Пыль моря (СИ) - Волошин Константин - Страница 51

– Четверо убитых, из них трое туземных червей, и шестеро легко раненых. Пустяки.

– Однако порох и другой припас сильно уменьшился. Где доставать его? И что без него мы сможем?

Собрание молчало, не решаясь давать советы. Да и готовых решений ни у кого не было.

– Молчите! А я вам скажу, где всё это можно легко добыть. И не только это. Добычи очень много. Так много, что погрузить на наши джонки всё нам и не удалось бы, – Ли загадочно обвёл присутствующих взглядом

– Уж не напасть вы задумали на испанца? – осторожно спросил Юй.

– Угадал! – радостно воскликнул Ли Ю-сун. – Они лишились хорошего хода и нам легко их догнать. А ночью подойти вплотную и внезапно броситься на палубу. Уверен, что удача будет нам сопутствовать.

Напряжённая тишина была ответом на эту тираду. Наконец Юй осмелился:

– Не верю я в такую удачу. Уж слишком мало нас. А сколько нас останется после боя? Слитком рискованно.

– А вся наша жизнь слишком рискованна! – взвизгнул Чао.

– Оно, конечно, так, но силы слишком не равные. Да и удастся ли подойти так близко и незаметно. А если нет?

– Зато сколько добычи будет у нас! – настаивал Ли. – Да и что, мы трусы что ли? В первый раз рисковать приходится?

– И всё же поддержать такое не могу, – настойчиво ответил Юй.

– Ты просто трусишь! И если хочешь знать, то это приказ! – голос Ли стал жёстким и срывался на высокие тона.

– Если приказ, тогда другое дело, но всё равно это дело будет проиграно. Духи нас не поддержат. Слишком условия не в нашу пользу, – Юй Кэ-фа опустил голову, приглаживая усы.

Воцарилась тишина. Капитан Ли лихорадочно размышлял: «Да, Юй, по-видимому, прав, но какой нахал. Этак он восстановит против меня часть команды. Надо держать его подальше от себя. Что ж делать?»

– А что помалкивает Жэнь Хэпин? – спросил Ли, хитро поглядывая в сторону другого капитана. – А ну-ка молви своё слово.

Жэнь тяжело вздохнул и выпрямился.

– Всё хорошо, но Юй прав, говоря, с чем мы останемся, даже если и победим. Стоит ли так рисковать? Может, подождём немного? К тому же и суда требуют ремонта. На каждом течь, помпы не прекращают работать. Я за Юя, он правильно говорил. Я всё сказал, капитан.

Ли сосредоточенно оглаживал усы и, закрыв глаза думал. Потом с сожалением махнул рукой:

– Не ожидал я такого. Видно ошибся в вас. Но делать нечего, придётся мне отказаться от такого славного дела. Будем ждать лучшего. Отправляйтесь на свои джонки. Продолжаем идти на север. Надо искать стоянку, – он поднялся, давая понять, что задерживать никого больше не станет.

Капитаны молча и тихо поднялись, кланялись и с трудом сдерживали гримасы радости на лицах. Заспешили к своим лодкам, колыхавшимся у борта.

А капитан Ли потребовал себе вина и заперся в каюте. Он прислушивался к стукам за бортом к слышал, как отчалили лодки, как переговаривались капитаны и досадовал, что не может разобрать слов. Его злило малодушие и осторожность капитанов. «Такую добычу упускаем!» – раздражённо думал он, подливая в чашку.

---------------------

[1] Колдершто́к – рычаг от румпеля, специальное приспособление, делавшее значительно легче поворот руля на корабле. Использовался до появления штурвала.

[2] Бушприт – горизонтальное либо наклонное рангоутное дерево (мачта), выступающее вперёд с носа парусника.

[3] Блинд – прямой парус, который ставили под бушпритом.

[4] Бизань – название кормовой мачты на трёх- и более мачтовом судне.

Глава 41. На краю гибели

Ещё несколько дней маленькая флотилия джонок пробиралась на север, борясь со встречными ветрами.

В один из таких трудных дней с «Догоняй» подали сигнал о замеченном судне, идущем навстречу. Капитан Ли тотчас отдал приказ начать преследование. Его раздражало отсутствие настоящей добычи, и он готов был броситься на любое судно. Вскоре тёмный парус показался в всхолмлённом волнами море. «Догоняй» уже был далеко впереди и шёл на сближение. Этот манёвр заметили, и судно стало уваливать к востоку, пытаясь уйти от пиратов.

Часа два шли на сближения остальные джонки, и судно оказалось отрезанным от ветра. «Догоняй» дал залп из своих трёх пушечек, но с дальнего расстояния ядра не поразили цель. Судно стало ложиться на другой галс, но не успело полностью развернуться, как «Догоняй» подошёл ближе к корме и залп второго борта уже сбил одну из мачт. Та свалилась на палубу, снасти загромоздили её, придавив одного матроса. Судно тотчас легло в дрейф, спустив остальные паруса.

Подлетели другие джонки и вскоре вооружённые матросы с воплями хлынули на палубу. То была японская джонка, группа матросов во главе с хозяином пыталась организовать сопротивление. Крупный японец с двумя саблями в руках отмахивался от наседавших пиратов. Пять его матросов тоже отчаянно отбивались японскими катанами. Изредка грохали пистолетные выстрелы.

Хитоси с окаменевшим лицом стоял на фальшборте своей джонки и наблюдал всю эту картину. Капитан Ли с силой огрел его палкой по мускулистой спине и тот, вздрогнув обернулся.

– Что стоишь, трус проклятый! Вперёд, жаба вонючая!

Хитоси сощурил глаза и втянул голову. Прошипел сквозь зубы:

– Там же мои земляки, капитан. Не могу я туда.

– Не подчиняться? – взвизгнул Ли и пистолет взлетел в его руке.

Хитоси побледнел и молниеносно ударил капитана по руке взмахом ноги. Пистолет дёрнулся, и пуля взвизгнула в небо. Ли позеленел и хотел выхватить саблю, но она не поддавалась и злость охватила его. Он ревел и кричал, а Хитоси отошёл от борта и скрылся в толпе матросов.

К этому времени все защитники уже лежали, орошая палубу ручейками крови. Их искромсанные тела тут же выбросили за борт. Остальных матросов связали. Корабль осмотрели, и стали спешно перегружать ценности. На джонке было много шёлковых тканей, холодного оружия, соли и металлической посуды. В каюте хозяина капитан Ли отобрал ящичек с золотыми и серебряными монетами. Это особенно радовало капитана.

Он немного успокоился, но лицо оставалось напряжённым и злым. В два часа управились с перегрузкой, похоронили убитого матроса и одарили трёх раненых кусками шелка. Оставшихся в живых японцев отпустили и джонки разошлись в разные стороны.

Тут же капитан Ли счёл необходимым расправиться с Хитоси, но к его удивлению за него вступился Мишка.

– Зачем, господин капитан, наказывать Хитоси. Он правильно не захотел против своих драться. И без него справились в момент. Каждый так мог бы поступить. Умерьте свой гнев.

– Ты тоже против меня? Да тут заговор!? Хватайте их, червей навозных! Головы отрубить и в море на съедение акулам!

Несколько матросов бросились исполнять приказ, но Мишка выхватил катану и пистолет.

– Назад, собаки! Кто сунется, голову размозжу!

– Что остановились?! – рявкнул Ли. – Хватайте его! Все сразу!

Несколько человек рванулись, но сабля молнией взлетела над Мишкиной головой и один из матросов покатился по палубе, схватившись за голову и отчаянно вопя. Другой тихо опустился на колени с раскрытым от боли и ужаса ртом. Толпа отхлынула, Мишка стоял на широко расставленных ногах, в глазах его светилась решимость дорого продать свою жизнь. Лицо, покрытое мертвенной бледностью, дышало свирепостью. Глаза мрачно и тяжело оглядывали столпившихся в кучу матросов. Он был страшен и его бывшие товарищи невольно попятились.

Хитоси, маленький и широкий, жался к могучему телу Мишки и не решался вступить в борьбу с толпой. Он был растерян и, по-видимому, смирился с участью, которую измыслил ему злопамятный капитан. Он тупо упёрся в палубу взглядом и встрепенулся, когда Мишка ткнул его в бок локтём.

– Чего скис? Смотри, они же боятся нас. Их не так много, да и не все горят желанием нас прикончить. Опомнись, не робей.

Хитоси мало что понял в торопливой речи своего друга, но главное он уяснил. Его тело оживилось, глаза блеснули в узких прорезях век. Рука сама хватила рукоять катаны.