Тяжелая корона (ЛП) - Ларк Софи - Страница 64

Я скучаю по тебе. Мне так жаль, что так получилось. Я хочу, чтобы ты знал, я ничего не держу против тебя, и Себастьян тоже. Теперь все это в прошлом.

Надеюсь, ты позвонишь мне как-нибудь.

Ты знаешь, что я всегда буду любить тебя.

XOXO

Fasol

Я закрываю открытку и кладу ее в цветной конверт. Затем я запечатываю его и пишу адрес.

Я не ожидаю, что Адриан ответит.

Иногда нужно протянуть руку помощи. Даже если знаешь, что протягиваешь руку в пустоту.

Эпилог

Елена

18 лет спустя

Когда я возвращаюсь домой из продуктового магазина, на столе в прихожей лежит письмо.

Там мы с Себом храним всю нашу почту, по крайней мере, ту, которую захочет увидеть другой человек. Листовки и объявления отправляются в мусорное ведро. Фактическая корреспонденция кладется сюда.

Конечно, в наши дни ее не так много. Почти всегда это открытки с поздравлениями или благодарностями. Иногда официальное приглашение на вечеринку или благотворительный вечер.

Именно этого я ожидаю, когда беру в руки тяжелый конверт с дорогой грифельно-серой канцелярской обложкой. Только когда я переворачиваю его, я вижу печать.

Это старомодная корона, расположенная внутри арки из сдвоенных оливковых ветвей. Изображение было вдавлено в расплавленный воск, темно-малинового цвета, цвета засохшей крови.

Это так сильно пугает меня, что я чуть не роняю конверт обратно на стол. Но я заставляю себя сломать печать, просунув ноготь большого пальца под нее, открываю его и достаю два листа бумаги.

Письмо написано от руки аккуратным скорописным почерком.

Лео Галло,

Сообщаю вам, что вы были приняты в Академию Царетворцев. Кроме того, вы были автоматически зачислены в отделение Наследников, что является вашим правом, как неоспоримый наследник империи Галло.

Занятия начнутся первого сентября. Вы должны явиться на Гранд Виллу в Дубровник не позднее тридцатого августа. Оттуда вас доставят в наш охраняемый кампус.

Как вы, вероятно, знаете, прием в наш лагерь является единичным и безотзывным. Если вы по какой-либо причине решите уехать, вам не будет позволено вернуться.

По этой причине, пожалуйста, не забудьте взять с собой все вещи, которые вам понадобятся на время программы.

Прилагается список наших правил и положений. Подпишите и верните ваше согласие с договором, включая вашу готовность соблюдать нашу систему суда и наказаний. Подписи и отпечатки ваших родителей также необходимы.

Мы с нетерпением ждем встречи с вами. Вы присоединитесь к элитному учреждению с долгой и богатой историей. Возможно, когда-нибудь ваше имя будет начертано на стене Dominus Scelestos6.

А пока, пожалуйста, передайте мои пожелания вашим родителям.

Искренне,

Лютер Хьюго

Necessitas Non Habet Legem — Необходимость не имеет закона

К письму прилагается список правил и предписаний. Они также написаны от руки витиеватым, но хорошо читаемым шрифтом.

1. Насилие в отношении товарищей по учебе не допускается. На любое насилие следует отвечать добром — ударом на удар. Рана за рану. И смерть за смерть.

2. Студенты не должны покидать кампус по любой причине, за исключением посещения города Дубровник в разрешенные дни.

3. Студенты не могут переводиться из одного отделения в другое. После того, как вам назначили отделение, вы должны…

Я бросаю письмо, не желая больше ничего читать.

Слава богу, Лео в школе и, вероятно, еще не видел этого.

Я врываюсь в кабинет Себа, распахивая дверь без стука. Он поднимает глаза от своего компьютера, рад меня видеть и не особенно обеспокоен тем, как агрессивно я пришла.

Очень неудобно, что мой муж оставался привлекательным все эти годы. Трудно злиться на него, когда от одного его вида у меня каждый раз порхают бабочки.

Сейчас в его волосах немного седины, и он носит очки для чтения в черной оправе, но эти вещи только придают ему интеллигентность и серьезность, заменяя его былую мальчишескую привлекательность. Он все такой же высокий и подтянутый, как и прежде, с худым, красивым лицом и такими же прямыми и темными карими глазами под бровями.

— Вот ты где, — говорит он, улыбаясь мне.

— Почему в холле лежит письмо о приеме от Царетворцев? — спрашиваю я.

— Я полагаю, потому что Лео был принят, — спокойно отвечает Себ.

— Почему он вообще подал заявление? — кричу я. — Почему он вообще знает о его существовании?

Себ снимает очки и складывает их, вставая из-за стола. Он подходит ко мне, возвышаясь надо мной так, как это может делать только он.

Он делает это не для того, чтобы запугать меня. Он хочет меня утешить. Но сгладить ситуацию невозможно.

— Он не пойдет, — говорю я.

Себастьян вздыхает. Он не хочет со мной спорить. Он никогда не хочет. Но он также никогда не лжет мне. Это обещание, которое мы давали друг другу все эти годы — всегда говорить правду. Даже когда это трудно. Даже когда больно.

— Ему исполнится восемнадцать на следующей неделе, — говорит Себастьян. — Это не наш выбор, Елена.

Я поворачиваю свое лицо к нему, чтобы он мог видеть страдание в моих глазах.

— Это небезопасно, — говорю я ему. — Это место набито детьми самых ужасных преступников со всех уголков земного шара…

— Да, — соглашается Себастьян. — Но это не значит, что там небезопасно. Это единственное место, где он будет в безопасности, Елена. Единственное место, где есть Sanctuary7.

То, что он говорит, правда, хотя я не хочу этого признавать. Если бы Лео пошел в обычную школу, на него мог бы напасть или убить любой из наших врагов. Только у Царетворцев есть священное правило, запрещающее нападать на любого из учеников на протяжении всей программы.

Но правило или не правило… Лео будет посещать занятия с людьми, которые ненавидят нас больше всего. Или, по крайней мере, с одним очень конкретным человеком.

— Дин тоже идет… — шепчу я.

Себастьян вздыхает.

— Я знаю, — говорит он.

Дин — сын Адриана. Всего на шесть месяцев младше Лео. Они будут учиться в одном году в Царетворцев. И в одном отделе. Оба наследники.

— Я могу только представить, что Адриан ему рассказал, — говорю я.

Я так и не примирилась с братом. Он никогда не позволял мне. Он ненавидел меня восемнадцать лет. Себастьяна он ненавидит еще больше. Его сын будет ненавидеть и презирать Лео, я в этом уверена. Я не могу представить, как они смогут жить бок о бок, не убивая друг друга.

Адриан переехал обратно в Москву вскоре после рождения сына. Это единственная причина, по которой неприязнь между нами сохранилась как холодная война на низком уровне, а не как тотальная битва.

— Анна будет там, — говорит Себастьян.

Анна — дочь Миколаша и Нессы и лучшая подруга Лео. Они неразлучны с тех пор, как были малышами. Интересно, не поэтому ли Лео с самого начала хотел поехать в Создателей Королей, чтобы быть рядом с ней?

— Я удивлена, что Несса не против этого. Разве Анна не была принята в Джульярд?

— Она выбрала Царетворцев, — просто говорит Себастьян.

Подтекст понятен. Несса и Миколаш позволили Анне сделать свой собственный выбор, мы должны сделать тоже самое.

— Это так далеко… — говорю я Себастьяну. — И им не разрешают вернуться домой…

— Только три года, — говорит Себ. — Они могут приезжать летом, только не в течение учебного года.

Тревога, которую я испытываю, невыносима. Лео — наш единственный ребенок. Он — центр нашего мира. Если с ним что-то случится…