Борьба за свободу (ЛП) - Солсбери Дж. Б. - Страница 80

Я вздыхаю, глядя на круглый шрам на его плече. Свидетельство его героизма. Его храбрость носится как значок, навсегда запечатленный на его коже, как и его татуировки. Улыбка появляется на моих губах, пока я изучаю его новый шрам. Прямо над его сердцем мое имя, написанное шрифтом, с красивыми черными крыльями, простирающимися по обе стороны.

— Я люблю тебя, Джона.

Он не отвечает словами, но вместо этого опускается на колени между моих ног. Мои колени широко раскрываются. Он перебирается через меня и ложится в колыбель между моих ног, ткань его брюк трется о мою голую плоть.

— Я хочу, чтобы ты перестала принимать таблетки, детка.

— Что? — я не уверена, как выглядит мое лицо, но мне кажется, что оно сияет.

— Я знаю, что это будет скоро. Но с каких пор мы делаем все по расписанию? Я хочу создать нашу семью, — он целует меня в шею, затем легонько кусает. — Что ты скажешь? — его рот продолжает мучения.

— М-м-м.

— Это да или нет, детка?

Настоящая семья. Которую мы создадим вместе.

— Я готова, — я выгибаю бедра.

С сияющими глазами и двумя великолепными ямочками он дарит мне улыбку, от которой у меня чуть не останавливается сердце.

— Правда?

— Да.

Без лишних слов он освобождает себя от брюк и одним толчком полностью погружается в меня. Я обхватываю ногами его бедра, мы прижимаемся друг к другу так сильно, что я чувствую, как его сердце бьется о мое. Его руки обхватывают мое лицо, и я кладу ладонь ему на челюсть.

Он двигается медленно и красиво, любя меня в нежном ритме, от которого у меня на глаза наворачиваются слезы. Его взгляд останавливается на мне и нежность, разливающаяся между нами, грозит захлестнуть меня.

Я наблюдаю, как нарастает наслаждение. Его идеальные белые зубы впиваются в нижнюю губу. Его глаза борются за то, чтобы оставаться открытыми вопреки нарастающему безумию. Удовольствие накатывает у меня в животе. Я выгибаю спину и упираюсь ногами в матрас.

Не хочу, чтобы все заканчивалось слишком быстро. Он останавливается и делает глубокий вдох.

— Не нужно сдерживаться, детка. У нас есть целая вечность.

Вечность.

Это слово эхом отдается в моей голове, и я начинаю двигаться.

Я свободна. Свободна, чтобы жить счастливо с Джоной. Нет больше угроз нашему будущему.

Его темп ускоряется, и его мышцы напрягаются с каждым толчком. Я поднимаю бедра, стремясь к большему. Глубже, сильнее. Страсть, доверие и любовь закручиваются в спираль, пока не вырываются из моего тела, и я не выкрикиваю его имя. Он стонет мне в шею, прикусывая мое плечо, и его темп усиливается. С последним толчком его тело расслабляется на моем.

Наши грудные клетки вздымаются в унисон, и тихие стоны, вызванные последствиями нашего занятия любовью, наполняют комнату.

Он скользит внутрь и наружу ленивыми движениями.

— Прости, что наш первый раз в качестве мужа и жены был… гм… быстрым. Виновато платье. И то, что ты надела под него.

Я провожу руками по его волосам, заставляя его посмотреть на меня. Робкая улыбка заставляет его выглядеть моложе и почти смущенным.

— У нас есть вечность, помнишь?

Он закрывает глаза и склоняется к моему прикосновению.

— Да, — его глаза открываются, и он поворачивается, чтобы посмотреть через плечо.

— Что? — я наклоняюсь в сторону и смотрю вниз на наши соединенные тела в конце кровати, — Похоже, кто-то чувствует себя обделенным.

Дог свернулся клубочком у ног Джоны. Он сонно мяукнул.

Джона оборачивается, качая головой.

— Не могу поверить, что ты уговорила меня принести эту штуку домой.

— Джона. Он — моя ответственность. Я не могу просто бросить его на произвол судьбы, как какого-то…

— Уличного кота?

— Ты знаешь, о чем я, — я игриво подталкиваю Джону, и он скатывается с меня на бок. Его пальцы рисуют невидимые узоры на моем животе. — Мне было бы плохо, если бы я переехала, и никто больше не заботился бы о нем. Всем нужен кто-то.

— Я никогда не думал, что у меня будет что-то общее с мохнатым котом, — его губы изгибаются в улыбку. — Ты нужна нам обоим, — он перемещает пальцы от моего живота ко лбу, чтобы провести по моему шраму. Его улыбка исчезает. — Я почти потерял тебя.

— Нет, никогда. Я бы боролась. Сколько бы времени это ни заняло. Я бы никогда не сдалась, пока не стала бы свободной. Ты — моя жизнь, Джона. Моя семья, моя любовь, мой лучший друг. Ничто, даже судьба, не сможет удержать меня от тебя.

Он наклоняется вперед и прижимается своими губами к моим.

— Это хорошо.

Notes

[

←1

]

Октагон — восьмиугольный ринг.

[

←2

]

Джимини Крикет — сверчок из детской сказки Пиноккио, говорящая совесть.

[

←3

]

Перри Мейсон — американский телесериал производства Paisano Productions, транслировавшийся с сентября 1957 года по май 1966 года. Перри Мейсона сыграл актёр Рэймонд Бёрр. В своё время сериал был «самым успешным и продолжительным среди сериалов об адвокатах».