Шаги Пришествия (СИ) - Гордеева Ольга Владимировна - Страница 79

Через силу Тэйн попытался осмотреться. Шум реки слышался теперь с другой стороны, похоже, они опять сменили место стоянки. Со всех сторон торчали гладкие, обточенные водой и ветром валуны. В поле зрения появился Лигур, его лицо приблизилось, в руках появилась баклага, горлышко которой ткнулось ему в зубы. Ройг охотно отпил столько, сколько ему позволили, задохнулся, когда огонь обжег внутренности. Отдышавшись, прислушался, как блаженное тепло растекается по телу, как проясняется в голове и утихает звон. Соображалось плохо, однако ответить на некоторые вопросы самому себе все же пришлось.

Где Рек? Со вчерашнего дня, проснувшись связанным, Тэйн не видел и не слышал своего спутника. Лигур заявил, что тот также связан и занимается любимым делом — спит. Как же, станет он спать, когда такое случилось… Да его стоны и ругательства перебудили бы всю окрестную живность! Значит, рот ему или заткнули, или опять напоили той самой интой со снотворным. О том, что Река могли убить, Тэйну не хотелось думать. Все-таки эти четверо — иллары.

Значит, Рек жив. И, к счастью, мало чем может помочь ард элларцам. Когда вчера Лигур потребовал отдать ему камни-защитники, Ройг долго прикидывался дурачком, изображая непонимание, пока близнецы не принялись его избивать. Отплевываясь кровью, Ройг цветисто и многосложно выразил свое отношение к Лигуру, Ригойну, и всей ард элларской школе. Бэр и Барт перетряхнули всю его поклажу. Потом вещи Река. Затем, на всякий случай — все остальные. Бесценных артефактов нигде не оказалось.

Мешочек с камнями лежал в заплечном мешке, вместе с запасной одеждой. За все время путешествия Тэйн ни разу не доставал его, однако еще вчера утром тот был на месте. Если он и вывалился случайно, так только вечером, на стоянке, перед тем, как его напоили интой со снотворным. Естественно, делиться этим умозаключением он ни с кем не собирался. Попинав его еще немного, близнецы бросили его в лодку, погрузились сами и отчалили от берега.

Линара сидела на корме, у рулевого весла, и по большей части молчала, изредка откликаясь на бросаемые ей реплики. Когда Ройг, злой, как сам дьявол Ллих, в не самых лестных выражениях напомнил ей о двух попытках соблазнения, она взвилась фурией и едва не выцарапала ему глаза, хорошо, Лигур оттащил. Его это явно позабавило — он отпустил несколько ехидных шуточек насчет всех баб вообще и Линары в частности.

Весь предыдущий день плыли без остановок. По коротким репликам, которыми обменивались Лигур и Барт, Тэйн понял, что никто и не собирался везти его к Сторожевому очагу. Пользуясь невежеством чужаков, они плыли по совершенно другому притоку Тойрента. Теперь же Лигур торопился и нервничал, подгоняя близнецов на веслах и раздраженно переругиваясь с Линарой.

Поесть ему так и не дали. Лигур заявил, что поскольку ни грести, ни идти ногами ему больше не придется, то и припасы на него переводить нечего. Спасибо хоть напоили. Опять же, интой. Тэйн усмехнулся про себя: видимо, Лигур считал, что, опьянев, он станет разговорчивее, но у Ройга за спиной была хорошая школа пьянства, пройденная вместе с Джерхейном. Он глотал инту, не давясь, согревался, но не пьянел, только злости прибавлялось с каждым глотком. Злости и понимания.

Ночевали на берегу. Перед Лигуром снова появился голубой овал Окна, но Тэйн, будучи связан и обессилен, так и не смог уловить ни слова из их очень эмоциональной беседы. Потом он быстро провалился в глубокий, стылый сон, полный тягостных воспоминаний…

Он попытался напрячь мышцы. Повиновались они плохо, но в конце концов ему удалось согнуть ноги в коленях и перевернуться на бок. Река он снова не увидел, хотя вчера, во время путешествия по реке, он слышал на корме лодки какую-то возню и видел мельком что-то похожее на обездвиженное тело. Очень хотелось верить, что парень все-таки жив.

Кое-как ему удалось оглядеться. Лодка стояла на берегу, у одной из глыб был разведен костер, около которого сидели нынешние его враги, неторопливо жевали и вполголоса совещались.

Мелкий колючий снег продолжал сыпаться с неба. Тэйн, вспомнив, что на нем нет ни тхона, ни куртки, так, одни штаны да рубаха, уже изрядно порванная, сообразил, чем может закончиться для него долгое лежание на холодной земле. Зубы лязгнули, но он сжал челюсти, не желая, чтобы те, у костра, слышали эти жалкие звуки.

Когда они закончили есть и Линара убрала посуду и припасы, Лигур вновь навис над ним, всем своим видом выражая брезгливость.

— Так куда ты их дел? — спросил он, просунул руку под кожаные ремни, которым Ройг был стянут, и рывком посадил его. — Думай быстрее, а то мои ребята очень сильно сердятся за воровство и жаждут немного размять об тебя руки-ноги.

— Ты бы объяснил, что тебе нужно, а? — буркнул Тэйн с презрением. — Убедился ведь уже, что нет у меня твоих камней.

— Врешь, — раздраженно заявил Лигур. — Учитель в хэльде Истина видел. Его камень ты тоже украл, мразь, — тут он с ненавистью сплюнул. — Давай соображай быстрее, не заставляй нас брать грех на душу и ломать тебе кости.

Ройг представил себе эту веселенькую перспективу и замысловато выругался.

— Ну так что?

«Если бы я знал, — подумал он устало. — Может быть и лучше, что я не знаю. И они никогда не узнают»

Лигур, явно разочарованный его молчанием, но, по-видимому, ожидавший его, кивком головы позвал близнецов.

— Сейчас мы этого упрямца искупаем. Водичка как раз для несговорчивых. Линара, кажется, тебе очень хотелось его раздеть? Будь с ним поласковее, пусть знает, от чего отказался.

Когда им наконец надоело это занятие, его бросили на берегу, предварительно добавив к ремням, стягивающим запястья и лодыжки, еще несколько. Тэйн и без этого не удрал бы — мышцы давно свело судорогой от холода. Когда Линара, стоявшая в стороне, пока его швыряли и вытаскивали из воды, подошла к нему и присела рядом, он поблагодарил богов, что раздеть его полностью у нее не хватило смелости — штаны все же она ему оставила, хотя теперь они затвердели на холоде и леденили хуже воды. Протянув руку, она прикоснулась к его груди — синяки там были что надо, красно-фиолетовые, огромные, — вздохнула и спросила, не скрывая проскальзывающих в голосе жалостливых ноток:

— Зачем ты так? Лигур ведь не хочет от тебя ничего невозможного. Зачем ты заставляешь нас это делать?

Тэйн насильно рассмеялся, маскируя смехом явно прорывавшийся стук зубов.

— Ты лучше объясни мне, зачем вам понадобилась такая сложная комбинация, чтобы камни отобрать? — спросил он. — Почему бы не сделать то же самое в Очаге Солнца? И, кстати, зачем вам камни?

— Мы долго не могли понять твоих целей, — ответила Линара, задумчиво разглядывая облака. — Орис опасался тебя. Он был уверен, что ты действуешь по поручению Агваллара. Книга — только повод для тебя, ты мог бы прочесть ее на Острове. Хэльд Истина долго не давал ответа. Почему-то ты в нем не отражаешься… — она опустила взгляд и долго, пристально смотрела ему в глаза, но, не увидев там ничего, кроме откровенной неприязни, отвернулась. — В Окне тоже… В общем, Орис и сейчас уверен, что ты подослан агвалларцами. Видимо, они как-то закрывают тебя от наблюдения. Как только ты назвал другой очаг и другое имя, хэльды дали ответ, что именно тебе понадобилось. Орис решил, что безопаснее будет, если ты уберешься из нашего Очага как можно скорее. А позавчера Ригойн обнаружил, что его камня нет на месте. Сам понимаешь, какой приказ мы получили.

Тэйн яростно вывернулся, пытаясь сесть и желая посмотреть ей в глаза.

— Зачем вам камни? Все равно главный Колодец находится в Риалларе.

Линара повернулась к нему с нехорошей усмешкой.

— Ты прочел три Книги Кэлленара и не понял такой простой вещи. Камни — уникальный инструмент защиты. Неважно, от чего — от всемирной Катастрофы или от простого дождя. Тот, кто ими владеет, может увеличить или уменьшить сферу защиты. Это зависит только от размера Круга Власти да от силы шайолы. Именно так Агваллар получил власть над Телларом и тысячелетиями ее удерживал.