Вечность по имени Любовь (СИ) - Даниленко Жанна - Страница 76

-Сережа, если бы я знала, я разбудила бы тебя. Ты сердишься?

-За что? Нет, все нормально. Что же я наделал?

-Ты любишь ее? Скажи!

-Всегда любил с семи лет, как только она родилась. Обратной дороги нет, я потерял ее, теперь все кончено. Ты ни при чем, Даша. Я сам должен был думать раньше.

-А меня? Меня ты любишь? Ты же говоришь, что любишь, каждую ночь!

-Ты не поймешь.

-Я пойму, хочешь, я рожу тебе детей.

-Нет. У меня есть дети.

Он отвернулся. Даша оделась и пошла на работу. Сейчас она увидит Нелю, все расскажет и та поможет. Неужели ее счастье кончилось? Неужели она была просто приходящей девицей? Она надеялась, что если он спит с ней, значит, любит. Или нет?

Разговор с Нелей не принес облегчения. Та сказала, что постельные отношения к любви не относятся. И лучше бы Даше не лезть в семью. Вечером она пришла к Сергею, приготовила ужин. Он молчал. Поел и вдруг произнес:

-Даша, ты очень хороший человек. Но я тебе ничего не обещал раньше и не обещаю теперь. Ты можешь подумать, что если моя жена не возражает против развода, то все складывается в твою пользу. Это не так. Меня с ней очень многое связывает. Это не только дети. Кстати, я очень люблю своих детей. До тебя Марина была моей единственной женщиной. И я, наверное, должен был оставить все на том уровне. Мы поссорились с ней, я хотел видеть ее только женой и матерью, а она хотела сделать карьеру. Она талантлива, умна, красива. Я просто привык к ней. У нас не было романтических отношений, цветочков, сердечек и прочей ерунды, но я ее всю жизнь люблю, я стал пить, но не помогало. Я переехал сюда просто потому, что не мог жить в нашей квартире без нее. Мне надо было поехать за ней, вернуть ее, а не вставать в позу обиженного мальчика. Но поздно. Дай мне разобраться в себе, в своих чувствах. Пойми, я теряю жену и детей. Другие, если и будут, будут другими, а я люблю этих.

Даша ошарашено смотрела на него. Она так надеялась, что все уже позади, и он принадлежит только ей. Больше Сергей не сказал ей ни слова, секса не было. Утром он продолжал молчать. Она спросила:

-Сережа, мне уйти совсем?

-Как хочешь, я еще не знаю.

-Сережа, скажи честно, если у тебя будет хоть малейшая возможность вернуть жену, ты это сделаешь?

-Да, обязательно. Извини, но мне нужна она.

-Сережа, я могу пока жить с тобой?

-Живи. Даша, я в сотый раз повторяю, что наши отношения ни тебя, ни меня ни к чему не обязывают. Я на них не настаиваю, мне с тобой удобно. Ты хороший человечек, а я вовсе не тот мужчина, который тебе нужен.

Она осталась. Больше никто из них отношения не выяснял, она решила ждать, а вдруг получится, вдруг он останется с ней?

Лето пролетело совсем незаметно. Сережа каждый день пытался дозвониться детям, но ничего не выходило. Телефон Марины тоже не отвечал. Он попытался поговорить с Любой, но наткнулся на стену молчания. Нет, она говорила с ним обо всем, кроме Марины. От Борисова он тоже ничего не добился. Даша продолжала жить у него. Она каждый вечер наблюдала, как он пытается дозвониться детям, как расстраивается и повторяет попытки снова и снова. Он совсем отдалился от нее, воспринимал ее как мебель. Если они и говорили, то только о работе.

Третьего сентября Марина засобиралась домой. Она решила рожать в Москве, там мама с папой. И надо определиться с фамилией и отчеством ребенка, о существовании которого его отец так и не знал. В аэропорту у нее стала тянуть поясница, а когда они уже сидели в самолете, появились первые схватки. Она всю дорогу молилась, чтобы долететь. Она понимала, что ей нужно делать кесарево, что это четвертый ребенок, и как пойдет процесс его рождения, не знает никто. Она долетела. В аэропорту ее встречал Валера. Он сразу посадил ее с детьми в машину и рванул в институт. В приемном покое оформили документы и когда ее уже собрались поднимать в отделение, Марина вдруг попросила:

-Валера, ты не можешь мне сейчас ни в чем отказать. Ты должен сделать для меня две вещи. Первая, если я умру, забери ребенка себе, вырасти его, как своего.

-Хорошо, а второе?

-Я хочу видеть Сережу. Я только посмотрю на него и все. Валерочка, миленький, пойдем со мной.

-Я вызову его в родовую.

-Нет, пойдем к нему, только на минуточку, я просто посмотрю на него, я слова не скажу.

Они спустились на лифте в прозектуру и пошли к кабинету заведующего. Схватки усиливались. В коридоре их встретил Володя Тельман и хотел спросить, но Валера жестом попросил замолчать.

-Потом, дядя Вова, все потом.

Они дошли до кабинета Сергея. Валера открыл дверь и с порога произнес:

-Сережка, молчи. Я не мог отказать беременной женщине, у нее схватки и тройной рубец на матке. Вопросы, эмоции после операции. Дети дома, у меня дома.

Марина застонала, Валера схватил ее на руки и побежал. Даша плакала, в кабинет вошел Володя.

-Сын, это твой ребенок?

-По срокам, видимо, да. Я даже не подозревал. Я не знал, что она беременна. Она ничего не сказала, а потом, конечно, не стала сообщать. Как она жила все это время? Это четвертое кесарево.

-И ты еще считал меня сволочью? Сам-то кто?

Он не успел ничего больше сказать, потому что в коридоре появились Дима и Злата. Сережа увидел их, расцвел, отодвинул отца и бросился к детям. Он обнимал и целовал их. Что-то говорил, о чем-то спрашивал. Даша с Володей наблюдали за ними.

-Девочка, уйди с его дороги. Вот его жизнь, его семья. Если ты останешься, он тебя никогда не простит. Нет для него другой женщины, кроме Марины. Пойми, разуй глаза, увидь все и уйди. Я найду тебе работу, только держись от них подальше.

Сережа завел детей к себе в кабинет.

-Деда Вова, мы с Данилом Костьку оставили, чтобы не мешался, – Злата обратилась к деду, - он капризный и плакса. Спал только с мамой. Дедушка, а вот ребенок, который сейчас родится, будет чей? Деда Саша, сказал, что он будет Борисов. А почему? Он же наш?

-Злата, малыш, давай эти вопросы решат взрослые. Ты вот по папе скучала?

-Очень, но у него теперь другая женщина, он нас бросил, как ты его в детстве.

Сережу резали слова дочери, как объяснить им? Что надо сделать, чтобы они его поняли и не ненавидели за предательство? Он же своего отца ненавидел.

-Дима, ты тоже так думаешь? - Сережа обратился к сыну.

-Не знаю, папа. Но мне она – он показал на Дашу,- не нужна, и Златке, и малому. Ты прекрасно знаешь, что мы выбираем маму. Да и ты сам выберешь маму. И дай этому новому ребенку свою фамилию, он же твой и давай будем семьей. Хватит дурковать. Я маме уже все сказал, еще в Париже. Я не маленький, мне четырнадцать лет, я все вижу и все понимаю. Зачем вы устроили никому не нужные разборки? И почему ваш ребенок должен от этого страдать? Я про нас уже не говорю.

Время тянулось, Валера не возвращался.

-О, все в сборе. – В кабинет вошла Люба. - Володя, забери детей, идите погуляйте. И вы, девушка, тоже, - она обратилась к Даше.

Когда все вышли Люба продолжила:

-Родилась девочка - четыре кило. Марина в палате реанимации. Вот анализ генетической экспертизы, ребенок твой. Сережа, мы вырастим детей. Не беспокойся. С Мариной я говорила, еще в мае. Она понимает, что те чувства, которые ты к ней испытывал, были детским увлечением, потом патологической привязанностью. Теперь ты взрослый, ты встретил другую женщину и это нормально. Может быть, ей немного сложно все это понять. Ты ее мужчина, она рожала твоих детей, но она поймет. Со временем поймет. Ты можешь общаться с детьми, ты был и навсегда останешься их отцом, но лучше без участия твоей подруги. Сережа, наше отношение к тебе не изменилось, то, что произошло, закономерно. Ей надоели кастрюли. Не поверишь, мне тоже. Быт засасывает и убивает. Она не должна была уезжать. Но, наверное, все к лучшему. Ты нашел свою половину, может, и Марина найдет. В конце концов, ей всего тридцать два. Детей у нее больше не будет, четыре кесарева, я думаю, достаточно. Ребенку мы дадим нашу фамилию и Сашино отчество. Мы поможем ей. А ты строй свою жизнь. Все, давай я заберу детей и пойду. Сереженька, будь ближе к нам с Сашей, мы тебе нечужие, и мы тебя любим. Ты мой сын есть, был и будешь.