Рыжая и кактус возмездия - Маргарита Блинова - Страница 4

– …и кое-что из домашней библиотеки!

Внутренние голоса вновь напряглись и коллективно помолились, чтобы самообразовывались внуки не по бабушкиной коллекции романов «69 оттенков страсти», в противном случае…

– …и мы выучили столько новых слов, – заговорщическим шепотом поделился Джонсон-старший.

– Ага! – просиял молчавший доселе младший брат. – Мое любимое – коитус!

Сказал громко так. Радостно.

Так радостно и громко, что парочка стихийных прохожих обернулись в нашу сторону и сделали большие глаза. Я же с несчастным лицом подавила трусливое желание сбежать от подрастающих драконологов, громко вопя и размахивая руками.

– …но и с теорией размножения вышел облом, – очень грустно и как-то даже чересчур по-взрослому вздохнул Джонсон-средний.

Фууух. Прям гора с плеч.

– И тогда мы нашли ответ в вечной и незыблемой истине всех времен и видов… – Джонсон-старший сделал паузу, глубокомысленно шмыгнул носом и закончил:

– В настольных играх.

Обожаю детскую непосредственность в целом и внуков старухи Джонсон в частности. Так сильно обожаю, что на минутку-другую выпала из реальности и только глупо хлопала ресницами, пытаясь понять, как неугомонное трио пришло к этой мысли.

Воображение, захваченное перспективой подкинутой идеи, тотчас нарисовало темную пещеру с горящими под потолком факелами. Кто-то хозяйственно сдвинул груды золота к стенам, освободив пятачок в самом центре.

И вот там-то на расстеленном игровом поле застыли в причудливых мостиках, морских узлах и шпагатах чешуйчатые ящеры и похищенная принцесса. Причем последняя восседала на самом верху волейбольной вышки и громко командовала: «Первый игрок, правая лапа на красный… Второй игрок, хвост на синий круг… Третий игрок, крыло на зеленый…»

Картинка вышла до того яркой, что я поскорее тряхнула головой, гоня последующие видения партии в монополию и красного дракончика, с помощью пантомимы и энтузиазма объясняющего товарищам по команде слова «очумевшая выхухоль».

– То есть вы трое всерьез полагаете, что драконы похищали принцесс, когда им не хватало еще парочки игроков для настольной игры?

Разрушители легенд энергично закивали.

– Хорошо, а почему драконам не попросить нормально? Зачем сразу похищать? – не сдавалась я.

Внуки старухи Джонсон глянули на меня с той особой снисходительностью, которую умеют транслировать по отношению к взрослым только дети и домашние коты.

– А ты бы согласилась поиграть в подкидного-переводного дурака с тремя плотоядными ящерами-клептоманами?

Действительно. Чего я глупости несу.

– Мальчики, немедленно домой, – гаркнула на всю улицу высунувшаяся из окна пожилая женщина.

– Да, бабушка! – чересчур покладисто крикнули внуки и сжали мое тщедушное тельце в коллективных обнимашках.

Официально заявляю, что теперь мне знакома вся гамма ощущений перепуганного путника в брюхе гигантского питона.

Крича и толкаясь, любознательные чадушки скрылись за углом дома, я же подняла голову и помахала старухе Джонсон. Та в ответ поджала губы и громко хлопнула рамой.

Сердитый грохот ставен разбудил небесную канцелярию, отвечающую за дождь. Наверху кто-то заполошно подорвался с рабочего места, на котором еще минуту назад сладко посапывал, и в рабочем угаре дернул за все рычаги управления непогодой.

Тучи нахмурились, сконцентрировались и обрушили на землю новую порцию дождя. В просветах между разноцветными домами сверкнула молния, которую через секунду-другую нагнал боевой гром. Жахнуло так, что даже стекла витрин задрожали, а мой желудок решил поддержать раскат грома голодным ворчанием.

Взвизгнув от десанта капель, скользнувшего за воротник плаща, я заскочила под ближайший козырек и начала отчаянно рыться в поисках зонта.

Ну, был же! Точно помню, как кидала его утром в сумку.

Правая рука немного пришла в себя, однако нормально функционировать пока отказывалась и вообще просилась в отпуск по собственному желанию. Удача, по всей видимости, уже загорала где-то в теплых странах, потому что на небосвод вкатилась массивная туча и грянула с утроенным энтузиазмом.

Орудуя одной левой, я случайно уронила сумку в лужу. Быстро наклонилась, чтобы поднять, и со всей дури треснулась локтем о стену. Попыталась придержать дно сумки коленом, оступилась и влезла в лужу. Перерыла все содержимое женского баула, ласково именуемого сумочкой, но так и не обнаружила зонта-спасителя и окончательно заклеймила этот день штампом «неудачный».

Поздравляю, Фелисити Локвуд! Еще немного, и фонд «Пострадавших и пожизненно проклятых» проникнется сочувствием и примет тебя в свои тесные ряды неудачников, чтобы доплачивать за вредные условия труда и жизни.

Подперев спиной дверь подъезда, я уставилась на улицу, смазанную косыми линиями дождя, и насторожилась.

Абсолютно все улицы Великих домов застраивали по одному проекту. Проект чертили, вероятно, трясущимися от оказанной чести руками, не иначе как в пьяном бреду, компанейском угаре и приступе помешательства. А командовал всем мистер Пофиг.

Начнем с того, что команда креативщиков поссорилась с прямыми линиями, и все, начиная с проезжей части и заканчивая фасадами, петляло замысловатыми волнами и поражало кривизной.

Всего на улице было четырнадцать домов, по два дома на каждую магическую практику. Начало и конец, словно большие кривые скобки, венчали два П-образных дома с величественными арками в виде равнобедренного треугольника – Белые ворота, и обрезанной снизу пятиконечной звезды – Алый тупик. И это было еще ничего.

В середине процесса мастера-проектировщики так упоролись… Эм, в смысле так уработались, устали, умаялись, что впопыхах перевернули чертеж и спроектировали несколько домов в отрыве от горизонтальной поверхности, крышами вниз.

Но и этого команде с логарифмическими линейками показалось мало.

Они задумались о цвете своего творения!

Нумерация начиналась с дома, выкрашенного в белый, далее шел серебряный, черный, синий, зеленый, желтый и алый…

Думаю, что вы уже поняли главное: ребята очень постарались.

Дождь загнал меня под козырек дома, где некогда селились маги земли, но после Падения Черной Элиты, случившегося добрую половину века назад, владык тверди не осталось. Вот почему два черных дома друг напротив друга таращились на улицу выбитыми окнами и заколоченными дверьми в подъезд. Но даже мрачный приют козырька, спасавшего от непогоды, не тревожил струны моей обычной впечатлительности.

Что-то было не так.

Что-то по-крупному было не так!

Смутная догадка резвилась в омутах подсознания, но всплывать на поверхность не желала. А потом стало и того хуже: внезапный приступ необъяснимой тревоги накрыл меня своим покрывалом. Пульс участился, внутренности сжала когтистая лапа страха, тело дернулось от накатившего озноба.

– Вот она! Лови мерзавку!

Я быстро оглянулась на вопль, опознала представителей городской стражи и как законопослушная гражданка без единого привода… зачем-то пустилась в бега!

– Сто-о-ой! – надрывались преследователи, но я только прибавила скорости.

Точно перепуганная кошка, улепетывающая от стаи бродячих собак, я поскакала по дороге. Оттоптанная стариком нога еще пыталась протестовать и заикаться о боли, но бегущий в крови адреналин, секунду назад успешно заткнувший даже голос разума, проигнорировал потуги нижней конечности восстановить справедливость. Видя все это, здравый смысл покрутил пальцем у виска, спешно собрал пожитки и скрылся в неизвестном направлении.

– Стой! Стой, воровка! – летело мне в спину. – От нас не уйдешь!

Как говорится, не попробуешь – не узнаешь. Так что вперед, господа стражники.

Подхватив длинный подол зеленого платья, я неслась вперед, презрев все «уроки вежливости», годами вбиваемые в неокрепшее детское сознание воспитателями и учителями.

Судя по тому, как быстро улепетывала я, во мне погиб прекрасный спортсмен. Основываясь на наблюдении, что четверо тренированных стражников никак не могли нагнать одну шуструю девушку, бегали парни исключительно в магазин за корюшкой и пивом.