Измена пахнет расставанием (СИ) - Бледная Ляся - Страница 38

Я слышала, как его голос удаляется. Я смотрела на его плечи, на твердую и уверенную походку.

— Вот что мне делать? — прошептала я, осторожно идя к лифту. Стоило мне подойти, как лифт поднялся вверх и сам раскрылся. Это мы так в детстве делали, когда у нас работа лифт.

Я вошла в него и стала спускаться.

— Малыш, — прошептала я. — Что нам делать? Поиск хорошей квартиры может занять время… Нам нужно просто немного времени, чтобы остановиться, сесть и все обдумать. Мне тоже страшно. И я не согласна подписывать никакие документы, чтобы расстаться с тобой!

Лифт открылся, я вышла в холл. Стоило мне выйти из здания, как вдруг я увидела две машины. Алишер стоял напротив Дамира, который увидел меня и сделал шаг в мою сторону.

Глава 73

— Аля! — произнес Дамир, а его глаза сверкнули. — Быстро садись в машину!

Я стояла, растерявшись окончательно. Если верить часам, то было около трех.

— В машину! Быстро!!! — крикнул Дамир, а Алишер смотрел на него хмурым взглядом. Как он здесь оказался? Откуда узнал? Родители вряд ли бы стали ему говорить.

— Дамир Тагирович, — заметил Алишер насмешливо. — Прослушка на телефоне не является законной! Если только ее не устанавливают органы государственной власти.

Я выдохнула, не зная, что делать.

— Прекрати ее преследовать! — резко произнес Алишер. — Аля! Дверь в машине открыта. Сейчас же садись в нее!

В свете фонаря были видны плавные изгибы двух темных иномарок. Одна дороже другой. А я смотрела на перепалку некогда партнеров и друзей.

— В машину! — Дамир схватил меня и потащил к раскрытой двери. — Тебе до нее какое дело?

— А что? Раз великий Дамир поматросил и бросил, то теперь девушка должна уйти в монастырь, молиться о его здоровье и вспомнить редкие минуты счастья? — насмешливо произнес Алишер. — Или после Дамира на девушках стоит крест?

— Ты снова перекручиваешь все! Лучше расскажи, как ты пытался ее убить! — заметил Дамир, когда я стояла возле его машины. — Расскажи, что вся твоя забота — это попытка насолить мне. Расскажи, что ты тоже баллотируешься! Гляди, Аля!

Дамир достал буклет, с которого улыбался Алишер. Я не видела таких. Быть может потому, что не проверяла почтовый ящик у родителей. Обычно этим занимался отец.

— Ну? — едко спросил Дамир, — Может, хватит вешать лапшу на уши бедной девушке! Ты никакой не рыцарь! Аля! Он тебе лгал с самого начала! Вот еще его реклама! Мне прямо под дворник засунули!

Я смотрела на буклет, а Алишер молчал.

— Знаешь, — наконец произнес он, но глядя не на Дамира, а на меня. — Предавший однажды предаст и второй раз.

— Кто бы говорил! — резко произнес Дамир. — Твои сотрудники без зарплаты месяцами ходят!

Я посмотрела на Алишера, который усмехнулся мне. Он ведь сегодня заплатил мне зарплату по первому требованию.

— Если Дамир встречался с девушкой, то к ней не подходи. Если Дамир баллотируется, то туда не ходи. Если Дамир играет в песочнице — жди, пока он уйдет! — заметил Алишер.

Я еще сомневалась.

— По крайней мере, я не пытался убить ребенка! Не договаривался с врачами! — выплюнул Дамир, стоя между мной и Алишером.

— А! Ты хочешь сказать, что если бы это был мой ребенок, ты бы дал ему свою фамилию и умилялся тому, как он похож на папу! — заметил Алишер.

Дамир не ответил ничего. Он затолкал меня в машину, закрыв двери. Алишер стоял и смотрел на меня.

Дамир сел в машину и ударил по газам.

Наверное, я поступила правильно. Дамир — отец ребенка и… Я оглянулась, чтобы увидеть Алишера. Он стоял подсвеченный фонарем рядом с автомобилем.

— Ты куда смотришь? — резко произнес Дамир, поворачивая.

— А куда мы едем? — спросила я, чувствуя внезапно пустоту.

— Домой! — произнес Дамир. Я знала, что ему нужно время, чтобы успокоиться. Он всегда был вспыльчивым.

— Я хочу начать все сначала, — твердо произнес Дамир. — С самого начала. Забыть о том, что произошло. Я все понимаю, но виноватым себя не считаю. Я спасал твою жизнь.

Я тоже понимала, что мать была права. Никому твой ребенок не нужен, кроме тебя и, возможно, его отца. И Алишер — тому пример.

Одному нужна только я. Второму нужен только ребенок. А вместе мы не нужны никому.

— Алечка, ну что ты? — послышался голос Дамира, а я не заметила, как остановилась машина. Мы стояли на знакомой парковке возле элитных апартаментов.

Я почувствовала, как меня прижимают к себе и целуют в висок. В руках Дамира было привычно уютно и спокойно. Я так любила раньше, когда он так обнимает.

— Дамир, тебе нужен только ребенок, — произнесла я.

— Кто тебе сказал такую глупость? — ласково произнес Дамир, шепча в висок. А сердце потянулось к нему, чтобы поверить. Сердце — вообще очень глупый орган. Оно всегда хочет все вернуть как было, верит любым словам и всегда готово простить.

— Не делай так! — поежилась я в его руках.

— Тебе раньше это очень нравилось, — послышался голос, от которого у меня по спине пробежали мурашки. — Или ты меня обманывала… Прости меня… Я должен был сказать тебе правду сразу…

— Дамир, чтобы простить нужно время, — произнесла я, чувствуя себя философом. — Мне очень хочется тебе верить!

И это было правдой! Мне действительно хочется поверить… А то мир вокруг трещит по швам, я хватаюсь за все, а все рушится.

— Так в чем дело? — прошептал Дамир, беря меня за руку. — Если бы ты знала, что я чувствовал, когда во время переговоров прозвучало твое имя. И я никак не мог тебя предупредить. И защитить…

— Мы могли бы придумать условный сигнал, — заметила я, чувствуя, что сморозила глупость. Но мне было не стыдно. — Например, купи хлебушка!

Дамир рассмеялся, а потом со вздохом обнял меня.

— Потерпи немного. В доме уже идут отделочные работы. Там будет охрана, видеонаблюдение, трехметровый забор… Там будет безопасней… — вздохнул он, глядя мне прямо в душу.

— А Марина? — спросила я, высвобождая руку из его руки. — Она тоже будет жить с нами? Или пока я буду сидеть в крепости, ты будешь отдыхать с Мариной.

Дамир посмотрел на меня, а я чувствовала, что каждое слово дается ему с трудом.

— Она — не любовница. Но если ты настаиваешь, то никакой Марины, — твердо произнес Дамир. — Я перестану вести с ней дела. Ее больше не будет в нашей жизни.

— Ты готов поклясться? — спросила я. — А то у меня такое чувство, что она стоит в паспортном столе в очереди на смену имени!

— Даю слово, — твердо произнес Дамир. — Теперь мы можем идти домой?

Глава 74

Решение далось с трудом. Я смотрела на Дамира, глаза которого умоляли дать ему второй шанс. В этот момент сердце взвыло. Оно тайно ждало этого, надеялось, лелеяло. И теперь вот…

— Дамир, — выдохнула я, глядя на свою руку в его руке. Большой палец Дамира гладил мою ладонь. И это было невыносимо. — Второго шанса не будет…

Я видела улыбку на лице Дамира. Он уже понял, что я сдалась. А я чувствовала невольное облегчение. И оправдывала все тем, что заработанные деньги могут кончиться, а если со мной что случиться, то мой малыш будет хоть кому-то нужен.

Я вышла, словно и не было этого мучительного месяца. Знакомые зеркальные окна в пол, дорогие машины на парковке, ухоженные клумбы с газонами и кипарисиками, которые мне так нравились.

— О, давненько вас видно не было? Как отдохнула? — спросила консьержка, а я промолчала, глядя на то, как дернулся Дамир.

— Хорошо, — ответила я, изобразив улыбку.

— Че это ты не загорела! — заметила консьержка. — Обычно загоревшие приезжают! А тут бледная, как сметана. Ой? А ты че енто на костылях?

— На лыжах каталась, — соврала я, чтобы Дамиру было стыдно.

Пока консьержка что-то желала мне, сочувствовала, я поднималась в квартиру.

Коридор, в котором я плакала, встретил меня тем же запахом и уютом. Ничего не изменилось с момента моего ухода.

Я чувствовала, как все вокруг словно шепчет мне: «Ничего плохого не случилось! Ничего страшного не произошло! Не было этого мучительного месяца. Он просто тебе приснился!».