Жертва (ЛП) - Тессье Шантель - Страница 85

— Дантист мертв. - Мы с Райатом занялись поисками, как только нашли ее окровавленный зуб в переулке клуба. Там был пожар. Как удобно. Вопрос в том, как они догадались туда пойти?

— Гэвин? - Парень, который помог нам - Брамсен - бежит к нам по коридору, и мой пульс учащается от беспокойства на его лице.

— С ней все в порядке? - Я делаю шаг вперед. Возможно, думая, что что-то случилось.

Он смотрит на Гэвина, чтобы поговорить со мной. Гэвин оборачивается, кивнув несколько раз.

— Лейк беременна, - говорит он мне.

— Поздравляю, чувак. - Кэштон хлопает меня по спине, но мои глаза остаются на Гэвине.

Он хмурится и спрашивает меня:

— Почему ты выглядишь удивленным? - Гэвин смотрит на Райата, потом снова на меня.

— Ты сделал тест? - спрашиваю я. — Лейкин?

— Нет, - отвечает Брамсен. — Ну, да. Но не здесь. Я помню, как они заказали один, когда ее привезли в психиатрическое отделение. Она была непреклонна, кричала, что не беременна, но мужчина настоял, чтобы его сделали.

— Этого не было в ее карте, - говорит ему Гэвин.

— Я знаю. Я попросил своего друга проверить, прежде чем мы уехали. Я получил сообщение, пока мы были в операционной, и только что увидел его. - Его глаза встречаются с моими. — Ваша жена, на самом деле, беременна.

— Почему они не внесли это в ее карту? Почему это должно быть секретом? - спрашивает Кэштон.

— Она не может быть беременна. - Я качаю головой в знак отрицания. Это должно быть ошибкой. — Она принимает противозачаточные. Вы сделали ей укол.

— Кто? - спрашивает Гэвин.

— Ты, - рычу я, устав от этой чертовой игры.

Его хмурый взгляд становится еще глубже, и он делает шаг ко мне.

— Я не видел ее.

— Я написал тебе сообщение утром в день свадьбы, - говорю я, доставая из кармана мобильник. — Сообщил тебе время и отель и попросил встретиться с нами там, чтобы сделать укол. - Я перехожу к нашему разговору, и это последнее сообщение между нами.

Он достает свой телефон и показывает мне историю наших переписок. У него нет того, что есть на моем телефоне.

— Тайсон, я не...

— Ты не приходил, но ты послал стажёра... - Я прервался.

— Кого? - требует Гэвин.

Я отворачиваюсь от него, проводя руками по волосам.

— ЧЕРТ! - Этот ублюдок обманул меня. — Джексон, - рычу я.

— Какое он имеет к этому отношение? - спрашивает Гэвин, понимая, о ком я говорю.

— Он был тем, кто появился в отеле и ввел Лейк противозачаточное средство, - огрызаюсь я. — Он сказал, что ты на операции и послал его. - Я даже позвонил Гэвину в тот момент, когда парень сказал мне это. Телефон Гэвина переключился на голосовую почту, и я решил, что он, в самом деле, на операции.

— Мне жаль, Тайсон, но я ничего такого не делал. - Гэвин качает головой.

Каким-то образом Джексон перехватил сотовый Гэвина и позаботился о том, чтобы ввести Лейк что-то еще? Что, черт возьми, было в том уколе? Зачем? И как, блядь, он узнал, где мы находимся?

— Где он? Он нужен мне здесь. Прямо сейчас!

— Я позвоню ему. - Гэвин прокручивает номера в своем мобильном, пытаясь найти номер Джексона. — Попрошу его встретиться со мной здесь.

— Он поймет, что это подстава, - говорю я и смотрю на Кэштона. Никто не приходит в "Карнаж", чтобы потусоваться. И Лорды знают, что у братьев Спейд есть свой собственный медицинский персонал. Так зачем им понадобился здесь Гэвин?

Кэштон хрустит костяшками пальцев.

— Скажи ему, что тебе нужна помощь, и ты пришлешь за ним машину. Я поеду заберу его задницу.

Гэвин кивает и уходит, показывая нам спину и прикладывая телефон к уху. Я подхожу к Брамсену.

— Моя жена знает?

Он качает головой.

— Насколько я знаю, к тому времени, как они получили результаты, она уже была под седацией.

ЛЕЙКИН

Я кашляю кровью. Слюна летит из моего рта, когда фургон останавливается. Меня поднимают с пола, где я лежала лицом вниз после того, как мне вырвали зуб. Мне так больно, что я не могу перестать всхлипывать. Что только усиливает пульсацию.

— Пойдем, сука. - Меня хватают за волосы и выдергивают из фургона. Перекидывают через плечо и уносят, я борюсь с ублюдком, но безуспешно.

Меня бросают на каталку, я брыкаюсь и кричу, когда меня везут по коридору. Яркие огни, свисающие с потолка, проносятся мимо быстро, словно на бегу. Рука тянется вниз, чтобы надавить на мою грудь, и я поднимаю голову, чтобы укусить ее. Им не следовало вынимать кляп.

Кто-то дает мне такую сильную пощечину по лицу, что глаза закрываются.

— Я хочу, чтобы ей дали успокоительное, - кричит он, когда меня заталкивают в комнату. — Прямо сейчас. Выруби ее нахрен.

Меня переворачивают на бок, мои руки внезапно освобождаются, и я отталкиваюсь ими от кровати. Я бегу к двери, но она быстро закрывается, и меня поднимают на ноги. Я кричу во всю силу своих легких, а люди стоят вокруг и смотрят, как этот человек укладывает меня вниз.

Он встает на кровать, отбрасывает меня на спину, прижимая мои руки к голове.

— Успокойте ее, блядь! Сейчас же! И где, блядь, ограничители?

— Нет. Нет. Нет. - Я не смогу отбиться от них, если я буду усыплена и прикована. Где Тайсон? Он был в огне? Я видела. Клуб горел, когда мы наконец уехали в фургоне. Я до сих пор слышу крики, доносящиеся изнутри. А может, это я слышала, когда мне вырвали зуб. Выгнув спину, я глубоко вдыхаю. — ТАЙСОН!

Кто-то другой хватает меня за запястья, не давая освободить их. Вместо этого он обхватывает обеими руками мою шею и начинает душить меня. Я бьюсь бедрами, мечусь под ним из стороны в сторону, но мои руки прижаты к бокам. Затем я чувствую руки на своих ногах, прижавшие и их.

— Ты знаешь... - Он опускает свое лицо к моему. — Возможно, он действительно оказал мне услугу. Возможно, беременная ты чего-то стоишь.

Нет. Я не беременна. Тайсон не допустил бы этого. Я не хочу, чтобы это случилось. И это именно та причина, почему. Никто не придет, чтобы спасти меня. Никто даже не знает, что я жива.

Он вжимает мою голову в матрас, прежде чем отпустить и встать с меня. Я задыхаюсь, втягивая воздух, мои легкие горят.

Я дергаю за ограничители, понимая, что они привязали меня к кровати, и любая надежда на то, что я смогу выбраться из этого, угасает. Моя грудь так сдавлена, что он, возможно, снова сидит на мне.

— Я хочу, чтобы ее усыпили, пока я не скажу иначе. И сделайте тест на беременность. - Он выкрикивает приказы, и люди вбегают и выбегают из комнаты.

— Я... не... - Глубокий вдох. — Беременна.

Он наклоняется над моей кроватью и обхватывает мои щеки, залитые слезами.

— Тебе лучше молить Бога, чтобы это было так. Иначе ты мне не нужна. - Его рука опускается к моей груди, и это напоминает мне, что я все еще без одежды. Он больно хватает меня за грудь, а затем ударяет по лицу, заставив меня вскрикнуть. — Ничтожная сука - мертвая сука.

Его рука опускается к моим черным шортам, и я не могу сопротивляться, когда он их с меня срывает. Я всхлипываю, когда его пальцы сдвигают мои трусы в сторону.

— Думаю, если результаты будут отрицательными, я смогу трахать тебя, пока ты не забеременеешь. - Он целует мое залитое слезами лицо, когда его пальцы входят в меня. — В любом случае, я собираюсь сделать тебя полезной.

Его губы перемещаются в сторону моих губ, чтобы поцеловать меня снова, и я наклоняюсь к нему, погружая свои окровавленные зубы в его плоть. Последнее, что я слышу, это его крик, прежде чем его кулак ударяет меня по лицу.

У меня в затылке раздается писк, который не прекращается. Это сводит меня с ума. Помимо всего прочего. Например, пульсация во рту. Щеки болят, зубы болят. Это вообще что? Меня ударили еще несколько раз, когда я была в нокауте? Это, похоже, на постоянное чувство давления, охватывающее мое лицо.