Борьба за свободу (ЛП) - Солсбери Дж. Б. - Страница 68

Он победил.

Я падаю на сидение, в то время как все остаются стоять. Голоса болельщиков замедляются и размываются в моих ушах. Их лица искажает восторг. Я моргаю и хватаюсь за подлокотники моего стула.

Он победил.

Катерина наклоняется и обнимает меня. Мое тело трясется, пока она продолжает подпрыгивать вверх и вниз. Она говорит что-то, но я погружена в свое страдание, что не могу понять ее. Я рассеяно киваю, мой взгляд расфокусирован, пока я заставляю мозг работать.

Что мне теперь делать?

Я не могу ни о чем думать. Кроме него. Мое тело болит за него, желая оказаться в его объятьях, поплакать в безопасности его рук.

Мы можем противостоять чему угодно, пока мы вместе. Еще не поздно бежать. Я могла уехать куда-то далеко, прожить там пару лет, пока Доминик не потеряет интерес. Вспыхивают крошечные искры надежды. Это то, что я сделаю. Мне нужно добраться до Джоны и уехать из города. Сейчас же.

Толчок у моего бедра заставляет меня встать на ноги. Я надавливаю на свои шорты и чувствую, как они вибрируют. Мой телефон.

Кто мог звонить мне сейчас?

Я проверяю входящий вызов.

Новое сообщение от Гая?

Гай не пишет сообщений.

Привет, дорогая. Если хочешь спасти ему жизнь, то последуешь за Кэнди. Невыполнение приведет к его кончине. Медленной. У тебя пять минут. — Д.

У него Гай. Святое дерьмо.

Он у Доминика. Вот почему он не пришел.

Мое дыхание переходит в рыдание. Я хватаю шею и с трудом сглатываю.

Он убьет его, если я не буду сотрудничать. У меня нет времени добраться до Джоны.

― Четыре минуты, время идет.

Кэнди крепко хватает мою руку.

Я смотрю на нее.

Она замешана в этом. Лживая сука.

Катерина продолжает аплодировать, восхваляя победу своего сына. Ее любовь к сыну сияет в ее лучезарной улыбке. Та же любовь, что изливалась на меня, пусть даже всего на один день. И теперь все кончено.

Кэнди тянет мою руку.

― Убери свою гребанную руку от меня! ― мое требование решительное, но достаточно тихое, только для ее ушей. ― Я иду. ― Я вырываю свою руку из ее хватки. ― Просто дай мне попрощаться.

Я не даю ей возможности ответить и поворачиваюсь к Катерине.

Я позволяю любви на ее лице отразиться во мне и вымучиваю улыбку, прежде чем наклоняюсь, чтобы быть услышанной сквозь толпу.

― Кэнди сказала, что Джона хочет, чтобы я пришла в раздевалку. У нее есть пропуск для меня.

Я отстраняюсь от нее, чтобы посмотреть ей в лицо.

― Ох, конечно, милая. Иди, поздравь нашего мальчика. Я встречусь с вами, ребята, дома.

От ее сияющей улыбки у меня защемило в груди.

Я оборачиваю руки вокруг ее шеи и обнимаю на прощание.

― Спасибо, Катерина, за все.

В горле образуется ком, в то время как я прячу эмоции, которые пытаются высвободиться.

― Ох, ну, ― говорит Катерина, удивленная моим внезапным взрывом чувств. ― Спасибо, что делаешь моего Джоуи таким счастливым.

Освободившись от объятий, ее улыбка омрачается беспокойством. Я киваю с наигранной уверенностью, затем поворачиваюсь к Кэнди.

― Ладно. Веди меня.

Мои ноги тяжелеют, пока я поднимаюсь по лестнице за Кэнди. Мы проходим через двойные двери и входим в длинный коридор.

Вот оно. Меня похищают.

Но моя жизнь ― это небольшая цена, которую нужно заплатить, чтобы обеспечить безопасность Гая. Безопасность Катерины и Джоны. Мне следовало хорошо подумать, прежде чем бороться с судьбой. Бороться с Домиником.

Мы останавливаемся напротив единственной двери. Тошнота сжимает мой желудок. По коридору к нам направляется шумная компания.

Интересно, это Джона и ребята возвращаются в свою раздевалку? Если он увидит меня с Кэнди, то никогда меня не отпустит.

Паника бурлит в моих венах.

Если он увидит меня, Гай умрет.

Я опускаю взгляд, волосы скрывают мое лицо.

Два быстрых стука и замок щелкает. Кэнди движется вперед, и я следую за ней, опуская голову.

Как только я вхожу, то фокусируюсь на комнате. Дверь захлопывается за мной, и я погружаюсь в темноту.

Я ахаю. Мои руки тянутся, чтобы ухватиться за что-то.

― Привет, дорогая.

Я оборачиваюсь в направлении двери. Мое тело врезается во что-то твердое. Руки крепко оборачиваются вокруг меня. Я борюсь с захватом.

Дежавю останавливает мое тело и душит мой крик.

Почему это так знакомо?

Вспышки с ночи на парковке клуба «Шесть» мелькают в моей памяти.

О Боже, нет. Винс.

― Какая неожиданная встреча.

Низкий смешок Винса вибрирует напротив моей спины.

― Нет. Доминик, прошу, не делай этого. ― Я отчаянно ищу его в комнате, чтобы умолять, но вокруг слишком темно. ― Я не убегу. Просто прошу, оставь Гая в покое.

Винс усиливает свою хватку. Воздух выталкивается из моих легких.

― И я должен поверить тебе на слово? ― смеется Доминик и прикладывает ладонь к моей щеке. ― Не беспокойся, Рэйвен. Я забераю то, что по праву принадлежит мне. То, что я создал. Ты не сможешь убежать достаточно далеко или спрятаться достаточно глубоко, чтобы скрыться от меня.

Я дергаю головой в сторону, подальше от его прикосновения. Винс резко трясет меня, затем ослабляет хватку.

Отвечая на его слова чисто инстинктивно, я всасываю воздух, чтобы закричать. Мягкая ткань прижимается к моему лицу. Жгучие пары втягиваются глубоко в мои легкие, и мои глаза закатываются. Я бьюсь и дергаюсь. Я собираюсь умереть. Мои сдавленные крики отдаются эхом в моих ушах. Тьма подкрадывается.

Джона, помоги мне.

А потом все становится черным.

Джона

Шквал аплодисментов обрушивается на мое тело. Рев в ушах грохочет вместе с моим сердцем.

Дель Торо повержен. Судья кричит:

― Нокаут.

Провал поражает меня, ослабляя колени. Я падаю на мат. Всего полторы минуты раунда, и я сделал это. Я наблюдаю в замедленной съемке, как моя команда заходит в октагон. Они бросаются ко мне, их лица освещены победой.

Я нахожу одного члена моей команды, который все еще стоит снаружи. Блейк. Его взгляд встречается с моим. Что бы он ни увидел, это приводит его тело в жизнь, заставляя двигаться. Он начинает проталкиваться через людей. Я беспристрастный наблюдатель в собственной коже. Мой разум борется с реальностью. Это закончилось так быстро. Я просто… сорвался. Я выиграл титул, но проиграл приз.

Отчаяние возвращает меня. Голоса переходят от рева к ясности, когда я возвращаю чувства.

Мне нужно найти ее.

Я сажусь на пятки. Мои глаза фокусируют лица вокруг меня. Я обыскиваю толпу. Орава людей блокируют мой взгляд, режет слух со всех сторон. Они орут, хлопая меня по плечу. По спине. Голове.

― Найди ее.

Промямленные слова выходят слабой командой в моем теле.

Блейк падает на колени передо мной, его руки на моих плечах, фокусируя мое внимание.

― Не слетай с катушек, мужик. Сосредоточься, слышишь меня.

Его голос командующий, а слова как пробивной камень влетают в мое сознание.

Я удерживаю его взгляд и борюсь с течением тяжелых эмоций, которые утягивают мою душу.

― Вот так. Удерживай свое дерьмо, мужик. Оставайся сфокусированным на мне.

Я смотрю на него, но не вижу. Вместо этого, видения будущего проносятся в моей голове. Рэйвен в белом. Маленькая девочка с аквамариновыми глазами и моими ямочками, с косичками и в розовой балетной обуви. Моя девушка в моей кровати, каждую ночь, навсегда. Все, что я только что потерял.

Закрывая горящие глаза, я тяжело сглатываю. Я двигаюсь вперед, на четвереньках, борясь с желчью во рту. Колющая боль рокочет в области корпуса, и я сплевываю капу на мат.

― Не делай этого сейчас, мужик. Не здесь.

― Я потерял ее.

Мой голос раздражает горло, когда я заставляю силой выйти слова.

Не могу поверить в это. Я не смог спасти ее.