Ребенок от чужого мужа - Исаева Дина - Страница 9

– Здесь больно? – он несильно надавливает пальцами рядом с щиколоткой и поднимает глаза на меня.

Во рту резко пересыхает, стены квартиры исчезают и меня переносит в прошлое. Много лет назад он точно так же на меня смотрел.

– Немного, – шепчу я, на автомате обводя языком губы.

– Значит, ты ее подвернула, – тихо произносит Сергей. Мое воображение играет надо мной злую шутку, потому что мне кажется, что он только что провел пальцем по моей коже. Нежно, будто погладил.

Повисает пауза, после которой Сергей аккуратно опускает мою ступню на пол. Его тон снова становится деловитым.

– Сейчас я пакет с заморозкой принесу. Надо снять отек.

Я почти готова кивнуть, но в этот момент взгляд падает на настенные часы.

– Ничего не надо, Сереж! – быстро выпаливаю я и моментально осекаюсь. – То есть, Сергей. Мне в садик за Машкой пора.

Сергей выпрямляется и хмурит брови.

– Какой садик, Катя? Тебе сейчас нужно лежать. Давай я сам ее заберу. Адрес только назови.

Его предложение вызывает во мне самую настоящую панику. Нет! Ни за что! Я не могу позволить им остаться вдвоем. Почему-то мне кажется, что если Машка и Сергей проведут друг с другом лишние несколько минут, они оба поймут. И тогда случится катастрофа.

– Нет, – я упираюсь ладонями в кушетку в попытке встать. – Я сама. Такси сейчас вызову.

– Что за придурь, Кать, а? – незамедлительно рявкает Сергей. – Что за нелепое геройство? Не доверяешь мне дочь – ладно. Но отвезти-то тебя мне ничего не мешает.

– Ладно, – смиренно соглашаюсь я. – Только надо обувь подходящую найти.

Морщась от боли, я вдеваю ноги в кроссовки и позволяю Сергею помочь мне выйти из квартиры. Дорога в садик проходит в тишине. Сергей напряженно смотрит на дорогу, а я придерживаю юбку, чтобы прикрыть ей обнажившиеся колени. Мы оба понимаем, что эпизод с поглаживанием не вписывается в нынешнюю ситуацию. Он законный муж Наташи, а она моя лучшая подруга. Нужно поскорее съезжать, пока совесть меня окончательно не запилила.

– А вот и ваша девочка, – воспитательница заводит дочку в раздевалку. Маша выглядит довольной: лицо и руки перепачканы в краске, на губах сияет улыбка.

При виде Сергея, стоящего рядом со мной, она начинает улыбаться еще шире.

– А я сегодня опять рисовала, – говорит не мне, а ему.

– Я вижу, – он тоже улыбается ей. – Кого рисовала?

– Лисичку, – Маша вырывает руку и воспитательницы и громко выкрикивает. – Стой здесь! Я сейчас покажу!

Мне снова не хватает воздуха. Это все слишком для меня. Они вдвоем. Я просто не могу оставаться равнодушной, когда вижу, как они общаются.

Машка уносится искать свой рисунок, и мы остаемся стоять втроем. Воспитательница откашливается, видно, для того чтобы снять повисшую неловкость, а потом неожиданно выдает:

– А дочка как похожа на вас.

Кровь отливает от моего лица. Смотрит в этот момент она совсем не на меня, а на Сергея.

Невидимая сила разворачивает меня к нему. Он выглядит растерянным и смущенным. А смутить Сергея не так уж и просто.

– Это совпадение, – он фокусируется на мне глазами. – У меня нет детей.

В его взгляде столько боли, что мне хочется вцепиться ему в плечи и закричать: «Это ведь ты не хотел! Ты сам! Я хотела!». Только приближающийся голосок дочки возвращает меня на землю.

– Вот лисичка, – Маша сует в руки Сергею листок с рыжим пятном на нем. – Это лиса Алиса.

Он смотрит вниз. Осторожно берет листок в руки и пробегается по нему глазами. Теперь его голос звучит мягко и ласково.

– Очень красиво, Маша. Подаришь этот рисунок мне?

От того, как счастливо улыбается дочка, мне хочется разреветься. Игорь никогда ей такого не говорил. За то время, что мы были вместе он едва ли произнес хотя бы что-то ласковое в ее адрес.

– Подарю, – великодушно подтверждает Маша. – Я могу тебе еще зайчика нарисовать. Хочешь?

– Хочу, конечно, – Сергей бережно убирает листок в карман пиджака и снова подхватывает меня за локоть. – Бери маму за руку. Она ногу ушибла. Надо ей помочь.

К выходу мы идем, держась за руки. Маленькая несуществующая семья, которая когда-то имела все шансы стать самой счастливой.

Всех с наступившим новым годом! спасибо что подождали продолжения! писать не получалось из-за праздников. Теперь главы снова будут выходить каждый день!

14

Наташа вместе с мужем уезжают на все выходные к её родителям. Она предлагает поехать вместе с ними и даже подбивает на эту авантюру Машку, но мне удается отвертеться от её неуместного предложения.

Я даже подруге с трудом смотрю в глаза, не говоря уже о её родителях. Им я по гроб жизни обязана за моральную и материальную помощь, которую они оказали мне, когда я осталась круглой сиротой без крыши над головой. Это было бы немым предательством с моей стороны поехать туда с ребёнком от мужа подруги. Вдруг… они бы заметили? А ещё рядом с Сергеем я смущаюсь, краснею, испытываю тахикардию и всё чаще вспоминаю как сильно его любила. Это чертовски неправильно, но я тешу себя тем, что как только перееду на новую квартиру моё мучение закончится.

– Машуль, поможешь мне собрать вещи? – спрашиваю у дочери, когда мы остаемся одни.

– Да, – она нехотя поднимается с места и подходит к чемодану.

– Чем-то расстроена?

– Мамуль, а нам обязательно переезжать? – спрашивает она. – Мне так здесь нравится!

– Котёнок, уверяю тебя, новая квартира будет чудесной! Там много цветов, красивый ремонт и уютный закрытый двор, где всегда играет много-много детей.

– Мы мешаем тете Наташе?

– С чего ты взяла? – удивляюсь я.

– Она разговаривала с кем-то по телефону и сказала, что устала от постоянного шума. Мам, а что такое «общежитие»?

У меня немеет язык, а в голове начинает звенеть так сильно, будто там улей. Маша ждёт моего ответа, поэтому я быстро беру себя в руки. В конце концов, чего я хотела? Мы атаковали территорию подруги больше чем на две недели. Каждый бы устал так жить! Благо, Наташа всегда вела себя вежливо и ни единым словом не упрекнула меня в этом, а то, что она кому-то жаловалась по телефону ни на грамм не уменьшает моей благодарности к ней.

Наташа вместе с Сергеем приезжают в понедельник рано-утром. Я отпрашиваюсь с работы, чтобы перевезти вещи, пока Машка в саду. Глеб несколько раз предлагает мне свою помощь, но я вежливо отказываюсь.

– Мне так жаль, что вы переезжаете! – произносит Наташа.

– Перестань, – улыбаюсь ей. – Без нас будет спокойнее. Маша… она у меня слишком активная.

– Обычный ребёнок. Вспомни нас в детстве.

На лице подруги нет ни единого намёка на то, что она врёт, поэтому разговор с дочерью я тут же стираю из памяти. Она ещё ребёнок. Могла что-то не так понять. Не то услышать.

– Уже вызывала грузовое такси? – спохватывается Наташа.

– Нет ещё…

– Я попрошу Сергея, чтобы отвёз тебя.

– Не стоит! Я справлюсь!

– Самостоятельно подымешь вещи на пятый этаж? – вскидывает брови подруга. – Не глупи, Кать. Сергей у меня настоящий мужчина.

Мне приходится принять помощь Наташи, чтобы не вызвать подозрений. Я так устала жить во лжи и постоянном притворстве!

Сергей с легкостью подхватывает чемоданы и заносит их в лифт, пока я обнимаю подругу на прощание и горячо благодарю.

– Обещай, что будешь часто приезжать к нам в гости!

– Если будет получаться с работой, Наташ.

– Я умею быть настырной, Кать.

– И я об этом знаю.

Мои вещи чётко влезают в просторный багажник внедорожника, а Сергей ещё раз подтверждает, что ему по пути и не составит труда мне помочь. Наш разговор ограничивается уточнением адреса, где живёт Алевтина Сергеевна и коротким вопросом о том, как моя нога?

Лифт не работает, поэтому помощь Сергея приходится очень даже кстати. Он заносит вещи в просторную прихожую, небрежно оглядывает обстановку и берётся за ручку двери.