Измена пахнет расставанием (СИ) - Бледная Ляся - Страница 18

— Ты никогда не рассказывал мне о своих делах. И по — факту, я знала о тебе поразительно мало. Я видела тебя с Алишером. Но когда я спросила, кто это, ты отмахнулся, — напомнила я, чувствуя, что пытаюсь в первую очередь успокоить и убедить себя в том, что все делаю правильно. — Если в отношениях нет доверия, то нет смысла их продолжать.

Машина остановилась возле дома. У меня внутри вращался ком мыслей, которые никак не могли собраться. Они метались от одного к другому. А мне ужасно не хотелось в этом разбираться.

— Я пойду, — произнесла я, как можно тверже. Дверь разблокировалась, а я осторожно вышла на лед.

— Давай я тебе помогу, — послышался голос, а Дамир бросился вон из машины.

— Дамир, послушай, не нужно изображать заботу. Я и так прекрасно справляюсь без тебя. И еще, я никому ничего рассказывать не собираюсь. Даже Алишеру. Надеюсь, тебе стало спокойней? — произнесла я уставшим голосом.

Дамир застыл в глупой позе, пока я привычным жестом открывала заднюю дверь и вытаскивала свои костыли.

Я направлялась к дверям, вспоминая, что ключи упали в дыру. Нужно позвонить папе, чтобы он спустился и открыл мне дверь подъезда.

— Марина — не моя любовница, — произнес Дамир за моей спиной. Его слова заставили меня остановиться. Но я не обернулась. — Может ты и права. Если в отношениях не было доверия, то их не стоит пытаться продолжить.

Дверь громко хлопнула, и послышался рев мотора. Я повернула голову, видя, как исчезает в вечернем сумраке дорогая машина.

— Пап, да… Ключи упали, — заметила я в трубку, посматривая вниз. — Не могу достать… Ты не спустишься? Вот такая я растяпа!

Я услышала бухтение отца и голос мамы: «А куда это ты собрался на ночь глядя?».

Дальше телефон отключился, а я смотрела то на дверь, то на окна, в которых уже горел свет. Ведь у каждого есть свои проблемы, которые прячутся за уютными занавесками.

Дверь лязгнула, а я отец вышел в очках и накинутой куртке. В его руках была проволока. Я стояла и светила ему телефоном, ловя удивленные взгляды прохожих.

Наконец-то ключи прозвенели, а я стала подниматься вслед за отцом, который нес мою сумку.

— Ну наконец-то! А то я уже три раза грела! — возмутилась мама, встречая нас в коридоре. — Я сегодня прибиралась и нашла компот! У отца спрашиваю, это он с гаража принес? Он не помнит!

— Нет, это Наташа передала, — заметила я, пока мама удивленно рассматривала банку. — Жена Алехана.

— Ладно, — пробурчала мама, глядя на плавающие ягодки.

Я стояла под душем полчаса, слыша, как шелестят капли воды о пищевую пленку, в которую была замотана моя нога. Я уже могла шевелить пальчиками, что меня несказанно радовало. Ноющая боль почти прошла оставив отголосок, а я радовалась при мысли, что весну встречу уже без гипса.

Мысли все еще атаковали меня. Дамир говорит, что Алишер плохой. Алишер говорит, что Дамир плохой. А я не знаю, кому верить!

Я уже высушила волосы и натянула халат, ковыляя на кухню. На часах было почти одиннадцать.

— Ты чего сегодня так долго? — подозрительно спросила мать, звеня кружками. — Ты хочешь, чтобы мать с ума сошла?!

— Задержалась на работе, — соврала я, решив не посвящать маму в подробности жизни. — Бумаги разбирала. Знаешь, сколько там всего! Завтра еще буду разбирать.

Внезапно я услышала, как звонит мамин телефон. Обычно это была тетя Света, или кто-то похожий.

— Да, да, она вернулась, — произнесла мама елейным голосом.

Я хорошо знала маму. Таким голосом она разговаривала с коммунальщиками, узнавала, когда дадут свет, вызывала такси или с начальством.

— Все в порядке. Простите за беспокойство, — послышался голос мамы. — Вы просто оставили номер, а я не могла дозвониться на номер дочери… Всякое могло случиться… Еще раз извините… Нет, нет, вернулась, живая… И слава богу!

— Мама, кто это? — спросила я, глядя на то, как мать кладет трубку, и откладывает телефон.

— Твой директор, — произнесла мама. — Алишер. Он оставил свой номер, и когда тебя не было, я сильно переволновалась. Стала звонить. Твой номер не доступен! Звонила раз, звонила два, а мне говорят, что ты не в сети… Вот я и нашла визитку. И решила позвонить. А вдруг че стряслось? Я беспокоилась!

Глава 35

Мне было почему-то ужасно неприятно, что мама решила позвонить моему директору! Нет, я понимаю, что она волновалась. Но сразу директору?!

— Мам, а тебе не кажется, что это не школа, чтобы чуть что звонить директору? — спросила я.

— Однажды у тебя самой будут дети, вот тогда и вспомнишь меня, — усмехнулась мама. — А ты к Алишеру присмотрись! Мужик он солидный. За ним как за каменной стеной! Конкретный такой. Другой бы отмотался, сказал, что ушла с работы и все. А этот несколько раз перезванивал. Уточнял. Успокаивал. Приехать собирался.

— Что?! — дернулся у меня глаз.

— Я тебе про то и говорю, — мама посмотрела на меня с укором. Ну как же! Мужик хороший бесхозным бегает! А ты почему не отвечала?

— Я номер сменила. Сказать не успела, — ответила я.

— Я значит, обзвонилась! А она номер сменила! Чтобы мать удар хватил! — выдохнула мать. — А сразу сообщить нельзя было? И была ты не на работе! Потому что Алишер звонил на работу. Офис закрыт, и никого там нет.

— Я уже взрослая девочка, и могу не отчитываться, где меня носит! — ответила я, вставая с диванчика.

— Хоть бы матери не врала бы, а? Я же тебя всю жизнь знаю! — заметила мама мне в спину. — Не хочешь говорить — не говори! Только чтобы мы потом с отцом тебя по всему городу не искали!

Я допила чай и поковыляла в свою комнату. Мне нужно было срочно отвлечься. Я лениво листала новости, в надежде зацепиться за что-то мыслями. На том я и уснула.

Рано утром за мной заехал Алехан, и повез меня на работу.

На работе меня снова атаковали звонки. Теперь я работала намного быстрее. Наверное, освоилась. Только вот внутри меня грызла мысль о том, что слова Алишера нужно делить надвое. Видимо, про зарплату тоже? Я так полагаю, что меня устроили пока неофициально исключительно с целью не платить мне по полной?

Я задумчиво пила кофе, как вдруг дверь открылась, и я увидела Алишера. Он вошел в приемную, а потом направился к своему кабинету, вежливо кивнув и улыбнувшись: «Ну и напугала ты вчера нас!».

Дверь за ним закрылась, а я отправила ему список тех, кто так страстно добивался его аудиенции целых два дня.

Сначала была строгая бледная женщина. Я несколько раз видела ее в стекляшке. Она была начальником отдела по онлайн-консультированию.

Потом по приемной бегал какой-то программист, дожидаясь, когда Алишер примет его. Из кабинета доносился скандал, а я вздыхала, слыша оправдания.

— Ты понимаешь, Дима, что людям нужны правильные сведения! И свежие! Они ради этого покупают эту программу. И жалобы на некорректные данные… Там тоже не дураки сидят, Дмитрий… Они тоже проверяют! — слышался спокойный голос Алишера. — Работай, Дима! Внимательней!

Я так и не поняла, чем закончился разнос, но суть уловила. Кто-то допустил ошибку, это все не проверили и установили в качестве обновления. И теперь пользователи жалуются на неточность данных.

Я направилась на обед, решив немного размяться. Похлебав диетический супчик с диетическим хлебом, я направилась обратно в офис. К моей ноге уже привыкли, и даже почти не обращали на нее внимания. Ну, подумаешь! С кем не бывает?!

Стоило мне дойти и открыть ящик, чтобы бросить ключ, я увидела там коробку дорогих шоколадных конфет. И я их точно туда не положила!

Глава 36

Осторожно, словно в ящике лежит дохлая крыса, я взяла ключи и задвинула его.

Дверь открылась, а я увидела Алишера, несущего в руках какую-то распечатку. Он бросил взгляд на меня и на мой стол, протертый влажной салфеточкой до идеального состояния, а потом весьма удивленно вскинул бровь.