Любовь по предсказанию (СИ) - Воронцова Алиса - Страница 16

— Давайте, а то опоздаем! — крикнула мне Шейла у входной двери.

На улице я вдохнул полной грудью и надел шляпу. Пустая Квин-сквер, легкий туман — такой безмятежной я эту улицу еще не видел. Редкие лавочники готовили свои магазины к открытию, растаскивая деревянные заслонки, но в остальном Саллем казался совершенно безлюдным.

Благодаря длинным ногам я довольно быстро нагнал Шейлу.

— Простите за кофе. Мне правда и в голову не пришло. Хотите, помогу с сумкой? Что у вас там?

— Не надо, сама справлюсь.

Замечательно, Арден, ты сама обходительность.

— Что мне нужно сделать, чтобы вы простили меня за кофе? У меня с собой есть сэндвич. Хотите?

Шейла бросила на меня косой взгляд, но не сбавила скорости. Она так смешно пыхтела, когда торопилась.

— Хочу. Но не прямо сейчас. И не будьте таким мелочным, профессор. Вам не обязательно искать моего расположения. К счастью, темной магией я не владею и проклясть вас не сумею. А с трубами мы что-нибудь придумаем.

Вчера ей снова пришлось вызывать техника, когда меня не было дома. Об этом я узнал по оставленной у входа расписке. Шейла даже не попросила денег, а оплатила все сама.

— Вы думаете, меня беспокоят только трубы? — Как ни пытался, я не сумел скрыть раздражения. — Замечательного же вы обо мне мнения, если думаете, что этот дом — все, что меня волнует.

— А вы другого мнения о себе и не дали сложить, — возразила она, остановившись у перекрестка.

Надо признать, она была права.

Дилижансов на горизонте не виднелось, но я на всякий случай посмотрел по сторонам, рефлекторно выставив руку перед Шейлой. Я промолчал, давая ей возможность выплеснуть все, что у нее накопилось.

— Я пыталась относиться к вам со всем сердцем, даже купила цветов в первый день! А вы что? Понимаю, вы не ждали соседей и вам не очень приятно, что я достаю вас с антирринумом, но я бы не делала так без причины! Ведите себя как достойный ведьмак, в конце концов. — И она резко замолчала. Похоже, у нее в голове были еще мысли, но она не стала их высказывать.

— Все? — спросил я мягко.

— Все.

Мы свернули на Шарлотт-стрит, с которой было видно двухэтажное здание вокзала, у которого уже собрались люди. Даже издалека можно было сказать, что это студенты: шумные, небрежно одетые, с полупустыми холщевками на плечах. Студентов было больше, чем я предполагал. Разве это была лекция не для одного курса? Тут же было человек сорок, не меньше.

— Сколько человек записалось на выездную лекцию? — спросил я у Шейлы.

Она окинула меня взглядом, явно наслаждаясь моей растерянностью.

— Моих тут шестнадцать, остальные по собственному желанию. Тут и первокурсники, и ребята постарше. Слухи по Хильде расходятся быстро.

— Вы на что-то намекаете?

— Нет, — она перехватила сумку покрепче, — что вы. Совсем нет.

С каждым днем я осознавал, что понимаю женщин все хуже и хуже. Шейлу Уилан я же не понимал совсем.

Нам предстояла всего лишь сорокаминутная поездка до Брэдфорда, но с такой оравой студентов под моей опекой я ощущал серьезную тревогу. Как вернуться домой живыми и никогда не потерять по дороге?

— Профе! — радостно крикнул какой-то темноволосый и широкоплечий парень, которого я не знал.

Мне не понравилось, как он пренебрежительно обращался к Шейле, но, поймав ее предупредительный взгляд, я промолчал.

Мы подошли к студентам, и, словно по мановению волшебной палочки, все они замолчали и обратили свои взоры на преподавательницу. Шейла молча передала мне свою сумку — только тогда я почувствовал ее вес и удивился, как она вообще это дотащила — и вытащила из кармана то, что действительно оказалось записной книжкой в темно-синем переплете, а также коротенькое самопишущее перо ярко-розового цвета. Эл любила такие в средней школе, наверное.

— Давайте проведем перекличку!

— Профе, наши все на месте, — подмигнул тот же парень.

С каждой секундой он нравился мне все меньше. Особенно раздражала его манера жевать жвачку. Он держался рядом с Шейлой слишком расслабленно, и это ее ни капли не волновало. А вот меня не устраивало, что взрослый кабан позволял себе подобное поведение в присутствии преподавателя. Даже преподавателей.

— Трое студентов со второго транспортного! — крикнула Шейла неожиданно крепким голосом.

— Здесь! — раздался дружный гул из толпы.

— Дария Вейлан!

К самому носу Шейлы подлетела миниатюрная феечка и с помощью магии громко ответила:

— Присутствует!..

Следующие несколько минут Шейла сверялась со списком, а я уже начал нервно постукивать ногой, то и дело бросая взгляд на привокзальный циферблат.

— Пресвятая мать. — Шейла по-театральному взмахнула руками, в одной из которых все еще был зажат блокнот. — Вы невыносим, мистер Бирн. Мы идем, идем, время еще есть.

Но до отправления оставалось около шести минут, а загрузить такую ораву в вагоны — не самая простая задача.

Только оказавшись в купе, я облегченно выдохнул, снял шляпу и повесил ее на крючок у окна. Из четырех мест было занято только два — к счастью, никаких студентов в ближайшие сорок минут.

Шейла разложила вещи на свободном сиденье, достала из сумки расческу и принялась расчесывать чуть завивающиеся на концах волосы. Она смотрела в окно и когда раздался сигнал об отправлении, и когда поезд тронулся с места.

Я откашлялся, но никакой реакции не последовало.

— Вы так и будете меня игнорировать? — спросил я, окончательно потеряв терпение.

— По-вашему, мне надо любоваться вашим прелестным ликом целый день? — Она все-таки посмотрела на меня, но уже далеко не с тем уважением, которое я видел в ней в день знакомства. Раньше я был для нее специалистом своего дела, а сегодня — просто мужчиной с дурным характером.

— Мисс Уилан…

— Мистер Бирн, — перебила она меня, явно ехидничая над моей манерой разговора.

— Я всего лишь хотел напомнить о сэндвиче.

Шейла вздохнула.

— Я бы продолжила делать вид, что не выношу вашего присутствия, но я слишком голодна. Давайте сюда ваш сэндвич. Опять не стали класть маринованные огурцы?

— Простите, но это извращение. — Я представил себе склизкий соленый овощ и мысленно содрогнулся.

Приняв у меня из рук сверток из вощеной бумаги, Шейла открыла его и принюхалась.

— Точно, никаких огурцов, — сказала она с сожалением. — Те, кто не едят соленые овощи, не имеют ни вкуса, ни сердца.

— Тогда я отлично подхожу под описание, — согласился я.

Шейла засмеялась.

— Мой брат… — она замялась, — …такой же.

— Тоже бессердечный негодяй?

Она покачала головой и надкусила сэндвич. Прожевав, посмотрела на меня из-под бровей.

— Тоже не уважает маринады. — Шейла проглотила еще один приличный кусок, и я буквально увидел, как злость покидает ее. — Мистер Бирн, давайте не будем ругаться, а?

Я развел руками.

— Сегодня вы начали.

— Я… — Она не успела ответить, потому что в купе влетел запыхавшийся студент-фавн.

— Профе, скорее! Там драка!

Мы тут же повскакивали с мест. Я снял мантию, чтобы было удобнее разнимать участников возможной потасовки. Шейла уже успела умчаться по коридору, я кинулся за ней.

Кажется, прав был декан Филлипс, когда сказал, что в подобном мероприятии без сопровождающих не обойтись. Боюсь представить, что бы было, если бы Шейла осталась одна.

Маленькие крысеныши успели оккупировать вагон-ресторан. Здесь яблоку было негде упасть — случайные пассажиры, решившие выпить чаю или вина, с шоком наблюдали за толпой орущих ведьмаков, едва вышедших из пубертата.

На полу было разлито что-то красное — не дай боги, ягодная настойка. Я этим чудикам покажу, как употреблять алкоголь в присутствии преподавателей.

Симпатичная официантка-полувампирша зацепилась за меня взглядом, едва я зашел в вагон, и побежала мне навстречу.

— Пожалуйста, скажите, что вы с ними! — Она отчаянно затрясла меня за рукав. Длинные резцы делали ее речь немного забавной.