Борьба за свободу (ЛП) - Солсбери Дж. Б. - Страница 33

— Трахну вас позже, — бормочет он.

Я трясу головой.

— Ты свинья.

— Теперь мы одни.

Он плюхается на диван, все еще в трусах.

— Не хочешь надеть гребаную одежду?

Он смотрит на меня так, будто я попросил его надеть платье.

— Не хочешь сказать мне, почему ты вломился в мой дом ни свет, ни заря?

Садясь в кресло напротив него, я обрисовываю Блейку мою ситуацию. Его челюсть сжата намертво, когда я рассказываю ему каждую деталь о встречи Рэйвен. Он шепчет ругательства, когда я рассказываю ему о том, как, после всего этого, нашел ее.

— Вот ублюдок!

Блейк вскакивает с дивана и мерит шагами комнату.

— У меня есть план, но мне нужна твоя помощь. Я знаю, что Доминик является совладельцем «Зевса». Мне нужно, чтобы ты убедил одну из девушек узнать, когда он придет туда.

Он все еще расхаживает и не признает, что я что-то сказал.

— Блейк. Ты можешь сделать это?

Он останавливается и поворачивается ко мне.

— Безу-бл*дь-словно.

Схватив свой телефон, он садится на диван, в этот раз падает не резко, а с напряжением, наклонившись вперед.

— Ты не пойдешь на встречу с этим засранцем один. Я с тобой.

— Нет, я должен это сделать один. Я не хочу втягивать тебя в это.

Он прожигает меня взглядом.

— Втягивать меня в это? — он выпрямляет руку и пальцем показывает на окно во всю стену. — Та девчонка чертовски крута.

Он указывает на меня.

— Она твоя девушка. Что делает ее также и моей ответственностью.

— Блейк, всякое может случиться. Ты уверен, что хочешь вляпаться во все это?

Он кашляет со смешком.

— Позволь спросить тебя. Что ты будешь делать, когда Морретти сделает несколько комментариев о Рэйвен, отсасывающей за наличные, а?

Я подавляю рычание. Низкая вибрация в позвоночнике усиливает гудение. Мои зубы стиснуты вместе, и я хмуро гляжу на Блейка.

— Так я и думал. Ты бросишься на этого мудака, и он прострелит твою тупую задницу и заявит о самозащите. И с чем же останется Рэйвен, хм?

Я щурю глаза.

— Именно.

Дерзкая задница прав. Доминик, скорее всего, попытается взбесить меня, и я не в ответе за то, что произойдет, если он скажет что-то неуважительное о Рэйвен.

— Ты прав. Ты нужен мне там. Как скоро мы сможем начать?

Блейк уже приложил телефон к уху.

— Селена, детка, это я. У меня к тебе есть вопрос.

Глава 15

Рэйвен

Захлопывающиеся двери гаража, отрывают меня от починки электропроводки «Шевроле» пятьдесят седьмого года. Галогенные лампы в гараже заменили солнце, которое светило, когда я начала работать.

Как много времени прошло?

Полностью погрузиться в работу — это хороший способ отвлечься от хаоса в моей голове, но я потеряла целый день.

Осознание времени доставляет боль от зияющей пустоты внутри. Я ничего не слышала о Джоне целый день. Не ожидала, что он свяжется со мной, но надеялась. Я снова проверила телефон. Ничего.

— Закругляйся, Рэй.

Я хватаю свои инструменты и вижу, что Гай прибирается.

— Кто работает завтра? — спрашиваю я, бросая свой набор инструментов на верстак.

Он не отвлекается от сортировки проводов.

— Кейн. А что?

— Я подумала прийти, ну знаешь, эм, выручить…

Он с грохотом захлопывает металлический ящик с инструментами.

— Что происходит, Рэй? — он изучает мое лицо. — Ты держала рот на замке весь день, а твое лицо выглядит так, будто кто-то умер.

Так вот на что это похоже.

Я пожимаю плечами и ковыряю смазку под ногтями, избегая его глаз.

— Нет, просто хотела бы получить несколько дополнительных часов.

— Тебе нужны деньги?

— Нет, не из-за этого.

Мне нужно работать, чтобы не оставалось времени… чувствовать.

Его густые, седые брови хмурятся, отчего морщины вокруг глаз становятся более заметными.

— У тебя и парня проблемы?

Я выдыхаю, раздраженная своей открытостью.

— Можно сказать и так. У него много дел из-за предстоящего боя.

Чувство вины накрывает меня, когда я лгу. Я не могу сказать ему правду. Это слишком.

Он опирается на верстак и скрещивает лодыжки.

— Он тебе это сказал?

Я трясу головой.

— Наши жизни слишком разные.

— И разные это плохо?

— Ты не понимаешь, — бормочу я себе под ноги.

— Я скажу тебе, что понимаю. Я вижу парня, который прожил свою жизнь на глазах общественности, чуть меньше десяти лет. Его вкусы касательно женщин очевидны: быстро, непринужденно, доступно. Но ты появляешься в его жизни, и он все бросает, и стоит лицом к лицу со мной, давая понять о своих намерениях. К черту различия. Парень без ума от тебя.

— Некоторые различия слишком серьезные.

— Слушай сюда, Рэй. Я не специалист по отношениям. Я был влюблен всего раз. Это было более тридцати лет назад. Но я узнаю любовь, когда увижу.

— Ты был влюблен?

Я в шоке смотрю на самопровозглашенного на всю жизнь холостяка.

— Да, я был влюблен в ангела. — Его взгляд смягчается. — Но она была помолвлена с другим.

Я не знаю, что сказать, но хочу услышать больше. Я киваю, чтобы он продолжал.

— И знаешь, что я сделал?

— Что?

— Ничего. И так я ее потерял. — Он молча размышляет мгновение, изучая стены гаража. Затем качает головой. — Я не боролся за нее. Я мог попытаться освободить ее от обязательства, но не стал. Это самая большая ошибка в моей жизни.

— Но она была помолвлена. Откуда ты знаешь, что она оставила бы своего жениха?

Его лицо грустнеет, брови хмурятся, и он смотрит в пол.

— Я никогда не узнаю. Вот что меня убивает.

Боль в его голосе, заставляет меня сдержать слезы.

— Ты встречался с кем-то еще? После нее?

— Я люблю ее. Она мой идеал.

Он говорит не в прошедшем времени.

Я не могу решить, это самые грустные или самые романтичные слова, которые я когда-либо слышала, однако я обречена на подобную судьбу. Я никогда не смогу полюбить другого, кроме Джоны. Я вижу, как Гай закрывается, из-за одной девушки он приговорен к пожизненному одиночеству. Но разница в том, что Гаю стоило бороться за любовь. Он не боролся за нее, и теперь живет с сожалением, потому что она стоила этого. Но не я.

— Не все стоят того, чтобы бороться за них.

Он подходит и кладет руки на мои плечи. Его голубые глаза смотрят глубоко в мои.

— Я видел вас двоих вместе: то, как он смотрит на тебя, когда ты не видишь, как будто ты солнце и он благополучно застрял в твоей орбите. Я никогда не видел тебя с парнем прежде, поэтому я не могу быть уверенным, но я вижу и думаю, ты чувствуешь то же самое. У вас что-то особенное, Рэй. Борись за это. Это того стоит.

Его слова пробирают меня до костей. Что-то глубокое и инстинктивное принимает слова Гая за правду, но я не могу забыть разговор Джоны с Оуэном, как он отсылает меня к Еве, и не звонит весь день. Все указывает на разбитое сердце.

Моя голова пульсирует и появляется непреодолимое желание остаться одной.

— Спасибо, Гай.

— Не за что. Ты не захочешь быть мной — оглядываться назад и желать еще одного шанса, для чего-то дорогого. — Он взъерошивает мои волосы и отходит. — Теперь, иди поспи. Ты ужасно выглядишь.

Он перебрасывает руку через мое плечо и провожает меня до подножья лестницы. Помахав, он уходит, а я наблюдаю за ним, пока он не исчезает за углом.

Бремя сегодняшнего дня давит, пока я поднимаюсь по лестнице. Горячий душ, звучит все лучше и лучше с каждым шагом. Я включаю свет над дверью, и застываю, когда моя нога попадает на первую ступеньку.

Святое дерьмо.

Старая дверь от моей квартиры исчезла, а на ее месте прочная, из темного дерева, с огромной платиновой ручкой. Моя челюсть падает, пока я изучаю ее детали: глазок и три блестящих замка. Я хватаю ключи и тереблю их, чтобы найти… да, вот он: новый блестящий серебряный ключ. Джона, должно быть, надел его утром на мой брелок. Уголки моего рта поднимаются, пока я рассматриваю результат его заботы, и так же быстро, как улыбка появляется, она исчезает.