Святая Русь (Энциклопедический словарь русской цивилизации) - Платонов Олег Анатольевич - Страница 656

Рассматривая конфликты, сходка общины стремилась к тому, чтобы виновный попросил прощенья у обиженного или у мира в целом. Если человек, совершивший проступок, сознается и просит у "общества" (общины) прощенья, то с него взимали штраф по приговору сходки. Если же он отрицал свою вину, то штраф назначали в двойном размере.

Широкую возможность помириться после скрытых или явных ссор, простить друг другу большие и малые обиды, снять напряжение, возникшее во взаимоотношениях в семье или между соседями, давал обычай просить прощенья в конце Масленицы, в последнее воскресенье перед Великим постом. Воскресенье это потому и название получило "Прощеный день" или "Прощеное воскресенье".

При наиболее полном проявлении этого обычая прощенье просили буквально у всех, с кем могли повидаться в этот день, а также и у умерших близких людей. Называлось это "прощаться". В той или иной форме обычай был распространен у русских крестьян повсеместно.

Четко описал обычай просить прощенья в конце Масленицы крестьянин с. Верхний Белоомут Зарайского у. Рязанской губ. В.К. Влазнев, активный корреспондент Этнографического бюро кн. Тенишева. В фонде бюро обнаружены четыре дела, состоящие из материалов, присланных Влазневым, но, возможно, это еще не все его тексты. Василий Кузьмич в 1880-90-х собирал сведения о народных обычаях "в больших бывших государевых дворцовых селах: Дединове, Любичах, Ловцах, Белоомуте и др.". Влазнев, отвечая на многие вопросы тенишевской программы, рассказал о разных сторонах крестьянской жизни. По поводу данного обычая у него сказано в записи 1899 буквально следующее: "На сырной неделе в Воскресенье ("прощеное", как здесь называют) народ ходит на могилы своих родных "прощаться с умершими", а после ужина в каждой семье друг с другом прощаются; дети родителям кланяются в ноги, причем все целуются и на слова "прости меня" отвечают: "Бог тебя простит, меня прости".

В Пронском у. той же губернии "прощаться" начинали с субботы: в этот день полагалось зятю с женой и детьми идти "прощаться" в дом тестя. А в сам "прощеный день", то есть в воскресенье, здесь принято было ходить всей семьей с угощением (обычно кренделями или булками) "прощаться" к куму и потом к куме (то есть к крестным родителям своих детей). В Егорьевском у. Рязанщины в "прощеное воскресенье", после бурного катания на лошадях, качелях, салазках и ряженья вечером все "прощались".

Резкий переход от масленичного гулянья к строгим "прощальным" посещениям родственников и соседей отмечен и в описании, присланном из Козельского у. Калужской губ. учителем А. Лебедевым. Он рассказывал, как в "прощальный" день вечером веселье кончается и "поселяне ходят по домам, испрашивая прощенье друг у друга". В этот день "непокорный сын предан воле своего отца, враждующая невестка - в повиновении своей свекрови".

В описаниях "прощеного воскресенья" (Костромская, Тверская, Ярославская и др. губ.) есть указание на всеобщность обычая - ходят "ко всем" "для прощанья", "ходят один к другому прощаться" и так далее. Но, например, в Сургутском у. (Зап. Сибирь) обычай сохранился к к. XIX в. лишь относительно старшего поколения: "А в прощеный день ходят прощаться к старшим, а также и на могилки к родственникам". "Прощанье" со старшими обычно состояло здесь в том, что молодые супруги (всегда вместе) к вечеру, после катанья, заворачивали к своим старшим родственникам, или к родителям, если жили от них отдельно, или к крестным отцу и матери ("здесь очень уважаемым", замечает наблюдатель), или к дядьям и "вообще к почтенным и пожилым людям". После непродолжительного угощенья молодые вставали, кланялись в ноги хозяевам и произносили: "Прости ты меня, Павел Николаевич" (имя-отчество хозяина или хозяйки). На это старшие отвечали: "Бог тебя простит, и ты меня прости". Затем целовались и расставались.

М.М. Громыко

ПРОЩЕНЫЙ ДЕНЬ, последний день Масленицы, канун первого дня Великого поста. В этот день вечером совершался смиренный обряд прощения. С закатом солнца, не давая времени потухнуть вечерней заре, русские люди ходили из дома в дом и с преклоненною головою, тихим голосом просили прежде всего прощения у тех, кому чаще в году наносили обиды и оскорбления, и непременно кланялись в ноги, ожидая отпущения прегрешений поцелуем в уста. Этот вечер называется также в московской срединной Руси "прощаньями, проводами", а в северной новгородской - "целовником" в чисто народном смысле. В Малороссии последний день масленой - "чорна недиля", и к нему приспособлен особый обряд, как осколок язычества, называемый "колодка, колодай". В понедельник Масленицы собирались в корчму, бабы брали полено или палку, клали на стол, пеленали кусками холста - значит, "колодка родилась", а затем покупали водку и пили. Это повторялось каждый день в неделю: во вторник колодка крестилась, в среду - веселилась, в четверг - умирала, в пятницу - ее хоронили, в субботу - плакали, в воскресенье молодежь "волочила" ее и бросала.

В Великом Новгороде в этот день приготовляли святителю место среди церкви, покрывали его ковром, ставили кресло с изголовьем и полагали орлец. После вечерни совершалось прощение. К этому времени новгородский владыко успевал уже поездить по монастырям, обложившим город со всех сторон, для поклонения (прощаться). Везде, заранее предупрежденные о прибытии владыки, монастырские власти в мантиях со крестом и кадилом, всем наличным числом иноков встречали его во Св. Вратах. По выходе его из саней предварительный благовест превращался в звон "во вся". Перед вратами прибывший владыко молился, в церкви творил обычные поклоны и слушал молебен, который пели настоятели: архимандриты или игумены. Старших благословлял крестом, остальных - рукою. После обедни, которую слушал, в трапезе он принимал стол (садился с братиею кушать). После обеда заходил в церковь поклониться св. мощам. В четверг, на сырной неделе, сами настоятели монастырей приезжали в Новгород для прощания с перепойными "оловяниками" (оловянными сосудами с разным вином), и владыко в погребной палате давал стол им и Софийскому собору. Каждый получал по ковшу питья, и святитель прощался, благословляя рукою, а духовные лица целовали его в клобук.