С болью в сердце (СИ) - Эмм Лана - Страница 33

Глава 29. Стержень и сила

Состояние полной беспомощности. Впервые.

Раньше в любой ситуации, я знал, как поступить. Но не сейчас.

Сейчас я как тряпичная кукла. Амебоподобная.

Не знаю, что делать?

Дать волю эмоциям, и разнести здесь все к херам?

Или пойти "нажраться"? Чтобы забыть все.

А что, собственно, забывать?

В полном непонимании бреду… куда? Да, я не знаю…

Как не мой? Да, мой же.

Сжимаю в руках сильнее бумажку, что она мне сунула. Первый порыв — выбросить. Но засовываю в задний карман джинс, даже не взглянув на ее содержание.

Это же бред? Да?

Конечно, бред. Что еще могла эта полоумная выдумать. У нее за год мозг перестал функционировать правильно. Вот и все…

А зачем ей врать? Какой смысл?

Я, вообще, нигде уже смысла не вижу.

Уже чувствую, что продрог. Шмыгать носом начинаю. Не хватало еще заболеть, для полноты картины.

Возвращаюсь обратно в фойе клиники.

Совсем разбитый опускаюсь на ближайший диван. Запрокидываю голову назад закрывая глаза. Мне надо несколько минут. Я норм. Сейчас буду.

Вокруг меня суматоха. Беготня. Краем уха слышу — привезли кого-то “тяжелого”.

Отстраняюсь от этого. Надо, хоть немного, себя в кучу собрать.

Но мне не дают.

— Колян, — неожиданный выкрик Марка. — Где Сандра?

С большим усилием поворачиваю голову в его сторону, разлепляя глаза.

— У врача, где она еще может быть? — тяжело вздыхая.

— Нет ее у врача. Медсестра сказала, вышла на улицу и пропала…

Ловлю его встревоженный взгляд.

Таааак…

Закатываю глаза. Сандра, ну, сколько можно?

— Опять сбежала? — на всякий случай уточняю, может он уже в курсе.

Пожимает плечами в ответ.

— Пойдем искать…

Не успел я встать, как в холл клиники влетает, в прямом смысле этого слова, тайфун. Раскрасневшийся запыхавшийся Летунов. Злой, но в глазах отчетливо читается страх. Что еще стряслось? Нам всего мало же!

— Александр Викторович? — привлекаю его внимание.

Не сразу нас заметил.

— Где Сандра? — рявкает.

Наверно, узнал, что ее нокаутировали.

— Сбежала… — констатирует Марк.

Посмотрев поочередно на нас как на идиотов, опускает взгляд на телефон в своей руке.

— Отследили сигнал? — берет трубку. — Отсюда? … Ну-ка, веди меня…

Срывается с места, как раз в сторону куда уходила Сандра, когда пошла на процедуры.

Уверенным шагом быстро обходит медсестру, которая встала у него на пути, не обращая внимания на ее возгласы.

И мы направились за ним, проходя мимо медсестры только пожимаем плечами.

— Охрана! Охрана! — кричит.

Ой, что сейчас начнется…

Я еще не знаю, что происходит. До моего мозга туго доходит информация. Но вот в груди неприятно щемит.

Откуда-то издалека раздается мелодия, которая стоит на звонке у Сандры.

Летунов открывает дверь в палату. Заглядываю. Никого. Телефон на тумбочке. Куртка на стуле. Ботинки под кроватью. Она что, убежала в тапочках?

Странно! В сердце екнуло что-то беспокойно.

— Нет! Только телефон… Где эти двое? — продолжает разговаривать по телефону. — На парковку их, к моей машине… И Астахова мне не упустите, ясно?

— А вы куда смотрели? — обращается уже к нам.

— А что случилось? — отмирает Марк.

А я стою, как воды в рот набрал. Я уже понял что случилось плохое.

— Случилось… — не договорив, забирает телефон с тумбочки и выходит из палаты.

Идет мимо набежавшей охраны. И как ни странно, вместо того, чтобы его задерживать, они расступаются.

Всё! Еще одного треша мое сердце сегодня не выдержит.

На ватных ногах плетусь за всеми.

На парковке Летунов устраивает взбучку двоим парням. Стоп. Одного я знаю. Точно. Видел сегодня на парковке около школы.

— Я вас зачем поставил? Для охраны? Или для развлечения?

Что-то бубнят в ответ. Их детский лепет перекрикивает сорвавшийся с цепи мой "мотор". Как бы совсем не остановился.

— И? Вы оба поперлись за ней? — орет на них.

— Нет. Я остался с Ситниковым… — оправдывается тот, кого я видел.

— А с Сандрой кто остался?

— Мы подумали, что пока она в больнице ей ничто не угрожает…

— Идиоты! Подумали они! Вам противопоказано думать! И Сандру проморгали, и эту упустили. Оба уволены!

Оседает, облокачиваясь на свою машину. По виду выглядит спокойным. Но глаза его выдают, там дикий ужас.

— У Астахова она! Это я виноват! — разбито.

Мои самые страшные предположения подтвердились.

Вдыхаю поглубже, надеясь остановить бьющееся в истерике сердце.

Не помогает.

— Что вы сделали? — твердо спрашиваю. — И с чего вы взяли, что она, именно, у Астахова?

Извилины, наконец-то, начинают выполнять свои функции. Думать!

В свете последних событий, могу предположить, что Сандра может быть в полиции.

Эта мадам предупредила, что если выкинете что-нибудь — пожалеете.

Получается, прилетело откуда не ждали. Выкинул что-то отец. И, вполне, она могла ее задержать, как меня сегодня.

Хотя, почему ее? А не ее отца?

И что он такого мог сделать, что трус Астахов пошел на крайние меры?

— Поставил Астахову ультиматум… — обессиленно выдыхает. — А он решил перейти к действиям.

— В полицию надо сообщить. Он связывался с вами? Выкуп просил?

Мой мозг окончательно пришел в себя. Уже есть несколько идей.

— Какая полиция? Я сам…

Кто бы сомневался? А может майорше позвонить?

— Так… Есть мысли? Мне сейчас не помешают две светлые головы. Вы со мной?

Вопрос он задал чисто ради приличия, без возможности отказаться. Поэтому мы уже едем за машинами Летунова. Его и еще две с охраной.

Марк со мной. Каждый думает о своем. Молча.

Уже начинает светать. Раннее утро. Я опять не спал. Не до этого, в данный момент.

Пока Летунов на повышенных тонах разговаривает со своей службой безопасности, Ольга Владимировна разливает нам свежесваренный кофе. Взбодриться нам не помешает, я уже носом клюю. Она тихонько всхлипывает и глаза на мокром месте.

— Все будет хорошо… — сжав ее руку, успокаиваю.

Но что-то пошло не так, и она заходится еще больше в тихой истерике. Мои навыки психолога улетучились. Мне и самому не помешает психотерапия…

Да уж…

— Оля, перестань, пожалуйста… — вздыхает Александр Викторович. — С ней все в порядке… Иди поспи…

— Поспишь тут… — тяжело вздыхает, но вроде, успокаивается.

Обнимает и гладит ее по волосам.

Это так нежно и чутко.

Я бы тоже хотел так обнять Сандру, прошептать на ухо, что все будет хорошо. Что мы справимся со всем.

Но она не обычная девушка. Внутри у нее стержень и сила, покруче моих, как прискорбно бы это ни звучало. Она себя в обиду не даст. Уверен.

— А что случилось? Вы чего все здесь? И не спите… — неожиданно из соседней комнаты выплывает в махровом халате Линда.

Марк с ужасом в глазах колыхнулся на ее голос. Мы с ним переглянулись, безмолвно просит поддержки. Киваю незаметно.

Ей нельзя говорить. По словам Сандры, ее сестра та еще истеричка. А беременная истеричка вдвойне опасна. В первую очередь для себя и ребенка.

И родители не в курсе, насколько я помню.

Но Линда ничего не поняв, трет глаза и плюхается на диван рядом с Марком. Прикладывается ему на плечо.

— А где Санька? — сонно зевая.

— В больнице на обследовании… — отвечаю после недолгой паузы. — Нехорошо себя почувствовала…

— Опять сердце? — тут же просыпается и с тревогой оглядывает всех.

— Нет… — резко. — Просто голова закружилась…

— Может она беременна? — успокоившись, начинает строить версии.

А мне как-то не по себе стало. Обсуждать эту тему без Сандры, еще и при ее родителях.

— У меня было такое… — выдает Линда.

Округлив глаза, понимает, что сама проболталась.

— Что, такое? — спрашивает ее мама.

Сейчас все плохо соображают. А вот Александр Викторович сидит в расслабленной позе с невозмутимым выражением лица.