Святая Русь (Энциклопедический словарь русской цивилизации) - Платонов Олег Анатольевич - Страница 741

Крестьяне Петр Степанович и Ирина Трофимовна Куртеевы из д. Укуртеевой Вятского у. занимались земледелием. Родившийся в 1830 сын их Симеон впоследствии так писал о своем воспитании: "Не напрасно же говорят: "первое счастье для детей - разумная мать". Всегда вспоминаю я с сердечною признательностью ее мудрое воспитание детей своих, то счастливое для меня время, в которое, под ее смотрением, наслаждался я благами жизни сей. Она постоянно была предана заботе о спасении души - не своей одной, но и детей своих: жила она всегда в страхе Божием, говорила часто о Боге и хотя не была грамотна, но много знала молитв наизусть и нараспев произносила их, - за пряжей ли когда сидела, или полола в огороде".

У крестьян села Льва Ростовского у. Ярославской губ. Павла Петровича и Феклы Георгиевны Кукариных, не имевших большого достатка, все пятеро сыновей тем не менее были обучены грамоте: их отдавали в обучение разным грамотным людям. Младший сын Андрей, родившийся в 1829, был обучен чтению и письму местным дьячком. Мальчик "по примеру родителей, усердных к посещению храма Божия", и под влиянием своего учителя постоянно ходил в церковь. Он сначала робко, а потом уже и уверенно читал и пел на клиросе "к общему удовольствию молящихся". Андрей не представлял собой в этом отношении исключения: в клиросном чтении и пении принимали здесь участие и другие ученики из крестьянских семей. Со временем юноша так хорошо знал службу, что мог почти самостоятельно выполнять всю клиросную часть. При этом подросток, а потом и юноша "не оставлял помогать своим родителям в тяжком крестьянском хозяйстве, всегда являясь примером трудолюбия и терпения".

У Петра и Валентины Соколовых - дворовых людей господ Сушковых родился в 1835 в с. Першутине Клинского у. Московской губ. сын Димитрий. "Грамоте он выучился дома между делом", посвящая ей время, свободное от различных трудов дворового человека (он служил господам вместе с родителями). "С ранних пор родители старались приучить своего Митю к возможно неопустительному посещению храма Божия". "Несмотря на веселье, свидетелем которого приходилось ему постоянно быть в доме Сушковых", мальчик любил ходить в церковь и усердно молился там, а дома читал Четьи-Минеи.

В случае вынужденной разлуки родители обычно наставляли детей на благочестивую жизнь, предавая их воле Божией и защите Божией Матери. Будущая пустынница Анастасия Логачева родилась в 1809 в с. Кудлей Ардатовского у. Нижегородской еп. в семье крестьянина Семена Васильевича и жены его Мавры. Когда отец был на военной службе, он вызвал к себе жену, которая с меньшей дочерью отправилась к нему, оставив Настю на попечение свекра, свекрови и братьев мужа. Разлучаясь со старшей дочерью, Мавра убеждала Настю, "чтобы она не плакала, а молилась Богородице, поручая ее покрову Богоматери и утешая тем, что она скоро вернется домой и с отцом". Когда девочке бывало грустно, она забиралась в стоявшую на дворе "скотную избушку" и молилась.

Общие поучения детям о добром поведении со стороны отъезжавших делались не только при прощании, но и в письмах. "Пожалуй, живи в доме нашем как добрые люди живут, - писал своей дочери Аксинье житель Киргинской слободы (Западная Сибирь) Яков Мещеряков в 1723, - безо всякого ослушания и отговорки нашей матушке, тако же и других протчих наших, они тебя на худо не поучат, надо бы жить Богу не на гнев, а добрым людям не на смех". "Прошу вас, вселюбезные мои детушки и невестушки, почитайте свою родительницу и во всем к ней повиновение и послушание и без благословения ее ничего не начинайте, отчего от Бога прославлены и от людей похвалены, и живите с соседями добропорядочно, и чего себе неугодно, тово и людям не творите", как бы уговаривает в письме младшее поколение своей семьи крестьянин Иван Худяков (к. XVIII в.).

Подобные же наставления детям, а также и тем, кто оставался воспитывать их, делались крестьянами и перед своей кончиною. Так, Елецкого у. Воронежской губ. подгородной Ламской слободы однодворцы Памфил и Феодосия Пахомовы оставили "по себе наследника дому своего старшего сына. Перед кончиною своею вручили ему весь дом и своих малолетних дочерей - Меланию и Екатерину, завещав ему воспитывать их в страхе Божием, и самому паче всего стараться быть благочестивым христианином".

Важным средством семейного воспитания был пост (см.). Дети с малолетства привыкали к умению ограничивать в определенных условиях свои телесные потребности ради духовных задач. Решающую роль при этом играл пример старших членов семьи.

С духовным воспитанием в крестьянских семьях очень естественно и незаметно соединялось трудовое, составляя необходимую часть духовно-нравственного.

Семья - простейший социальный организм, участвующий в процессах формирования, хранения и передачи трудовых традиций. В условиях крестьянского хозяйства семья служит одновременно и производственной, и родственной элементарной общностью, т.е. первичная организация производственного процесса проходит в рамках родственной ячейки. Трудовая и семейно-личная деятельность каждого здесь в значительной своей части не разделены во времени и по месту исполнения.

"Уже трехлетний мальчуган помогает матери: чистить картофель, мести пол, отыскать отцовский кушак, собрать в чашку рассыпавшийся горох, выгнать кур с огорода", - сообщали в к. XIX в. из Новоладожского у. Санкт-Петербургской губ. Понятно, что мать привлекала такого трехлетнего помощника не ради облегчения собственных трудов, но с воспитательной целью: с самого раннего возраста приучать к послушанию, вниманию в исполнении конкретной задачи, познанию определенных навыков и понятий, стремлению к полезности своих действий и доброте их - "я помогаю маме".

Внутрисемейная производственная преемственность поколений осуществлялась, в частности, в раннем приобщении детей к сельскохозяйственным работам. Так, на сходке Чаусской и Тырышкинской волостей Томского у. в 1876 было отмечено, что мальчики привлекаются к "упражнениям в хлебопашестве" с семи лет. Так и было сказано - к "упражнениям", т.е. вполне осознавалась учебно-воспитательная задача. В Тарском округе в сер. XIX в. во время страды в поле работали мальчики и девочки с 10 лет. А после страды, по воспоминаниям жителя с. Усть-Ницынского Тюменского округа, "ребята почти поголовно становятся пастухами, гоняют коров в поле пасти".