Назад билетов нет (СИ) - Мищенко Денис Владимирович - Страница 53

Дело хоть и с трудом, но пошло. И если дневная смена была наполнена различного рода тренировками для тела и разума, то ночью, вместо обычного отдохновения, приходилось тренироваться вновь. Но уже с темным двойником. В следующие два захода Аркадий вновь чуть было не погиб. Суккур едва успевал прийти на помощь. Но на третью ночь, Аркадий стал действовать более уверенно. Главным в ночных сражениях и дневных тренировках были спокойствие и уверенность. Понимать, что ты делаешь и как — значит уже победить! Так учил Синелыс и был абсолютно прав.

Спустя дюжину дней как трое путников спустились с гор и протопали своими ногами многие десятки километров им повезло нарваться на небольшую орду кочевников. Почему «повезло»? Все очень просто. Теперь двигаться дальше станет не только легче, но и быстрее. Аркадий и Синелыс пересядут на коней, а Ых просто прибавит шаг. Он и так уже устал семенить всю дорогу.

Аркадий, впервые увидав мчащуюся на троицу многочисленную конную лаву, признаться, струхнул. Но быстро взял себя в руки, видя спокойствие своих спутников. Но Громовержца все же из ножен извлек и, опустив его острием в землю, просто оперся на него.

Пара сотен улюлюкающих всадников быстро окружила путешественников и закружила вокруг них в импровизированном кантабрийском круге. Только что стрелы и дротики не кидали. Так продолжалось несколько минут, пока из травяного моря на горизонте не показалась остальная орда. Сотни повозок и многочисленные табуны лошадей и овец неспешной лавой двигались по направлению на запад, как раз пересекаясь с возникшей на их пути троицей странных путешественников.

Все разрешилось очень быстро. Используя свои ментальные способности, Синелыс просто убавил агрессию командиров передового отряда и заставил их дождаться подхода основных сил. А когда орда достигла точки соприкосновения, вызвался на беседу с ее ханом, которого как заправский джедай смог уговорить взять странную троицу в поход на запад.

На тихий вопрос Аркадия, как степняки воспринимают присутствие в отряде синекожего человека и минотавра, суккур ответил, что таковых представители кочевого народа не видят. У Синелыса кожа совершенно нормальная, как и у обитателей травяного моря, а Ыха они воспринимают как человека, держащего на своих плечах другого человека, не способного идти самостоятельно из-за многочисленных ранений. Единственный, кого степняки воспринимают странно, так это сам Аркадий. И цвет кожи у него не совсем тот, что нужно. И разрез глаз широковат. Да и вообще, не выглядит он как человек заслуживающий доверия.

Дальнейший путь действительно стал протекать комфортнее и быстрее. Только не для Трошкина. Теперь к его тренировкам добавилась вольтижировка и просто бег на перегонки с конем, пока хватит сил. Синелыс скакал на коне, а Аркаша скакал на протезе. Благо, хоть он и не был удобным и заставлял постоянно прихрамывать, гномы сделали его весьма прочным и пружинистым. Местные Кулибины постарались. Так время шло день за днем. Западная граница Тарской империи стремительно приближалась.

Глава 29. Новые горизонты

В этот раз к бою с темным двойником Аркадий подготовился гораздо лучше, чем ранее. Более того, установив с ним ментальную связь, делал подсказки сам Синелыс. Действия Трошкина были четкими и выверенными, а его атаки максимально смертоносными. Теперь в бою против известного противника Аркадий использовал только свой меч, который все также не получалось зарядить молниями. А магией, которую парень сам и придумывал, он пользовался только в те моменты, когда приходилось отражать нечто подобное от самого темного двойника. Как сказал Синелыс, такой способ противостояния, это как тренировка навыков владения клинком, которая никогда не бывает лишней. Да, сражения проходили дольше, и Аркадий уставал больше, но зато и в реальности он стал более уверенным фехтовальщиком. Разница между навыками тела и пониманием оружного боя все более сглаживалась и, переплетаясь, эти навыки образовывали некую синергию, дающую на выходе полноценного воина.

Понимая, что никаких возможностей победить у него больше нет, двойник решил снизойти до переговоров. Отбросив оружие в сторону, он поднял руки вверх и начал делать предложения, от которых Аркадий, по его мнению, отказаться никак не мог:

— Послушай, надо прекращать эти сражения. Они отнимают у меня слишком много сил, которых и так почти не осталось. — Подобная откровенность со стороны темного двойника несколько обескуражила Трошкина. — Я предлагаю тебе мирный договор.

— Согласен! Просто убирайся из моего тела и забери эту кляксу на моей груди.

— Я не могу просто так уйти. У меня больше нет своего тела.

— Тогда я буду бить тебя до тех пор, пока ты совсем не истаешь!

— Долго тебе еще придется с этим возиться. У меня есть предложение получше: я могу дать тебе возможность обрести могущество, с которым ты сможешь бросить вызов даже богам!

— И зачем мне бросать вызов богам? Я с ними не воюю.

— Ну, не хочешь бросать им вызов, можешь просто с помощью моей силы решить все свои проблемы. Приструнить гномов, сместить нового императора, прогнать кочевников обратно в степи.

— А тебе какая с этого выгода?

— Когда ты станешь достаточно силен, ты подаришь мне новое тело и мы разойдемся. Больше ты обо мне не услышишь.

— Гладко стелешь. — Засомневался Аркадий. — Ну, допустим, я соглашусь на твое предложение. Что нужно делать? И что конкретно я получу?

— Все просто. — С этими словами темный двойник в одно мгновение оказался перед Трошкиным и коснулся ладонью знака на его груди. Парень успел среагировать, но припозднился, противник вложил в этот рывок все свои силы и успел сделать свое дело — темный знак засветился изнутри и вновь погас. А двойник отскочил в сторону, прижимая к грудирубленную культю правой руки.

— Зря ты так. — Всхлипнул враг. — Я сделал тебе доброе дело — дал новую силу! Теперь ты сможешь поглощать энергию убитых тобою врагов.

— А если я не захочу этого делать?

— Ты уже не сможешь отказаться от моего дара. Слушай, что скажу: пой повелитель послал меня стать проводником его воли через твое тело. Я не справился с заданием и теперь меня ждет развоплощение. Но выход есть. Повелитель Мрака хочет завоевать этот мир, но у него уже никогда не хватит сил. Зато мы с тобой можем собрать столько энергии, что никакой Темный нам будет не страшен.

— Знаешь что? А пошел-ка бы ты со своим Темным! — С этими словами Аркадий метнулся к врагу и пронзил его грудь своим клинком. Темный двойник задохнулся в кровавом кашле.

— Ты все равно проиграешь! Ты не сможешь жить без убийств, а значит, будешь становится сильнее. А через тебя и я. Настанет день, и я вернусь. И заберу все то, что мне положено по праву.

— Да что ты! — Усмехнулся Аркадий и всадил меч еще глубже в тело врага. В этот момент он оказался почти вплотную к нему. Свободной рукой парень взял двойника за голову и прижал к черной метке на своей груди. Свечение усилилось, раздался полный боли и отчаяния крик темного, после чего его всосало в знак на груди. Все, противник был окончательно повержен!

В следующую секунду окружающее пространство схлопнулось и Аркадия выбросило в реальность. Здесь царила ночь. Вокруг него столпилась толпа удивленного народа, тревожно переговаривавшегося на своем степном наречии. Трошкин даже не понял, почему на него так смотрят, со смесью страха и тревожного ожидания. А потом заметил, что за его плечами вздымаются языки пламени, возникающие прямиком из спины.

— Призови силу меча! — Подскочивший к Аркадию Синелыс был явно встревожен. Такое эмоциональное состояние было ему не свойственно.

— Что? Я не могу! — Взвыл Аркадий, тщетно пытаясь сбить со спины пламя, которое почему-то его не обжигало. — Ты заблокировал мои возможности!

— Ничего я не блокировал! Я лишил тебя уверенности в своих силах ее призвать! Все остальное ты сделал сам!

Аркадий попытался успокоиться и сосредоточиться на силах своего меча. Для уверенности он извлек клинок из ножен и поднял его к звездному небу. Толпа шарахнулась в стороны. Вид огненного человека всех жутко пугал. А тут произошло еще одно невероятное событие — после приложенных усилий, Трошкин с великим трудом нашел в себе достаточно уверенности, чтобы призвать молнии. С диким радостным криком он воздел Громовержца в небеса и выпустил целый сноп молний, ветвями разошедшихся под звездным куполом.