Владеющие разумом (СИ) - Андрианова Марина - Страница 9

— А пятая ступень? — спросил Рид.

Почти возненавидела его за это. Голосовые связки откровенно болели. Я даже не подозревала, что так бывает.

— Пятая — это служба напрямую Богине. То есть мы и так принадлежим ей, но управляет Верховная. Пятая ступень — Наставницы Обителей и, собственно, сама Верховная.

Ну вот, совсем охрипла. Но все-таки спросила у Александра, ожидая, что ответит откровенностью на откровенность.

— А у вас не так?

Он тоже ответил честно:

— Нет. Темный Бог не являлся уже тысячу лет. У нас самое сложное, уяснить, что не все дозволено, — он хохотнул. — Отцовский ремень отлично помогает запомнить, что нельзя приманивать конфеты, даже если очень хочется.

Я не смогла представить императора, который вдруг схватился за ремень.

Но Александр не закончил:

— Гораздо больше времени уходит на изучение некромантии.

Я кивнула. О некромантии я знала примерно столько же, сколько о новых технологиях нашего мира. То есть, что они есть, и что это дико сложно.

— Спасибо за рассказ, — сказал Рид. — Наверное, сегодня ничего стоящего мы уже не выясним.

— Я все же договорюсь с Анжеликой на завтра часов на десять, — предложила я. — Она заряжала источник, а значит, снимала тиль и могла что-то почувствовать.

— Отлично, — Рид повернулся ко мне. — Прошу простить, у меня еще масса работы.

— Конечно, — я встала, и мужчины тут же подскочили.

Аристократы.

Вместе мы вернулись в тот захламленный кабинет.

Александр помог мне накинуть плащ. И я практически не отреагировала на тепло его рук и терпкий мужской запах… Не отреагировала и точка.

Майкл Рид спешно ушел куда-то по делам.

В холле перед дверью, Александр придержал меня за локоть. Я отругала себя за порыв податься ближе, чтобы снова почувствовать его запах.

— Анна, мне неловко предлагать это леди…

— Я не леди, — перебила его.

Он лишь улыбнулся:

— Нам стоит обменяться п?сцами. Для дела, — пояснил и протянул мне свой.

— Конечно, — я расстегнула плащ, что бы добраться до моего.

Короткое заклинание, мы возвращаем друг другу п?сцы, соприкасаемся ладонями и… мой желудок заурчал, напоминая, что уже вечер, а мы не Светом единым живы.

Александр не сдержал улыбку, а я смутилась. Как в шестнадцать лет.

Кейсиди сказала бы: «Мужика тебе надо». И, кажется, в этот раз угадала бы.

— Анна, мне, право, стыдно, — Александр во всю улыбался. — Позвольте загладить свою вину, и пригласить вас на ужин.

И как-то так он это сказал, что у меня не хватило духу отказать. Или я не хотела этого делать.

— С удовольствием, — тоже улыбнулась.

И чего так радуюсь. Подумаешь, молодой симпатичный мне мужчина пригласил на ужин. Не на свидание же. Это тоже, наверняка, для дела.

Глава 5

Пока несли наш заказ, я осмотрелась. Александр привез нас (сам, за рулем автомобиля!) в очень дорогое заведение. Но если не знать стоимость бертутского мрамора, которым выложен пол, или форпостского шелка, скатертями из которого покрыты столы, можно было подумать, что заведение просто приличное.

Я знала. Поэтому не обманулась лаконичной ненавязчивой атмосферой ресторации. Когда-то, кажется, тысячу лет назад, до Второго Раскола я обожала такие заведения. Красивые одежды и украшения. И редкие десерты. Это было то многое, в чем мы были с Кейсиди похожи. Каждый раз, возвращаясь в Обитель, мы привозили друг другу самую редкую сладость, которую смогли найти (и довезти) в странствиях.

А потом Кэсси сбежала.

— Анна, — отвлек меня от невеселых воспоминаний Александр. — А на какой вы ступени? Если это не тайна, конечно.

— Не тайна, — улыбнулась я.

В этот момент официант принес фруктовый чай, который Александр попросил подать как можно скорее.

Я пригубила обжигающий напиток, чувствуя, как согревается горло.

— Когда случилась Вторая Пустая, я два года, как была на четвертой ступени. Мне не досталось подопечной, и я колесила по империи, продолжала делать обычную работу.

Если не сказать всю правду, это не значит — солгать? Или значит?

Но я не стану рассказывать, что последние пять лет провела отшельницей в Обители, якобы усмиряя силу Кейсиди. Слишком много вопросов последует.

Почему-то юлить и изворачиваться в разговоре с Александром было неприятно, хотя обычно лгать для меня было легко, как дышать.

Александр чуть прищурился. Я поняла — считает.

— Мы с вами ровесники, — упростила ему задачу.

А он смутился.

— Извините, это недопустимо.

— Бросьте, меня не пугает возраст, целительницы живут очень долго, — не удержалась, и поддела его еще сильнее.

Я кокетничаю? Что они заварили в чай?

Сделала еще один глоток из крошечной фарфоровой чашки. Нет, только фрукты и ягоды. Проблема во мне.

— Вы очень красивая, — сказал Александр.

И так серьезно посмотрел на меня, что я поняла — это не дежурный комплимент.

Сейчас его глаза обрели голубой оттенок, и я снова начала тонуть. Владеющие никогда не пьют алкоголь, он влияет на самоконтроль. Но, мне кажется, именно так должно выглядеть опьянение.

Официант принес наш заказ. И это разрушило хрупкий момент.

Советник подозвал официанта и что-то шепнул ему на ухо.

Я с аппетитом принялась за своего запеченного лосося. Александр с неменьшим уважением отнесся к хорошо прожаренному стейку.

Минут пять мы наслаждались едой.

— Вы много путешествовали, — начал советник. — Расскажите, где вам понравилось больше всего?

Почему-то даже обычный светский вопрос прозвучал интимно. Или всему виной мое настроение.

— Мм, — промычала я, дожевывая кусочек. — Я люблю море. Оно всегда разное, но всегда прекрасно. Поэтому всё побережье Бескрайнего моря для меня словно волшебная страна. Вы были Бертуте? Там есть бухта, куда по ночам приплывают светящиеся медузы. И звезды отражаются. Невероятная красота. А в Тёрне я видела кита. Представляете? Он такой огромный, как дворец…

Он улыбался и смотрел на меня с таким умилением, как смотрят на детей или котят, которые, по сути, тоже дети. И я осеклась. Хотя как раз собиралась рассказать, как однажды меня взяли с собой на корабль добытчики жемчуга, и нас сопровождала стая дельфинов.

— Вы так говорите, что мне захотелось немедленно сорваться к морю…

— Ну что вы, Александр, там сейчас тоже холодно, — засмеялась я, а потом осознала, что назвала Темного принца по имени. — Простите, лорд Шейн.

— Не надо, Анна. Мне нравится, называйте так.

Я смутилась. Опять. Он ведь мог просто разрешить без пояснений.

— А вы? — решила перевести тему. — Где нравится вам?

Он коротко засмеялся.

— Мои воспоминания — сплошные леса, полные нежити, да восставшие кладбища, — ответил. — Но море мне тоже нравится. У императора поместье в Бертуте, я был в той бухте еще ребенком.

Он тоже замолчал. Вспомнил родителей, убитых в Первой Революции?

— Какой-то грустный у меня получился рассказ. Еще чаю?

И, не дожидаясь ответа, сам долил из чайничка в мою чашку.

Подошел официант и поставил перед нами по тарелке с огромными кусками шоколадного торта.

Я не заказывала десерт. Вот что он шептал официанту.

— Как вы узнали? — не удержалась от вопроса.

— Что узнал?

— Что я обожаю шоколадный торт, — пояснила.

— Все просто, Анни, — он наклонился ко мне, будто собирался сообщить большой секрет, и я интуитивно наклонилась к нему. — Я его тоже обожаю! — проникновенно прошептал он мне в самое ухо.

Меня словно жаром обдало. Наверное, надо было отшатнуться. Но я замерла, наслаждаясь его близостью.

Всего на мгновение.

Он медленно отстранился, случайно проведя подбородком по моей щеке. От этого движения сладко засосало где-то внизу живота.

Я свихнулась?

День. Мы знакомы один день.

— Попробуете? — предложил он.

Отломила ложечкой кусок, положила в рот и зажмурилась от наслаждения. Это было изумительно. Шоколад таял во рту.