песок, деревянный настил, ведущий к воде, и мрачноватый Финский залив. Пасмурная прохладная погода сегодня не прельщает любителей пляжного отдыха. Зато можно вдоволь надышаться морским воздухом, чем мы и занимаемся, облокотившись на перила у самой кромки воды и разглядывая виднеющийся вдали неизвестный нам форт. Еще нас веселят местные объявления, написанные от руки фломастером в лучших традициях ушедшей советской эпохи и вещающие о доступности здесь зоны wi-fi и наличии биотуалета.

Начинающийся тихий дождь ненавязчиво «выгоняет» нас с пляжа. Похоже, дождливая погода и Кронштадт – две совместимые вещи. Напротив пляжа есть еще один выход к воде, где наблюдается оживление. Подходим ближе и узнаем, что сейчас здесь проходят съемки какого-то фильма и доступ закрыт. Пожав плечами, открываем зонтик и медленно возвращаемся по Тулонской аллее на улицу Ленинградскую, откуда с помощью GPS начинаем прокладывать обратный путь до кронштадтского Гостиного Двора, напротив которого останавливается рейсовый автобус до Петербурга.

На перекрестке улиц Интернациональной и Аммермана стоит изящный, с ажурными балконами, дом купца Дружинина, построенный в ΧΙΧ веке. Вообще Кронштадт можно назвать в некотором роде противоречием: одни улицы смотрятся так, словно перенесены сюда из ΧVΙΙΙ–ΧΙΧ веков, другие «пришли» из советской эпохи. И никакого намека на современные постройки, которыми изобилуют окраины Питера. Сплав прошлого притягателен. Кажется, что время здесь остановилось. И совершенно не хочется, чтобы Кронштадт в чем-нибудь изменился.

По дороге домой Руслан с удовольствием вспоминает про кольчугу, а я думаю о пустующей бывшей Общине Красного Креста. Дождь между тем уютно шелестит по крыше автобуса…

Дома мы готовим яблоки с ветчиной и имбирем и творожные сырники. Завтра на работу. День пролетел совершенно незаметно.

Путешествие по трем островам

Офис, в котором работаю, расположен довольно удачно: пятнадцать минут пешком до метро, приятное кафе в шаговой доступности со вкусными и недорогими бизнес-ланчами, а также множество старинных домов в округе, коими можно любоваться. Но главным преимуществом была и остается близость к Крестовскому острову.