Думаешь бьётся? (СИ) - Заозерная Марта - Страница 27

— Алёёёна, — тянет моё имя единственный хорошо известный мне футболист. — Могла бы сказать, что вернулась. Я ждал твоего звонка, — кольцо его рук всё крепче сжимается. — Хорошо, что у тебя подруги более контактные.

Смотрю на эту, контактную, она салютует мне бокалом, кончик языка высунув.

Глава 31

Дежавю. С такой мыслью я просыпаюсь. Не открыв глаз прикидываю, будет болеть голова или нет. Надралась я по ходу вечера знатно, в разы больше установленной собою же дозы — три бокала. Но было так весело, что останавливать себя не хотелось.

Всего пару часов проведенных наедине с Кириллом, а я уже понимаю взрослых мужиков, встречающихся с молоденькими девушками. Подзарядка идёт колоссальная. Они дарят легкость, заставляют верить в то, что ещё вся жизнь впереди, ведь энергии в тебе через край. В его возрасте я была излишне серьёзной. Непрекращающаяся учеба, работа в больнице, участие в научно — исследовательской работе университета, и как вишенка на торте — молодой человек со схожим образом жизни. Да я мысли не допускала, что можно всю ночь напролет кататься вдоль набережной, любуясь звездным небом через панорамную крышу авто и пить при этом шампанское, прямо из бутылки. Оу, и хохотать до колик в животике.

— Коалочка моя проснулась, — в голосе Кирилла слышится насмешка. — Я думал уже не проснешься сегодня.

На секунду веки приоткрываю и выдыхаю. Мы у меня дома. Не совсем пропащая я.

— Смерть во сне? Не самый плохой вариант, но лучше я поживу.

— Дурашка, — Кир подходит к кровати, садится на край. — Сама же рассказывала вчера, что коалья жизнь твой идеал.

Да, было дело. Кирилл очень долго, с задором рассказывал о том, как с самого детства мечтал и стремился стать известным спортсменом. О том, как дни напролет посвящал тренировкам. О том, кто его кумиром является и каким он себя видит через несколько лет. А когда он спросил у меня — о чем я мечтаю, мой подпитый мозг не сработал в сторону медицины, от слова совсем. Сказала, что хотела бы жить как коала, по двадцать часов спать на тоненьких веточках, нежиться на солнышке и в полудреме снова и снова жевать полезную волокнистую растительную пищу, на переработку которой затрачивается энергии больше, чем с ней поступает. Чем не прелестно?

— Будь хорошим мальчиком, приготовь нам завтрак, — произношу, безрезультатно стараясь зевок подавить. Подхватываю край одеяла и переворачиваясь на живот натягиваю его до макушки. — Потом разбуди, — говорю приглушенно, лицом в подушку уткнувшись.

Несмотря на некую развязность он и правда парень хороший. Сдалась бы такая как я повесе. Тащил меня, ржущую, на себе, до квартиры. Причина безудержного смеха заключалась в неудачной попытке разбить бутылку, для исполнения загаданного желания. После того как допила алкоголь — загадала желание, дунула в бутылку, заткнула горлышко салфеткой. Оставалось только разбить. С этим возникли проблемы. О мусорный бак била, о столб железобетонный, о дерево. По — итогу, сокрушалась на тему того, что надо было дешёвое шампанское покупать, потому что у этого — даже трещинке на пунте не появилось.

— Ложись удобнее, — гость, не помню званный или нет, забирается ко мне на кровать и сдернув одеяло садится на мои бедра. — Лежи смирно, не дергайся, — обхватывает мои запястья и прижимает к телу.

Движения его рук дискомфорта не доставляют, поэтому желания сопротивляться и выделываться нет. Расслабляюсь. Легкие поглаживания погружают в нирвану. К моменту, когда Кирилл запускает руки под мою футболку, я уже в благодати купаюсь. Возможно, алкоголь еще в крови гуляет, поэтому мне так классно. Так гляди и спиться недолго. Незаметно для себя засыпаю.

Спустя пару часов всё равно приходится встать. Тащу себя в душ. Контрастные струи бодрят. Чувствую себя бодрой и отдохнувшей. Вчера перед тем как завалиться в постель, я умылась, волосы собрала. Киру повезло, никакой жути с черным от макияжа лицом он не видел. Забота.

Как только я вхожу на кухню, Кирилл, стоящий рядом со столешницей, подхватывает пучок укропа и откусывает от него половину.

— Будешь? — спрашивает, протянув мне остаток зелени. — Мы с сегодняшнего дня на правильном питании.

Прохожусь по нему взглядом.

— Ты долго на травке не протянешь.

— Я давно не дурманился, милая. А рядом с тобой так и вовсе, только лучше становиться желаю. Если ты скажешь жрать эвкалипт, поверь, я начну.

Вот же болтун.

— Коалы в мечтах, Кир. Из-за тебя я и шести часов не проспала, — прикрываю зевающий рот ладонью. — Я смотрю — ты старался, — киваю в сторону нашего завтрака, улыбка губы растягивает.

Кирилл подвигается в сторону, закрывая мне обзор на бумажный пакет с логотипом местного ресторана. Делаю вид, что не понимаю что к чему, слушаю его стенания на тему как он устал при приготовлении пищи. Звук открывающихся контейнеров смех вызывает.

— Я хотел, Алён, но не вышло. Торчу тебе теперь новую кастрюлю, — сознается с грустью в голосе, и огоньком в глазах.

— Я не самый большой любитель готовки, не страшно. Жги и остальные, я не расстроюсь.

— Как будем вместе жить — обязательно, — подмигивает мне.

И я, взрослый человек, вроде бы обладающий интеллектом, ведусь. Эта глупая игра будоражит. Мы шутя начинаем развивать тему всё дальше и дальше.

В какой-то момент, отсмеявшись, Кирилл с серьезным видом произносит:

— Только детей, Алён, чуток позже. Мне ближайшие лет десять надо карьере посвятить максимально.

— Ну вот, а я уже посчитала, когда надо зачать, чтоб скорпиончика родить, — необходимое качество для судебно — медицинского эксперта — умение отключать свои эмоции, иногда это приходится за считанные секунды делать, чтоб с ума не сойти. Сейчас мне тоже оно помогает. Мы с ним шутим, смеемся, по мне не видать, что внутри уже подпекает.

Глава 32

В зоне прилета пробегаюсь глазами по толпе собравшихся, в попытке как можно быстрее найти своего единственного, самого лучшего папочку. Натыкаюсь взглядом на высокого, крепкого мужчину, закрывающего лицо букетом цветов. Сейчас что-то будет. Надо сказать, чувство юмора папы понимают не все, но я его унаследовала.

Папа убирает от лица потрясающей красоты нежно — розовое облако из французских роз и улыбается во все свои, от природы крепкие, зубы.

— Как долго я тебя ждал! — своим поставленным голосом извещает всех собравшихся родитель, когда я несусь к нему на всех порах. Буквально подхватывает меня одной рукой, на несколько секунд отрывая от пола. — Люблю — не могу. Своей сказал, что еду к тебе. Соскучился очень, родная, — прижимает до хруста костей.

Понимаю, что-то нечисто. Ведется параллельное шоу для кого-то. Но несмотря на это на мои глаза слезы наворачиваются. Разлука с папой даётся тяжело, что десять лет назад, что сейчас.

— И я по тебе, очень. Просто безумно, — только при встрече понимаю насколько сильно. Обнимаю его за шею и слезы об его свитер вытираю украдкой.

Если сейчас попросит остаться — я соглашусь. Сама не ожидала, что так проберет. Поочередно внутри тоска сжимает все органы.

— Моя самая лучшая девочка, — целует меня в макушку, рукой голову мою прижимает с усилием. Мне начинает казаться, что пальцы его немного подрагивают. — Как я ждал тебя долго. Совсем про нас забыла, малышка, — последнее предложение произносит вполголоса, так чтобы слышала его только я.

— Это не так. Ты же знаешь, — выходит жалостливо, со всхлипом.

Забирать вещи мы идём вместе, папа прижимает меня за талию к себе. Дюже крепко. Забористо. На лице улыбка сияет.

— Пап, второй заяц у нас кто? — он явно показательное выступление желает устроить. Приехал за мной, но что-то пошло не по плану. Это экспромт.

— Коллег увидел. В областной у нас новые. Муж с женой. Черноротые. Приподнесли твоей матери, что я с интерном своим сплю. Всего лишь подвез девушку после смены, она в их доме квартиру снимает. Сейчас посмотрим. Уверен — пока доберемся фото наше уже у Зои будет.

— Тебе нужен повод?