Холод, пламя и любовь (СИ) - Заам Иван - Страница 50

Внутри пахло вкусной ароматной выпечкой. Я ожидала увидеть небольшую уютную комнату, но к моему удивлению мы оказались в огромной светлой гостинной с пятью окнами по одной стене и тремя по другой. Внутренний простор совсем не вязался с внешним видом маленькой избы колдуньи.

Комната была уставлена высокими стеллажами, заполненными на одних полках книгами, а на других стеклянными баночками и деревянными шкатулками. В середине стены, возле полок с кухонной утварью, находилась длинная приземистая печь, из белого камня. На верхней поверхности, языки пламени, выходившие из отверстий жаровни, нагревали сковородку и пузатый металлический чайник. В сковородке что-то шипело, а из изогнутого чайного носика шел пар.

В центре гостиной стоял большой стол с резными стульями и мягким зеленым креслом, по всей видимости целиком покрытом мхом.

— Проходите, проходите. Чувствуйте себя, как дома, — сказала колдунья, когда я не решалась сделать шаг.

— Благодарю, — ответила я.

Вроде здесь у окна, возле двери, должна находиться стена. Я выглянула на улицу и увидела крайний угол дома. Действительно, дом внутри был раз в пять длиннее чем снаружи. Я подошла к следующему окну и увидела совсем другую картину. В этот раз внешний облик дома полностью соответствовал размерам гостинной.

— Как такое может быть? Спросила я у Эдварда, стоящего рядом со мной?

— Мы находимся в параллельном мире, — ответил он.

— Круто! Никогда еще не был в параллельном мире! — радовался Грин.

— Да вы находитесь в моей небольшой вселенной. Я сама все это создала. Вы присаживайтесь. Обычно ко мне редко в гости заходят. Пришлось на скорую руку соорудить уютное место, поэтому не судите строго. Присаживайтесь, скоро будут готовы оладушки, — любезно сказала Акебер, устроившись в мягком кресле.

Я поблагодарила колдунью и села за стол. Эдвард присоединился к нам.

— Значит за этими окнами совсем другой лес? — обратилась я к колдуньи.

— Верно, другой. И он гораздо меньше, чем тот который за окном возле двери. Что у тебя с рукой, Виктория? — поинтересовалась колдунья.

— Это просто царапина, но как вы? Как вы ее увидели? — спросила я, чувствуя неловкость.

— Не смущайся, добрая душа. Поверь мне, я вижу гораздо больше, чем можно увидеть глазами, — улыбнулась Акебер, — До свадьбы заживет. Заглянешь в Молвную рощу, там тебя обязательно подлечат, местные друиды.

Вдруг, шипящая сковородка взмыла в воздух, подбросила блин, и ловко поймав его, со звоном приземлилась на плиту.

— О Боже! Это человек невидимка? — спросила я в испуге.

— Нет, что ты, я живу одна. Это просто магия, — ответила колдунья.

— Невероятно! — удивилась я.

Эдвард и Грин спокойно молчали, будто вокруг ничего необычного не происходило. Приготовление блинов на плите продолжилось. Готовый блин отправился в миску на кухонной столешнице, а половник из кастрюли залил новую порцию теста в сковороду. Я задумалась, глядя на эту необычную картину: “Как бы было замечательно владеть такой магией. Сколько всего можно было бы успеть по дому, по работе”

Тут мои размышления прервал чей-то шепелявый голос из окна.

— Чудефного тебе дня, колдунья Акебер, и фам челофеческие суфества! — на подоконнике сидел бобер.

— И тебе! — помахала рукой колдунья.

Я будто язык проглотила, и лишь кивнула, ничего не ответив.

— Я слыфал, что здесь…

— Привет, Бобер! — обрадовался Грин, и спрыгнув с меня, подбежал к окну.

— Г-г-грин! Прифет! Неужели это прафда? Я так рад, что ты фернулся!

Грин вскарабкался на подоконник и обнял своего друга:

— А я то как рад! Ты не представляешь через, что мне пришлось пройти! Кстати это мои друзья Виктория и, — он запнулся, — Это не совсем мой друг, в общем его Эдвард зовут.

Бобер любезно представился и я ответила ему тем же. Эдвард угрюмо молчал, словно его что-то раздражало, когда он видел этих сказочных существ.

— Здесь все животные разговаривают? — удивленно спросила я.

— К сожалению, да, — ответил Эдвард, закрыв лицо ладонью.

— Вик, меня Бобер зовет… То есть меня там все ждут! Я буду в Молвной роще! Хорошо? — спросил Грин.

Я улыбнулась своему другу и сказала, что чуть позже обязательно к нему присоединюсь. Грин скрылся за окном.

— Так что вас привело ко мне? — спросила колдунья.

В этот момент на стол приземлились глиняные чашки и тарелки. Прилетел чайник и каждому из нас налил ароматный напиток, пахнущий медом и травами. Посередине плюхнулась миска, наполненная свежеиспеченными блинами, от которых поднимался пар и исходил приятный сдобный аромат.

— Виктория не из нашего мира. — ответил Эдвард.

— Не из нашего мира? Как интересно, — глаза Акебер еще сильней засветились.

— Вы поможете мне вернуться домой? — спросила я.

— Подойди ко мне добрая душа.

Я подошла к колдунье, и она взяла меня за руку.

— Чувствую в тебе есть скрытая сила. Какая именно пока не могу понять, но точно не человеческая. И что-то еще… Невероятно… Предсказание Иракель начинает сбываться! Ты мессия!

— Что вы имеете ввиду?

— Твоя судьба спасти этот мир от зла.

— О нет, это какая-то ошибка. Как я могу спасти мир от зла?

— Придет время ты узнаешь.

— Но это бессмыслица! — меня одолело дикое волнение, — Вы меня точно с кем-то путаете. Я не способна даже сдать экзамен в автошколе.

— Таково предсказание, — колдунья махнула пальцем, и со стеллажа прилетела и раскрылась толстая книга в кожанном переплете.

Страницы были исписаны символами похожими на арабскую вязь. Акебер положила ладонь на текст:

— Итак, одно из самых первых предсказаний Иракель, с древнего языка магов переводится примерно так: «И придет прекрасная дева с волосами красными, как солнце на восходе, и глазами полными любви. И спасет она мир от зла и тьмы, бушующей вокруг нас. А тот, кто овладеет девою прекрасной, навсегда восстановит мир на земле наших предков, в последнем бою, и будет править народом Трехречья и всего Средиземья на веки вечные»

— Это наверное о ком-то другом, — я присела в смятении.

— Это говориться о тебе, Виктория. В этом я уверена. Да, забыла уточнить. Чтобы верно понять изложенное, тут есть небольшой нюанс. Думаю не все, кто разбирается в языке магов знает об этом. Слово “владеть” имеет несколько смыслов. Ох уж это слово, — колдунья рассмеялась, — Владеть каким либо предметом — это одно, но владеть живым существом — это другое. У нас, магов, к живому немного другое отношение, нежели у людей. Владеть живым существом можно только с его согласия. Если не дословно перевести, а со смыслом, то тут имеется ввиду овладеть ее сердцем.

— Эдвард, ты знал об этом предсказании?

— Знал. Многие позабыли о нем, ведь уже лет тридцать о колдуньи Иракель ничего не слышно.

— Уже столько лет прошло? — удивилась Акебер, — Как же быстро летит время.

Я обдумала предсказание колдуньи и с подозрением посмотрела на Эдварда:

— Так вот значит зачем я нужна тебе! Влюбил меня в себя и теперь надеешься править всем миром?

— Нет! Это не так! У меня даже в мыслях не было воспользоваться тобой. На самом деле я, — он остановился, задумчиво посмотрев в пол.

— Эдвард говорит правду. Я чувствую это, — сказала колдунья.

— Ты не договорил. Что ты хотел сказать? — взволнованно спросила я у Эдварда.

— Не важно, — он отмахнулся, — ты правда влюбилась в меня?

— Я не знаю, — неуверенно ответила я. А сама подумала, что люблю, но признаться было страшно.

” Вдруг Эдвард именно этого и ждал? Услышать мое признание. Может он меня тоже любит?” — хотелось задать ему этот вопрос, но пауза затянулась и момент я упустила.

— Ну с этим пожалуй вы разберетесь без моей помощи, — прервала молчание колдунья.

Эдвард задумчиво смотрел на меня.

“Даже если и любит, и что с того? Он все равно женится на принцессе. А я… я просто деревенская девушка” — я постаралась выбросить эти мысли и сосредоточится на том, для чего сюда пришла: