Мой любимый демон (СИ) - Сокольская Екатерина - Страница 18

Нет. Я пыталась. Это он не пытался. В этой ситуации не я одна виновата. Отношения строят двое. Двое же и должны пытаться их спасти. Если пытается только один, то такие отношения обречены. А может это всё к лучшему? Пинок для нового старта, на который я никак не могла решиться.

Никогда бы не подумала, что за каких-то две недели моя жизнь перевернётся с ног на голову. А единственным человеком, который подставит своё плечо будет совершенно посторонний мужчина, пугающий меня гиптнотизирующим притяжением серых глаз и обольстительной улыбкой. Сложно было представить, что этот чуткий и интересный человек совсем недавно пытался заплатить мне за услуги орального характера. Я откинула ненужное воспоминание, страшась выдать свои мысли.

Роберт тоже не спешил нарушать молчание. Лишь периодически сжимал посильнее руль, напряжённо о чём-то думая. Словно меня тут нет. Я тихо сидела, пытаясь представить, какие мысли роятся в его голове. Наверное, мужчина проклинал меня и всю эту ситуацию. Ругал себя на чём свет стоит, что оказался не в том месте не в то время. Я могла его понять. Сама терпеть не могла вмешиваться в чьи-то распри и уж тем более сваливать свои проблемы на чужие, пусть и на такие крепкие плечи.

Спустя пол часа, переступив порог, я поняла, почему он так называл свою квартиру. С первого взгляда стало понятно, что здесь я не увижу цветов, растущих на подоконнике, разбросанных носков и фотографий в плавках с моря. Это была квартира холостяка, привыкшего к чистоте и контролю.

Такую квартиру можно увидеть в рекламном буклете, где ты мысленно расставляешь всякие милые безделушки, близкие твоему сердцу, в попытке создать уют. Именно таким и никаким иначе должно быть убежище этого человека. Он, как и эта квартира безумно притягателен, но скрывает холод внутри.

Стекло и дерево гармонично сочетались в минималистичном интерьере, в который как нельзя лучше вписалась строгая мебель. Диван, барная стойка, небольшая кухня. Ничего лишнего и ничего личного, что бы рассказало о хозяине квартиры. Как будто он только вчера сюда заехал.

Сидя на небольшом диване лицом к мужчине, я приняла из его рук стакан с алкоголем.

— Спасибо тебе ещё раз… за всё.

— Я же говорил тебе, что приду на помощь, что бы ни случилось.

— Да. Но я не привыкла скидывать свои проблемы на постороннего человека.

Он чуть скривил губы от моего замечания. От его взгляда мне стало не по себе. Как будто он хочет сказать что-то, но сам затыкает свой рот, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Я не хотел бы быть … чужим для тебя, — кажется, я задержала дыхание, ожидая продолжения. — Другом. Я хотел бы быть для тебя другом, к которому ты в первую очередь обратишься, даже если «стрелка» на чулках поедет.

— Я бы тоже этого хотела.

Где-то в глубине квартиры играла спокойная ненавязчивая музыка. Крепкий напиток грел тело, растворяя в своей лаве мои проблемы, воспоминания минувшего дня. Расслаблял каждую мышцу. Хотелось хоть ненадолго почувствовать себя спокойно. В безопасности, не думая о завтрашнем дне. За окном стояла непроглядная тьма, а рядом мужчина, с которым приятно молчать, просто думал о чём-то, давая мне время собрать свои мысли. Наконец, уютное молчание прервалось.

— Знаешь, Мишель, есть люди, которых встречаешь в своей жизни просто для опыта. Ты совершаешь ошибки, тебе делают больно. Но это лишь период в жизни. Он пройдёт. Забудется, оставляя лишь горькое воспоминание, которое потом сменят счастливые моменты.

— Знаю. Не в первый раз. Я сильная. Справлюсь. Спасибо, — я опустила голову, не до конца веря сказанному мной же.

— Ты не должна быть сильной. Просто знай, что тебе есть кому помочь.

— Мне никогда такого не говорили.

В его глазах не было ни капли сочувствия. Участие и печаль. Не сочувствие, которое я меньше всего ждала от него. Видимо, виски расслабил не только мои нервы, но и отключил мозги. Не отдавая себе отчёта, что это практически не знакомый мужчина, я преодолела разделявшее нас расстояние и укуталась в его объятия. Мне просто нужно было почувствовать, что действительно не одна во вселенной, как часто думала. Его запах и тёплые руки казались чем-то до боли обычным. Не банальным, а обычным, как плед, которым ты укрываешься на протяжении всей жизни. Как глоток воздуха, который не замечаешь. Словно вернуться домой, где тебя ждут.

В жизни много проблем, которые кажутся такими сложными и важными, но столкнувшись с ними лицом к лицу понимаешь, что всё просто. Это не проблемы. Нужно лишь перестать быть жертвой. Принятие помощи — это не слабость. Быть открытым перед самим собой и перед другими, попросить о помощи — это шаг на пути к выздоровлению.

Я сидела, просто уткнувшись в плечо Роберта и вдыхала его запах, который успокаивал и опьянял сильнее виски. Который вытеснял все дурные мысли, мучившие меня уже… Господи. Я уже и забыла, когда мне было настолько спокойно.

Мужчина просто сидел, перебирая мои волосы и уткнувшись в мою макушку, не делая попыток воспользоваться моим беззащитным состоянием.

Вот так закрыв одну дверь, открывается другая. Потеряв близкого человека, я встретила другого. Своего защитника. Своего друга. Мы сидели, просто обнявшись где-то далеко от всего мира и так непозволительно близко друг к другу. Я просто прижималась к его сильному телу, вцепившись в рубашку и, как часы на солнечной батарее, заряжалась его энергией. Его силой и спокойствием. Я просто молчала, не желая думать о том, что случилось с Максом.

Роберт широкой ладонью поглаживал мои плечи, спину, волосы. Просто давал понять, что не одна. Уже не одна.

Лёгкое прикосновение тёплой руки к щеке вернуло меня из заоблачных мыслей. Его пальцы нежно касались моей кожи, посылая мурашки удовольствия по телу. Я чуть приподняла голову, вглядываясь в его глаза. В них на миг мелькнуло что-то тёплое, заставляя таять этот лёд в глубине. Лишь на миг. Или это причуды приглушённого света.

Мужчина чуть улыбнулся, положив ладонь на мою щёку. Обжигающее прикосновение. Его лицо так близко, а сердце отдаётся эхом в моей грудной клетке. Мои мысли разбежались в разные стороны, оставляя пустоту в голове. Оставляя лишь одну. Каковы на вкус эти мягкие губы, что так близко к моим? Каково это — почувствовать эти крепкие ладони на своей голой коже? Сглотнув подступающее желание, я моргнула. Наваждение не пропало. Оно преследовало меня с тех самых пор, как я увидела этого человека, расслабленно восседавшего в кресле, словно властелин мира, властелин судеб. Буду ли я жалеть об этом завтра? В любом случае да. Если дам волю своим демонам, нашёптывающим запретные мысли, то потом сгорю со стыда. Если не прикоснусь сейчас к нему, то просто сгорю. И завтра буду сожалеть, что упустила эту возможность.

Его большой палец соскользнул на мои губы, поглаживая их. Ледяные глаза следили за этим движением. Несомненно, он думал о том же, что и я.

Преодолев это огромное расстояние, лёгким движением я коснулась его губ своими. Время остановилось вместе с моим дыханием. Отстранившись от мужчины, снова взглянула на него с опаской. Но в его глазах не было осуждения, злорадства или удивления. Его серые ледники полыхали адским пламенем, опаляя всё вокруг.

Роберт вжал меня в себя до хруста костей, до искр из глаз, до одури, заполняя собой весь мой рухнувший мир. Выстраивая новый.

Его дрожащие губы без разбора сминали, подчиняли, кусали и награждали. Дарили ласку и сладкую боль. Язык старался исследовать всё, что было в его власти. Дрожь его тела передалась мне. И мы, как два потерянных в пустыне путника, пытались напиться друг другом, поглотить и сгореть.

Наваждение от его близости сводило с ума последние дни. Оно выплеснулось, оставляя на моих трусиках влажный след.

Завтра я буду жалеть. Но это завтра. Сегодня я хочу этого.

Глава 14. Роберт

Я стоял в скрывавшей меня темноте комнаты и смотрел на тихо посапывающую девушку. На моих белых простынях в отблесках луны, она казалась ещё более хрупкой. Одно не осторожное движение и она рассыплется. Одно грубое слово и улыбка на губах угаснет.