Измена пахнет расставанием (СИ) - Бледная Ляся - Страница 27

Глава 51

Голова гудела от того, что я перерыла все форумы по будущему материнству. Тысячи разных людей наперебой рассказывали свои истории, спрашивали совета, спорили и ругались. Я хотела завернуть малыша в теплое одеяло, а в итоге пришлось завернуться в него самой. Мысль о том, что внутри меня зарождается что-то новое, необычное, удивительное, придавало мне сил и дарило смысл жизни.

Я думала, что ребенок станет последним пинком судьбы, но он стал лучиком света и смыслом всего. Теперь я знаю, почему мне нужна хорошая работа, зачем мне своя квартира, для чего мне машина. Теперь все становилось на свои места.

Уже в полудреме я слышала, как ругаются на кухне родители. Мать шипит на отца, мол, я принесла в подоле. А отец отвечает, что в подоле было бы, если бы мне было тринадцать. К тому же мать сама требовала ребенка. На что мать возражала, что внук в гости, и внук на шее — это две разные вещи!

— Ну да! Не жили богато, так зачем и пытаться! Ты хоть знаешь, сколько пеленки стоят! Сейчас памперсы! Ты цены видел? — слышался голос матери. — А бутылочки — соски? Это ж караул! У Дины дочка старшая недавно родила! Так они машину продали, чтобы ребенка обеспечить! И этот еще, Дамир! Нет, как ребенка заделать, так мастер! А как расхлебывать, так в кусты!

— Успокойся! — слышался голос отца. — Как-нибудь потянем! Аля тоже работать будет! А для кого нам еще жить?

— Для себя! — парировала мать. — Всю жизнь жили для кого-то! Может, пора бы и для себя пожить? Не думаешь? Что мы хорошее в жизни видели? Люди, вон, Египет посмотрели! Дочка Машки матери своей путевку купила в Египет! А наша хоть бы что! Пока с Дамиром встречалась, о нас не вспоминала…

Внезапно голос матери дрогнул. Отец ничего не ответил.

— Позвонит разок в неделю. Мол, так и так. Все ок, целую. Ни конфетки, ни цветочка… Ни открытки… Да хоть бы апельсинчики привезла! — заметила мать, а ее голос дрожал. — Пока счастливая была, ей было плевать на нас… Хоть бы сама приехала… Да ничего не надо, просто позвонила бы! Мама — мамуля, ты как там? Как там папа? Могла бы хоть самое… Ой! Дешевое печенье купить…. И чай попить… А то счастливая, забыла. А как жизнь хвост прижала, так мама-папа, пусти!

И тут мне стало стыдно. Ужасно стыдно перед мамой и папой. Вот оно что. Мама просто обиделась за то, что я не уделяла им время. И ведь правда, пока я была счастлива с Дамиром, я совсем забыла о том, что у меня есть два старичка, которым тоже нужна забота и любовь…

— Да успокойся ты… Не должна она за нами бегать! — слышался глуховатый голос отца. — Понаслушаешься подружек. И самой хочется. А там правда или нет, кто вас баб разберет! Здесь присочините, тут придумаете… Может, в Египет с пенсии ездили! Или молодые не смогли, и мамке путевку отдали, мол, не пропадать же!

Я вздохнула, понимая, что сама скоро стану мамой. Вот интересно, кто это будет? Мальчик или девочка?

— Главное, чтобы здоровый, — словно мантру повторяла я.

Утром я отзвонилась директору, сказав, что немного задержусь.

«Что случилось?»- спросил директор.

«гипс, ренген», — соврала я, прикидывая сутолоку и толчею государственной клиники.

«может, я отвезу тебя?», — прочитала я после паузы. И тут же ответила, что сама справлюсь.

Алехан ждал возле подъезда, а я чувствовала, как вокруг витает весна. Сосульки капали, лед трескался, а снег стаивал, слезая серым грязным одеялом.

Городская больница встретила меня знакомым запахом хлорки и гулкими коридорами.

— Мне на третий этаж, — кивнула я в регистратуру. Тетка в регистратуре напоминала цербера, а я смотрела в сторону лестницы, куда меня отказывались пропускать без талона.

— Люд, это ко мне! — послышался голос за спиной, а я увидела пухленькую Светлану — мамину подругу. — Ну что, пойдем!

Я прыгала на одной ноге по ступеням, пока Света сокрушалась о том, что лифт не работает.

— Ну как там мама? — спросила тетя Света, натягивая звонкие перчатки. В ее кабинете было неуютно. И даже календарь с изображением мультяшного карапуза не придавал кабинету той расслабляющей атмосферы, которая была в частной клинике. — Да расслабься ты! Ну…

Холодная рука скользила у меня по животу. А я смотрела на крашенную голову тети Светы, мелькающую на фоне окна. Ноги неприятно холодили металлические подставки.

— Так, — заметила тетя Света, заглядывая в меня. Чувство нервов усиливалось, а я старалась смотреть в окно и думать о хорошем.

— Ну, давай мы на узи! — скомандовала тетя Света. — Сейчас глянем!

Заодно и спрошу, мальчик или девочка… Эта мысль заставила меня немного воспрянуть духом. Стены государственной больницы действовали на меня угнетающе.

— У меня по записи, — произнесла незнакомая женщина, когда я шагнула в кабинет первая. Тетя Света прошла вслед за мной. — Ой, Свет, ты? Ну давай быстренько!

С замиранием сердца я ждала результата.

— Вставай! — скомандовала Света, а я снова направилась за ней. И только в кабинете, я присела.

— Ну что, моя хорошая. Плохо дело, — заметила Света, показывая мне узи. — Да че ты сразу реветь! А ну быстро сопли вытри!

— Что там? — спросила я, чувствуя, что мои худшие опасения подтверждаются.

— Ну, как тебе сказать? Слово патологии слышала? Ну тут все явно! Вот! — мне что-то обрисовали, пока я глотала воздух.

— И что? — спросила я бесцветным голосом.

— Ну, инвалид он у тебя будет, — заметила Света. — Даже если родишь, помрет в течение нескольких суток. Или будешь всю жизнь с ложки кормить…

— Что? — прошептала я в ужасе. Не может быть!

— Ты там не раскисай! — заметила Света. — Вот тебе направление. Завтра приедешь, мы все сделаем! Да не реви ты! Потом сама спасибо скажешь! Зачем тебе вот эта вот обуза на шее! Потом здоровых родишь! А этот? Ну, с кем не бывает!

Глава 52

Я молча смотрела на бумажку, в которой значилось мое имя и время.

— Че ревешь? — спросила Света. — Ты это, мозгой своей подумай. Ну, родишь ты… И куда денешь? Тебе же на лекарства работать! Считай, тебя целыми днями дома не будет! Ты его на мамку скинешь. И на отца. А они тебе спасибо не скажут. К тому же, тут со здоровыми не нужны! А та больной ребенок! Какой мужик согласится инвалида твоего усыновить! От таких вон — сразу монатки собирают и бегут в горизонт! Потом с них алименты трусят. Через суды всякие! Сколько примеров!

— А ничего нельзя сделать? — задала я самый глупый вопрос.

— А что сделаешь? — удивилась тетя Света. — А ничего! Так что завтра жду!

— А я слышала, что после такого, детей может и не быть, — вспомнила я, складывая бумажку в сумку.

— Ну, тут как повезет. От врача зависит многое, — заметила тетя Света. — На, не реви. Съешь шоколадку, слезки утри, и все у тебя будет. Ты вон девка красивая, молодая, умненькая. Не то, что моя! Вечно то в одни неприятности, то в другие. То, ма, давай деньги, то ма, я тут это… Опять деньги. Да ну ее!

Я вышла, видя очередь, рассевшуюся под дверьми. Пестрые плакаты расплывались перед глазами. Все смотрели на мои костыли, а я чувствовала, как тонкая гармония, только-только появившаяся внутри, начала таять…

Весна, которая уже бушевала в воздухе не радовала. Сердце то и дело подпрыгивало, сжимаясь от боли предстоящей пустоты.

— Все хорошо? Да? — с надеждой спросил Алехан, когда я присела на переднее сидение. — Куда едем?

— На работу, — бесцветным голосом произнесла я. Машина, которая только завелась, встала, как вкопанная. — Все хорошо, Алехан…

А у меня голос дрогнул. Не хорошо грузить посторонних людей своими проблемами. У них и так проблем выше крыши. А тут еще и я. Наверняка у Алехана проблем больше, чем я могла себе представить! Но он никогда про ни не рассказывал.

— Нэ понял! — прищурился таксист. — А что это мы с Алэханом дэлиться перестали? Или что?