Папа для Лисички (СИ) - Янова Екатерина - Страница 40

— Я так и понял, но мы ее сегодня обязательно уговорим.

Господи, зачем я согласилась? Ну зачем?

Как они меня уговорили?

Стою на этих проклятых коньках, ноги трясутся от страха, руками я вцепилась мертвой хваткой в бортик.

Все! Не сойду с этого места.

Лисичка с Максом выделывают в метре от меня всякие опасные пируэты, слышу их задорный смех, а у меня паника шурует по венам. Мне кажется, как только я оторвусь от борта, тут же полечу во всего маху головой об лед.

Вдруг меня сзади обнимают ласковые руки.

— Ты такая забавная, когда боишься… — шепчет Максим мне в ухо. — Расслабься.

— Легко сказать. Я не могу.

— Я тебе помогу, — отвлекает поцелуями в шею.

— Максим, тут люди кругом.

— Хреново, согласен. Надо будет как-нибудь арендовать каток только для нас.

Его рука ныряет мне под теплый свитер.

— Ай! У тебя рука ледяная, — от неожиданности отпускаю руки от бортика, хватаюсь за наглую ладонь.

И понимаю, что в этом моя ошибка. Макс резко отворачивает меня от бортика, откатывает подальше.

— Нет. Нет, верни меня место, — пищу в ужасе.

— Ни за что!

— Предатель! — шиплю на него, мстительно впиваясь ногтями в руку.

— Ай! — отдергивает он ее.

Я тут же теряю равновесие без его опоры.

— А-а-а! — визжу в панике, взмахивая руками.

Но меня тут же ловят назад в объятия. Цепляюсь за плечи Макса. Замираем так. Прячу нос на его теплой шее.

Стоим так пару минут. Хорошо, я почти забываю, где я, и что рядом люди. И вот я понимаю, что мы потихоньку катимся по льду. И это даже не страшно.

— Вот видишь, моя королева. Я тебя держу. И если ты мне доверяешь, то это совсем нестрашно. Развернись.

Я медленно, осторожно разворачиваюсь, Макс подхватывает меня сзади.

— Поехали!

И мы катимся, сначала медленно, потом немного быстрее. Я вспоминаю, что когда-то давно я умела кататься, пока не навернулась. И это в целом не так уж сложно и почти безопасно, если тебя поддерживает сильная надежная рука.

Поскальзываюсь, но тут же падаю в любимые объятия.

— Видишь, если ты падаешь, я тебя ловлю.

— Да, но я хочу, чтобы ты знал, ловишь ты не только меня, но еще и своего сыночка.

— Чего? — выпучивает Максим на меня пораженные глаза.

А мне становится так радостно и задорно вдруг, что я сама отталкиваюсь от него и со смехом отъезжаю на пару метров.

— А ну стой! — догоняет, ловит сзади. Разворачивает, ловит мое лицо в ладони. — А ну повтори!

— Я утром сделала тест. И он положительный, — сообщаю с улыбкой.

— А почему сразу не сказала? — хмурится.

— Хотела подобрать момент.

— Охренеть, ты подобрала! Так, быстро пошла со льда на лавку.

— Нет уж, теперь давай, катай меня! Мне понравилось! — снова отъезжаю от него, и снова он меня ловит сзади.

— Страшно? — смеюсь.

— Да, — тихо рявкает.

— И кто из нас трусишка?

— Вот сейчас не смешно.

Нас догоняет Лисичка.

— Мама, ты научилась кататься! Скажи, это круто!

— Очень круто! Поехали на середину, там людей меньше.

И мы едем. И это непередаваемо, когда ты чувствуешь защиту, поддержку… и любовь! Тогда любые страхи и преграды тебе по плечу!

Эпилог

— Тихо всем! — командным тоном раздает указания бородатый пират. — У Лисички о-о-очень важная миссия! — обращается он к имениннице. — Настена сейчас должна загадать самое-самое пиратское желание! Что же ты загадаешь, маленькая пиратка? — подмигивает Максим счастливой Лисичке.

— А можно я с мамой посоветуюсь? — шепчет она ему на ухо.

— Ну, посоветуйся! Мама у нас королева пиратов! Уверен, она даст хороший совет!

Смеюсь. Мама сейчас больше похожа на бочку с элем. Мне рожать уже совсем скоро. И я, вообще-то, лежу на сохранении уже несколько дней. Но день рождения дочери — это святое. Меня отпустили всего на пару часов под личную ответственность нашего беспокойного папы-пирата.

А Настя сегодня такая невозможно красивая, взволнованная, милая. Подлетает ко мне, шепчет на ухо:

— Мам, а можно я загадаю, чтобы к Васе папа вернулся? Я тогда, на его день рождения, когда он свечки задувал, помнишь, папу себе загадала. Может, я его желание украла? — заглядывает обеспокоенно мне в глаза.

Волнуется она за Васю. Он очень болезненно переживает разрыв родителей.

— Загадай, моя крошка. Это будет хорошее желание!

Настя убегает, а я сижу в раздумьях.

Мы все переживаем за Свету и Игоря. Но я уверена, все наладится. Тем более что у них не так давно родилась прекрасная принцесса и прямо сейчас Света качает ее на руках в углу зала.

С Игорем они развелись, он уехал из города, и долго не появлялся. Но не так давно Максим сказал мне по секрету, что Игорь вернулся, и они снова встречаются. Решили начать с чистого листа, простить старые обиды. Надеюсь, у них все получится.

Ситуация там была непростая, Игорь виноват, конечно, но и Света в какой-то момент пропустила важные звоночки. После развода она долго работала с психологом и сама рассказывала мне потом, что увидела много своих ошибок.

И это лишний раз натолкнуло меня на мысль, что разрушить любовь легко, а вот построить вновь — непосильный труд. Поэтому я очень стараюсь беречь то, что мне послал Бог. Моего невероятного мужчину!

Смотрю на него с восхищением. Он прекрасен и в образе пирата, и в образе бизнесмена, но особенно мы его любим нашим родным, домашним папой.

Передо мной появляется огромный кусок торта.

— Самый красивый кусочек моей королеве! — Максим целует меня в губы.

— Щекотно! — смеюсь я.

Он не останавливается, проходится своей мягкой бородой еще и по шее.

— Ужас! Я теперь понимаю, почему бородатые мужчины такие суровые! Их никто не целует. Это просто невозможно!

— Согласен. Меня тоже достала эта мохнатая штука на лице, но осталось потерпеть еще немного. Как тут мой самый маленький пиратик? — кладет руку на мой огромный живот.

— Притих. И это странно. Обычно он пританцовывает на моей печени вместе с вами.

— Он готовится к встрече.

— Так! Не каркай. Я не хочу, чтобы у моих детей день рождения был в один день. Пусть хотя бы будет несколько дней разницы!

— Джон Воробей! Иди к нам! Ты нам фокусы обещал! — кричат дети.

Максим уходит развлекать детвору, а я смотрю на него, и до сих пор не могу поверить в свое счастье.

Всего год прошел, а моя жизнь кардинально изменилась. Теперь я знаю, что такое любить и быть любимой.

Максим достает из рукава розочку, галантно подает ее мне. Беру его за руку, встаю.

И вдруг чувствую болезненный спазм внизу живота, а потом еще один.

— Ой.

— Что такое? — подскакивает Макс ближе.

— Кажется, еще один фокусник решил выкинуть фокус, — хватаюсь за живот. — О-ой.

— Так, быстро в машину!

Мда, ничего нельзя спланировать с этими мужчинами! Вот решил сыночек появиться на свет в один день с сестренкой, так и сделал!

Не дал маме даже торт попробовать.

И сейчас не позволяет даже глаза прикрыть! Меня только недавно перевели в палату после восьми часов мучений. Тело не слушается, глаза слипаются, все болит. А малыш уже требует внимания.

Заходит медсестра, помогает перепеленать малютку, подает мне его на руки.

Господи, я уже и забыла, какие они маленькие сначала. Страшно прикоснуться.

Дверь приоткрывается, заглядывает взволнованный Максим.

Встречаемся взглядами. У меня слезы на глазах, его тоже подозрительно блестят.

— Ну как ты, королева моя? — подходит, целует меня в бровь.

— Растерзана, но жива, — вымученно улыбаюсь. — Знакомьтесь. Это Павел Максимович.

Макс смотрит настороженно на сверток в моих руках. Сынуля просыпается, начинает кряхтеть.

— Он такой крошечный. Я его боюсь, — признается Макс.

— Верю. Мне тоже немного страшно. Но мы справимся.