Вспомни меня (ЛП) - Бобульски Челси - Страница 53

Пока я не одна, Лон не нападает на меня при дневном свете, и я почти никогда не бываю одна. Вместо этого он усиливает своё нападение в моих кошмарах, так что Алеку приходится будить меня каждый раз, когда я кричу.

Но сегодняшний сон совсем другой.

Я даже не уверена, что это сон или что-то совсем другое. Всё, что я знаю, это то, что в одну секунду я лежу на кровати Алека, слушая, как он читает «Листья травы», моя голова покоится на изгибе его плеча. В следующую — Лон стоит надо мной.

Я ожидаю, что Алек отреагирует, оттолкнет меня за спину, подальше от пытливых глаз и зловещей усмешки Лона. Вместо этого Алек продолжает читать, не обращая внимания на присутствие Лона в комнате.

Вот почему я знаю, что это не по-настоящему. Алек никогда бы не позволил ему подобраться ко мне так близко.

— Наслаждаешься жизнью? — спрашивает Лон.

Я встаю с кровати, но Алек этого не замечает.

— Убирайся, — приказываю я ему. — Тебе здесь не рады.

Лон прищёлкивает языком по нёбу.

— Вот тут ты ошибаешься, моя дорогая.

Он исчезает, затем снова появляется позади меня, его дыхание у моего уха. Он протягивает розу, такую красную, что она почти чёрная.

— Мне везде рады.

— Нет, — говорю я, поворачиваясь к нему лицом и отталкивая его розу. — Тебя нет.

Я знаю, что должна бояться его, но мой гнев стал сильнее моего страха.

Лон усмехается, тёмный, глубокий звук, который отдаётся эхом в моих костях, когда он сжимает розу. Лепестки крошатся в его ладони, и кровь капает сквозь пальцы.

— Так, так. Похоже, у принцессы вырос хребет. Как драгоценно.

Он протягивает окровавленную руку и проводит пальцами по моей челюсти, запрокидывая мою голову назад.

— Знаешь, — говорит он, — я всегда восхищался твоим огнём, Аурелия. Это так весело его тушить.

Я выдёргиваю подбородок из его хватки.

— Не в этот раз, Лон, — я сдерживаю свои слова, мой голос наполнен всем ядом и ненавистью, которые я испытываю к этому человеку. — Ты проиграешь.

Веселье искривляет его губы.

— И что заставляет тебя так думать?

— Мы кое-что обнаружили.

Это ложь — мы не обнаружили ничего, кроме ещё одной идеи, которая может сработать, а может и не сработать, — но Лону не нужно это знать.

— Недостающее звено. Проклятие будет снято, и ты останешься ни с чем.

Его глаза сужаются.

— Я тебе не верю.

Моя улыбка становится шире, и я знаю, что мои глаза, должно быть, горят мстительной радостью, бурлящей внутри меня.

— Верь во что хочешь. Это не меняет того факта, что через четыре дня ты проиграешь, и мы с Алеком вместе выйдем из этого отеля.

Я делаю ещё один шаг ближе, наслаждаясь страхом и сомнением, кружащимися в его глазах.

— Мы повзрослеем, поженимся, родим детей и проживём вместе долгую, счастливую жизнь, а ты больше никогда не будешь даже мимолетной мыслью в наших головах.

Лицо Лона искажается от ярости. Он вытягивает руки, разбивая вдребезги окна, окружающие башню. Осколки летят внутрь, точно так же, как в тот день во внешнем коридоре. Но на этот раз я не позволю им напугать меня. Вместо этого я ложусь на кровать, прижимаясь к Алеку.

— Уходи, Лон. Ты ни на кого не производишь впечатления.

Я знаю, что это новоприобретенное мужество не будет длиться вечно. Я знаю, что когда мы вернёмся в 1907 год, мы окажемся в мире Лона, и он сможет убить меня так же, как делал это каждый раз раньше. Но сейчас я в своём мире, в безопасности в объятиях Алека, и я не позволю ему запугать меня здесь.

Лон усмехается.

— Я только начал раскрывать свои козыри в рукаве. Сладких снов, дорогая.

Я резко просыпаюсь.

Алек перестаёт читать.

— Ты что, заснула?

Я сажусь, по спине пробегает дрожь. Все окна целы, как я и предполагала.

Алек обнимает меня и откидывается на спинку кровати, прижимаясь губами к моему виску.

— Теперь всё в порядке, — говорит он. — Я не позволю ему причинить тебе боль.

Я хочу в это верить, но последние слова Лона эхом отдаются в моей голове, и когда будильник на моём телефоне сигнализирует об утренней тренировке, я до сих пор не смогла уснуть.

ГЛАВА 54

НЕЛЛ

Я ВСЁ ЕЩЁ ДУМАЮ О ПРЕДУПРЕЖДЕНИИ Лона на следующий день, пока завтракаю в одиночестве в кафе. У папы была срочная встреча с гостями, а Алек работает с утренними розами вместе с остальными садовниками, поэтому я пользуюсь возможностью, чтобы набросать все возможные пути отхода и отвлекающие тактики, которые только могу придумать, чтобы дать нам преимущество над Лоном, когда мы вернёмся в прошлое.

— Итак, этот балетный фильм, который мы снимаем, — говорит Макс, плюхаясь на сиденье напротив меня. — Должны ли мы выбрать что-то сексуальное, как Натали Портман и Мила Кунис в «Чёрном лебеде», или что-то стильное, как Мойра Ширер в «Красных туфельках»?

— Ты чем занимался? — спрашиваю я, закрывая блокнот. — Пересматривал все когда-либо снятые балетные фильмы?

— Почти что.

Я выгибаю бровь, глядя на него.

— Что? У меня много свободного времени.

Я делаю глоток своего кофе.

— Что-нибудь классное, конечно. Может быть, действие должно происходить в школе-интернате. Ничего более классного ты не придумаешь.

— Школа-интернат, — говорит Макс, нажимая на приложение «Блокнот» на своём телефоне. — Понял.

— В Париже.

Он продолжает печатать.

— Само собой.

— И все должны постоянно пить шампанское.

— Ты сейчас смеёшься надо мной, не так ли?

— Только немного.

— Так, просто подожди. Однажды этот сценарий появится у тебя на пороге, и он тебе понравится.

— Не могу дождаться, — говорю я, ухмыляясь.

Макс слегка улыбается мне в ответ.

— Приятно снова видеть тебя счастливой. Я чувствую, что это было давно.

— Хорошо, что ты снова со мной разговариваешь, — отвечаю я.

— Я не избегал тебя, если ты об этом думаешь.

— Ты уверен в этом?

Он пожимает плечами.

— Хорошо, может быть, немного, но ты должна понимать, что мужское эго — очень чувствительная вещь. Нам нужно время, чтобы зализать раны, когда красивая девушка отвергает нас. Но я также по-настоящему погрузился в нашу работу. Похоже, у меня каждый день появляется идея для нового поворота сюжета.

— Значит, сценарий уже готов?

Он откидывается на спинку стула.

— Вчера вечером было десять новых страниц.

— Фантастика, — говорю я, хотя чувствую себя немного странно, зная, что сценарий Макса основан на Алеке.

Он оглядывается через плечо на людей, завтракающих вокруг нас, затем наклоняется вперёд и шепчет:

— Серьёзно, хотя. Петров хорошо с тобой обращается?

— Ты думаешь, именно поэтому я была такой раздражительной в последнее время?

— Ну… да.

Я качаю головой.

— Алек потрясающий. Я имела дело с кое-чем другим.

— О, — говорит Макс. — Хорошо.

Он не выглядит полностью убежденным. Я кладу руку ему на плечо и говорю:

— Правда. Я в порядке.

Макс секунду смотрит на мою руку. Когда он снова поднимает взгляд, его очаровательная, кривоватая улыбка немного слишком откровенна, и в его глазах появляется внезапный блеск, которого я никогда раньше не видела.

— Что ж, вопрос остаётся открытым, — говорит он, понижая голос. — Когда ты собираешься бросить этого неудачника и дать мне шанс?

Я заставляю себя рассмеяться, думая, что это, должно быть, шутка.

Но Макс смотрит на меня с решимостью.

Я хмурю лоб.

— Я думала, мы уже говорили об этом.

— Мы говорили, но я снова поднимаю этот вопрос.

Не знаю, что и сказать. Я не хочу ранить его чувства. Макс — единственный настоящий друг, кроме Алека, которого я приобрела на этом острове. Наверное, единственный друг, который у меня был за последние четыре года.

— Я думала, что ясно выразилась… Я заинтересована в Алеке, и это не изменится.