Остров Дохлого Дракона (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 42

Скуки на фрегате как не бывало, моряки находили среди любопытных своих знакомых, и началось: Как дела? Живы ли мои? Цел ли дом? А в ответ: Куда ходили? Что привезли? Неужели дракона убили? Правда ли, что вы целый гоблинский флот разгромили, а этот корабль захватили? И через пару минут уже ничего нельзя было услышать. Такой шум поднялся. Ивашка тоже принял участие в этом гвалте и единственное, правда, что ему удалось выяснить – это то, что его пещерка цела, а Дюшку кто-то недавно видел в порту. Сразу на душе полегчало. Дом цел, парнишка жив. Щемило сердце по Натали с Леночкой, но кричать о них малознакомым гномам Ивашка не решился. Да, и кто они ему? Они и виделись-то всего один раз, если суд не считать. Может, и дела ей нет до Ивашки, а все эти будущие совместные экспедиции лишь плод его воображения.

Штурман во всей этой сутолоке мелких лодчонок и не заметил, как капитан появился. Солнце уже почти спряталось в прибрежных скалах, отбрасывая длинные сиреневые тени на бухту. Гномы, накричавшись за день, и утолив, насколько могли, любопытство, приглушённо галдели. Заметил капитана, Ивашка только когда тот через борт перелазил. И уже по сияющей его физиономии понял – всё хорошо. Гномы собрались сразу на палубе, стояли с открытыми ртами, ждали что скажет.

- В общем, так, все вольнонаёмные могут хоть сейчас сойти на берег. Быть на борту завтра в обед. Будем делить добычу. Для заключённых. Завтра с утра на борт поднимутся судья с шерифом. Они будут рассматривать ваши дела. Губернатор при мне дал судье указание, сделать всё возможное, чтобы всех помиловать. А в обед прибудет сам губернатор и все, кто своей судьбой будет недоволен, подавайте прошения. Я думаю, увидев скорлупу драконьих яиц, он будет вполне подготовлен, чтобы любого помиловать своей властью.

Обрадованная команда разошлась. Матросы побежали за сундучками, и буквально через десять минут, шлюпка уже неслась к берегу. И не много бы нашлось желающих потягаться с ней наперегонки. Ивашка, чтобы не видеть всего этого, спустился в каюту, где теперь жили эльф и жёлтый баньши. Эльф в последнее время, несмотря на хорошее питание, сильно сдал. На все вопросы гнома, что с ним, отвечал только одной фразой: «Эльфы не могут жить без земли!». Ну, а о Хулкуре и говорить нечего. Яблоки, груши, гранаты вроде бы давали ему все сколько было на корабле, но, взглянув на него сейчас, Ивашка прямо поразился – одни глаза жёлтые остались, весь прозрачный стал.

- Ничего, друзья, - поспешил он их обнадёжить, - Завтра после обеда будем на земле. И я знаю недалеко от своей пещерки скверик, там этих клёнов видимо-невидимо, наверное, специально для тебя посадили.

- Хорошо бы! – чуть не хором ответили колдуны.

- Ребята, я тут с вами поговорить хочу, - видя, что те немного ожили, начал штурман, - Завтра будем делить скорлупу драконьих яиц. Капитан сказал, что мне положена десятая часть. Я думаю, что этих денег хватит, чтобы построить яхту средних размеров. Наберу команду гномов в десять и развезу вас по домам. Только по дороге зайдём на один островок. Согласны? – Ивашка оглядел этих двух совершенно не похожих друг на друга существ, высокого стройного эльфа с тонкими чертами лица и голубыми глазами и нескладного полупрозрачного баньши с лихорадочным блеском золотых глаз.

- Поплывём на Западный континент? – недоверчиво сощурился эльф.

- Ну, а что? Гоблины плавают. А мы, что хуже, что ли?

- Вот о гоблинах как раз и стоит думать, - прошелестел Хулкур.

- Да, нам троим сейчас гоблины разве что на закуску. Мы там у вас и драконов всех повыведем. Наведём порядок, - попытался отшутиться Ивашка.

- И почему все гномы такие хвастуны? Слушай, брат Вандермаст, ты уверен – с твоими пластинками ни чего не случилось? – ну, о чём может думать эльф как ни о магии.

- Завтра узнаем, - недобрые предчувствия снова нахлынули на штурмана, - «Как там Натали и Леночка?».

- Ладно, убийцы драконов, отдыхайте, - чтобы не показывать своего настроения колдунам Ивашка решил ретироваться.

- Слушай, брат Вандермаст, - остановил его эльф, - Если вдруг на мою долю будут давать деньги за скорлупу или за дракона или за корабль – возьми их на постройку судна. Пусть оно будет чуть побольше. Вон Хулкуру клён в бочке посадим на палубе.

Ивашку после этих слов слеза прошибла, мотнув утвердительно головой, он поспешно скрылся за дверью. Вышел на палубу. Звёзды уже на небо высыпали, и Луна на всю катушку светила. В детстве (Ивашка вспомнил) мальчишки постарше рассказывали, что Луна и звёзды – это тоже гнилушки, какие баньши заколдовывают, чтобы ночью пещеры освещать, только к небу прибитые. Теперь-то Ивашка знал, что и звёзды и Луна, они всё время по небу движутся и не могут быть прибиты к нему. А как-то раз он даже слышал, что Луна – это такая же планета, как и та на которой они живут. Там свои моря, океаны, острова, материки и гномы там тоже живут. Ну, уж это точно враки. Гномы и на Луне. Лунатики.

Глава 21

Событие двадцать третье

Люблю уезжать, потому что всегда есть куда возвращаться. Люблю возвращаться, потому что всегда есть к кому. И в этом моё счастье.

Успокоенный воспоминаниями о детстве, Ивашка спокойно уснул. И проспал до восьми утра. Когда все уже были на ногах, наводили на себе и на корабле последний блеск. В общую суету он не включился, прошёл на камбуз, где матрос, заменивший кока, сошедшего вчера на берег, напоил его кофе и угостил кусочком вяленого драконьего мяса. Штурман тихонько сидел в углу и пережёвывал пахнущее дымком мясо. Там его и нашёл капитан.

- Во, ты даёшь. Я бегаю, ищу его по всему кораблю. А он тут лакомится.

- Случилось что? – Ивашка с сожалением отложил недоеденный кусочек.

- Да, ты на палубе-то был? – покачал головой капитан.

- Сегодня нет. А что случилось-то? – Ивашка даже похлопал себя по левому боку, на месте ли кинжал.

- Судьи уже плывут. Да, уже здесь теперь, наверное, пойдём быстрее наверх, - и потащил Ивашку за рукав.

- Дак, вроде, рано ещё.

- А ты бы усидел на месте, когда можно на дракона полюбоваться, жёлтого баньши, скорлупу драконью. И на такого олуха как ты, - прыснул в бороду капитан.

Судьи и, правда, были уже на корабле. Трое. В сиреневых своих комбинезонах и колпаках без безделушек. Кучкой ходили они взад и вперёд по сверкающему в лучах восходящего солнца фрегату. Рядом с ними вышагивали два стражника. А вокруг собрались уже все матросы, что были на галере прикованы к веслу. Ну, а здесь вёсел не было, не к парусам же их привязывать. К тому же общие беды сплотили экипаж, так что и различия не существовало – заключённый ты или вольный. Увидев, поднимающихся к ним капитана с Ивашкой, судьи бросили мерить шагами палубу и заспешили навстречу.

- Рад приветствовать вас на борту отбитого у гоблинов фрегата, - капитан так сиял, что Ивашка подумал: «Может на самом деле рад?».

- Давайте перейдём в каюту, - предложил штурман.

- Конечно, конечно, - опять взял инициативу в свои руки капитан, оттеснив Ивашку от судей и сделав тому знак – не вмешивайся мол, - Вы, наверное, ещё и не завтракали? – переключил капитан своё внимание снова на судей. – Я коку заказал антрекоты из мяса дракона. Вещь, скажу я вам! Пальчики оближешь! Вы ведь дракона ещё не пробовали, а?

- Да мы вроде как судить приехали, - начал было, тот судья, что Ивашку судил, штурман его сразу узнал.

- Ну, и посудите себе. Но не в ущерб же здоровью. Кто же это на голодный желудок работает? – капитан уже втискивал их к себе в каюту, когда последний зашёл, кинул через плечо Ивашке, - Давай к коку, пусть несёт всё, что есть, и рому не забудь, что в стеклянных бутылках у гоблинов захватили. Давай! – и скрылся за дверью.

Когда Ивашка через несколько минут помогал вносить деликатесы, капитан уже скинул колпак и по-домашнему расположился на кровати. Судьи тоже позволили себе снять колпаки и сидели, разинув рты, слушали об удивительном плавании в южные моря. На полу посреди каюты стояла корзина полная драгоценной скорлупы. Лучик света через иллюминатор падал прямо на камешки и те переливались, пуская на стены цветные зайчики. Одна эта корзина стоила столько, наверное, сколько все эти трое судей не заработают за всю жизнь. Капитан, увидев, вошедшего Ивашку, помог подать гостям мясо и разлил из огромной бутылки ром по фужерам. Гоблинам эта посуда вероятней всего служила маленькими рюмочками, ну, а гном мог в ней руки помыть. Капитан, прервавший свой рассказ, когда убедился, что мясо пошло в дело, театральным жестом указал на огромный гоблинский меч, висевший на стене, а потом на Ивашку.