Третья капля магии (СИ) - Лешкевич Лариса - Страница 63

— Смотри, ягоды! — воскликнула Айна, указывая на куст, разросшийся под одним из валунов, на котором, среди мелких и редких листьев, висели светлые гроздья незнакомых ягод.

Она хотела побежать в ту сторону, но Тэумар удержал.

— Не надо! Не думаю, что их можно есть.

— Я пить хочу, — жалобно сказала Айна.

— Не стоит рисковать… Вероятно, в скалах найдем какие-нибудь источники.

— Хорошо! — согласилась Айна с мучительным вздохом.

Тэумар страдал не меньше ее. Ему хотелось обнять девушку, сказать ей что-нибудь нежное и ласковое, но он не знал, насколько это сейчас разумно.

Излишняя нежность не была свойственна Тэумару, к тому же он боялся, что Айна склоняется к нему лишь в поисках поддержки, когда смерть буквально преследует их по пятам, а как только все закончится, она оттолкнет его с прежней своей заносчивостью, прежним высокомерием.

Тэумар не хотел давать самому себе надежду. Вдобавок над ним тяготело обещание, данное Иви. Именно теперь, рядом с этими сумрачными скалами, он настолько остро ощутил свою зависимость от данного ей слова, что его охватила ни разу не испытанная до этого горечь.

Но, может быть, он сам, всего лишь под давлений несчастий тянется к Айне? Поэтому она для него единственная в мире? Может, когда он окажется в Лянсиде, то все потихоньку вернется к прежнему, и он с легким сердцем выполнит данное Иви обещание.

Айна хотела погубить его, но она же и спасала его…

— Что с тобой? — спросила Айна, от внимания которой не ускользнуло то, как изменилось лицо, идущего рядом с ней Тэумара.

Даже в сумерках заметила она странный блеск его зеленых глаз, смотрящих перед собой то ли с ненавистью, то ли с отчаянием.

— Я думал о будущем…

— Я тоже… Я целовала чужого мужчину, утопила в озере свой пояс невесты… Лэми отвернется от меня!

Чужой мужчина! Тэумар подавил горькую усмешку. Они вместе пережили смертельные опасности, а она по-прежнему считает его чужим!

— Вы любили друг друга, поэтому обручились? — спросил Тэумар.

— Нас обручили, потому что других подходящих кандидатов не нашлось. Я в то время совсем девчонкой была…

— Значит, не по твоей воле?

— Мы полюбили друг друга после… Мы очень сильно полюбили друг друга! — с вызовом проговорила Айна.

— Тогда он тебя поймет…Я бы понял…

— Не ври! Мужчины не терпят, когда их женщины находятся рядом с другими, пусть и по-принуждению… Я нарушила все традиции. Ты видел меня без одежды..

— Я спасал тебе жизнь…

— Ты целовал меня! А я готова была на все! Хороша невеста!

— Если дело в этом, то я и женюсь на тебе! — сказал Тэумар так, словно кто-то другой произнес это за него.

— Ты же связан клятвой с другой!

— А ты бы приняла мое предложение? — словно не слыша ее, спросил Тэумар.

Айна до крови прикусила губы, останавливая слова, уже готовые сорваться с ее языка.

— Родник! — воскликнула она, различив невдалеке такой сладостное журчание воды.

Глава 46

Глазам их открылся узкий водопад, летящий вниз с наваленных друг на друга камней.

— Постой… Сперва я попробую! — сказал Тэумар.

Он набрал в ладони чистую свежую воду, сохранившую запах дневного солнца и сделал осторожный глоток.

Но Айна не стала ждать и принялась жадно ловить губами темные струи воды.

Напившись, она привалилась спиной к гладкой поверхности камня и закрыла глаза.

Вода придала ей сил, а вместе с ними — уверенности.

Тэумар достал из-за спины лук и проверил тетиву. В колчане еще оставалось достаточно стрел. Лук Айны сгинул вместе с убежавшей лошадью.

— Я не знаю, есть ли здесь какая-нибудь живность…

— Главное, что здесь есть вода, — не открывая глаз, выдохнула Айна.

— Нам лучше дождаться рассвета, — сказал Тэумар, — я не очень жажду бродить по незнакомым скалам в потемках.

Они выбрали место неподалеку от водопада, где трава росла погуще. Наломав веток с сухой сосны, торчавшей неподалеку, Тэумар развел костер. Он не решился отойти в поисках дичи, не захотел оставлять Айну в одиночестве. Утром, при свете дня, проще будет найти еду.

Тэумар был привычен к холоду, а Айна мерзла. Огонь, зажженный магией, не греет, а дров удалось собрать не так уж и много, приходилось экономить, чтобы поддерживать какой-никакой костер.

Уставшая Айна привалилась к Тэумару всем телом, и вскоре дыхание ее сделалось почти беззвучным. Тэумар потеплее укутал девушку в свой плащ. Ее теплые волосы касались его шеи, и это нежное прикосновение отзывалось в его душе мучительной болью.

Айна была ему сейчас бесконечно дорога, Айна была нужна ему. Если бы она согласилась стать его женой! Он бы много переменил в своей жизни! С ней бы он пожелал иметь столько детей, сколько она сама захочет!

Но есть Иви… Воспоминание о ней сокрушительной волной ворвалось в сердце Тэумара, полное любви и надежды на счастье с другой… Он снова увидел каждый изгиб белоснежного тела, когда Иви бывало, соблазнительно раскинувшись на постели, капризно надувала губы и томно прикрывала черные ресницы… Жениться на Айне, а Иви останется любовницей?

От этой безумной мысли Тэумара бросило в дрожь, а тело покрылось ледяным потом. Айна ощутила эту дрожь, жалобно вздохнула, прижимаясь к нему еще теснее.

“Не бывает так”, — подумал Тэумар, мучительно размышляя. И к нему вновь вернулась мысль о приворотном зелье, вернулась не мимолетно, а навязчиво, словно какая-то пелена упала с его глаз. Могла ли Иви осмелилась на подобное? Она не глупа и всегда была честна с ним. А если не она сама, а Ния? Мать Иви — искусная травница, и кто знает какие рецепты удалось раздобыть ей за долгую жизнь!

Тэумар едва не заскрипел зубами от злости, но тут же сдержал себя и повернул лицо к Айне, спавшей на его плече. Она улыбалась.

Порыв ветра, налетевший внезапно, принес ему едва уловимый горьковатый аромат резеды, в обилии росшей по окраинам лянсиданского леса.

Тэумар живо вспомнил, как любил лежать навзничь на пестром цветочном покрывале и смотреть в небо, на облака, на пролетающих птиц…

Рассвет встал серым и молчаливым. За ночь южное небо затянуло тучами, сквозь которые проблескивали тускло-желтые лучи.

Айна открыла глаза, и улыбка на ее лице тут же потухла.

— Мне приснилась Этеляна… — прошептала она, медленно садясь и зябко кутаясь в плащ.

— А я чувствовал запах любимых трав…

Айна с тяжелым вздохом посмотрела ему в глаза.

— Идем! — Тэумар поднялся и протянул ей руку, — мы должны завершить путь.

— Мне страшно! — призналась Айна, смутно озираясь по сторонам.

— Мне тоже… — не стал храбриться Тэумар.

Он набрал у водопада полную флягу воды, и они направились к скалам, над которыми покачивался сизый утренний туман. Туман казался подозрителен, но выбора не оставалось. Теперь при жидком свете зачинающегося дня, у Тэумара не было сомнений — они попали туда, куда стремились — на край Сухого русла.

Они медленно двигались среди плоских гранитных стен и нагромождения валунов.

— Пещера! — тихо воскликнула Айна, указывая на темный узкий зев, уводящий вглубь скалы.

Не хотелось упускать ни малейшего шанса, хотя Тэумар сомневался, что в первой же расселине их будет ждать удача.

Покинув одну пещеру, они почти сразу натолкнулись на вторую и скоро, к ужасу своему обнаружили, что скалы, как и предположил Тэумар, пронизаны сетью пещер, словно паутиной — и чтобы обойти их все потребуется невесть сколько времени. К тому же неизвестно, какая опасность скрывается в глубинах скал, а пищу добыть неоткуда, да и оружие оставляет желать лучшего — пара ножей и стрелы, которые рано или поздно закончатся.

— Безумием было бы надеяться, что черный мох сам свалится к нам в руки! — проговорил Тэумар, ощупывая руками влажные сырые стены.

— Что ты делаешь? — спросила Айна.

— Мох очень ядовит, я пытаюсь уловить энергию яда…

Но камень молчал, он не спешил раскрывать своих секретов.