Думаешь бьётся? (СИ) - Заозерная Марта - Страница 8

Посиделки явно удались. Не помню, когда мне последний раз было так легко и весело. Легко, нужно запомнить это состояние, ведь с Артёмом легко мне не бывает, не считая интима.

— А где кусочек ткани отсюда, — Женек прикасается к тонкой, можно сказать прозрачной части платья на груди. Вырез глубокий, прикрыт прозрачной вставкой телесного цвета, усыпанной кристаллами. На теле выглядит всё прилично, ничего не просвечивает, даже если слишком наклониться, я проверяла. Мою двойку припрятать несложно.

— Так вот же, — Ната указывает на небольшой шлейф, — Ты же на каблуках будешь? По полу ничего, особо, не потянется. Ох ты ж ё, — обращает всё таки внимание на вырез вдоль правого бедра.

— Я думала, ты уже не заметишь.

— Не заметишь тут, так сверкает. Дорого — богато. Примерь сейчас, — вырез тоже прикрыт точно так же, как сверху, — Где ты у нас такое только нашла…

— Это в Москву в том месяце летали, по работе. Вечером скучно было.

— Не хухры Вы, конечно, мадама, — цокает языком.

Отправляю девчонок подождать в мою спальню. Признаваться в том, что платье свадебное, хоть и темно синее, я не планирую. Увидела и влюбилась. Своей свадьбы не факт, что дождусь.

— Шикарная девочка, — выхожу я к девчонкам при полном параде, еще и туфли нацепила, — Как там на твоей высоте? Не слишком сильно солнышко светит? — Женя ниже меня сантиметров на пятнадцать, сейчас же разница ещё выразительнее, на ней домашние тапочки.

— Альбинка желчью подавится, — веселится вторая, — Мало того, что придешь ты без спутника, как я понимаю, так ещё и такая нарядная. Ты знаешь, как трудно порчу снимать? — понять серьезно говорит ли подруга, я не могу. С неё станется сходить к экстрасенсу.

Глава 11

Каждый день, приходя домой или же просыпаясь утром, вижу до боли знакомую «Ауди» под своими окнами. Пока что силы меня не оставили и я могу контролировать своё притяжение. Необъятный объем работы, бассейн, и удаленные курсы по фелтингу и росписи пряников обеспечивают моим мозгу и телу полную занятость.

Вот и сейчас, стою перед окном и вижу Артёма, облокотился на машину и смотрит куда — то в сторону выезда из двора. Давай же, тебе именно туда пора убираться. У него же мнение совершенно иное. Снимает очки, поворачивается и смотрит точно мне в глаза. Он всегда умел мгновенно цеплять глазами «объект», какой бы он ни был. Вот и сейчас стоит и смотрим друг другу в глаза. В такие моменты очень жалею, что живу не повыше этажом. Прятаться за стену смысла нет. Он знает — я буду смотреть. За последние шесть лет, это раз пятый. Только сейчас отчетливо понимаю насколько устала. Сейчас всего лишь шесть утра, что же я вечером буду делать на вечеринке по случаю свадьбы Альбины? Спать в уголочке, тихонько. По всей видимости, так и будет.

Зрительный контакт разрываю первая. Мне через час из дома выходить, а я стою тут кукую. Пятнадцать минут беговая дорожка, десять душ. Оставшееся время собираюсь и пью кофе. По итогу не выдерживаю, переношу трапезу на широкий подоконник в гостиной. Второй этаж, Артём естественно видит мою широченную улыбку. За твоё здоровье, любимый. Поднимаю легонько чашку. Игриво подмигиваю. Хренули тебе еще чего — то перепадет, ехал бы уже к жене. Левый желудочек начинает колоть, как только в голове проносится последнее слово. Долбанные неврозы, это точно они. Психовегетативный синдром… в отпуске я бы прекрасно подлечилась, а пока что доступно только лечение мыслями об отпуске.

Натка звонит, пока я спускаюсь по лестнице.

— Надеюсь ты выспалась? — произносит резко, с наездом, — Если что имей в виду, ближайшие две ночи мы тебе спать не дадим. Задолбала уже.

— Не знала бы, подумала, что именно так себя самки богомола ведут. Еще семи утра нет, ты чего с утра завелась, затарахрела?

— Да это все Лёва. А, не обращай внимания, — слышу как тяжело выдыхает, — Ждала его сегодня о пяти. Представляешь? Спутался с какой — то взрослой бабой и был у неё до утра. Думала тапком его отлупить.

— Мы давно тебе рассказать хотели…, - начинаю несмело.

Слышу как что — то падает, затем воцаряется тишина.

— Ну что за стервозина, а? — произносит подруга, спустя секунд двадцать. Следом хихикает, — Это же надо как совпало. Он ведь засранец сказал, что я её знаю, говорить имя не хочет. Теперь едь и лечи меня. Сердце болит.

— Это возрастное, у меня тоже. Принесу таблетки с собой. Закинемся вечером. Только смотри, пить нельзя будет.

— Засунь их, знаешь куда? — ехидничает.

— Знаю, доставали мы их и оттуда тоже, — произношу, как ни в чем не бывало. Реально ведь доставала. Ровняюсь с машиной, на заднее сидение бросаю сумку с вещами, — Доброе утро, Артём, — здороваюсь, забираясь в кресло. Тут же захлопываю дверь.

Паркуется он всегда рядом со мной. Не знаю уж, что он делает с соседскими авто. Спорить с этим здоровым детиной вряд ли кто — то решится. Артём делает знак, мол, нужно поговорить. Да, конечно. Обязательно.

Глядя на него я немного впадаю из разговора с подругой. Судя по звукам, она там давится, и следом кашляет.

— Василич, знаешь кто ты? — голос звучит возмущенно, — Я из — за тебя блузку морковным соком залила.

— Не рассчитывая, я не настолько эрудированна, чтоб столько всего знать. Оплатить химчистку?

— Да ну тебя. Чем дальше, тем больше вопросов. Откуда ты колеса доставала? И что у тебя там Артём делает? Мы же договорились.

— Ректально доставали, естественно. Из желудка, из кишечника… ну это при вскрытии уже, правда…

— Тормози — тормози, — перебивает наглющая, — Артём у тебя?

— На улице он, я как раз в машину сажусь. Наташ, — начинаю говорить быстрее, чтоб у нее не было возможности снова завести шарманку, — Я сегодня на вскрытиях. Без вариантов, и не одно. Могу вечером задержать. Но буду всё равно обязательно, — не вижу её, но знаю отлично, — Работа есть работа. Тебе ли не знать.

— Понимаю, — слышу её, почти что унылый голос, — Люблю тебя, милая.

Глава 12

— Детка, чего ты зависла? Давно красоты такой не видала? — подшучивает коллега.

Обычно эвисцерация производит на меня яркое впечатление. Первые годы, людей я по внутренним органам запоминала, в особенности по их отклонениям. Сейчас же перед глазами Артём. Стоит, опершись на моё авто, и что — то беззвучно шепчет, а может и со звуком, музыка же орет. Я не слышу, по губам читать не умею, но в его глазах всё читается лучше некуда. Резко отворачиваюсь, сжимаю руль и смотрю на свои колени. Это пытка какая — то. Он ведь знает, что больно обоим. Я больше так не хочу. Отпусти меня, пожалуйста. Давай в этот раз навсегда. Проходит эту агонию несколько раз за год просто не реально. Сил больше нет. Вытираю щеки тыльной стороной ладони. Ну за что мне это позорище? Ещё и при нём. «Пожалуйста» — шепчу одними губами, удерживая зрительный контакт. Артём понимает, убирает руки с крыши и делает шаг назад. Этого достаточно, чтобы смыться как можно быстрей.

Такая эмоциональная зависимость не любовь, а болезнь. Болеть я не хочу. Надоело. Хочется снова той беззаботности, что была без него. Второй раз женившись, несколько месяцев назад, просто добил. Моя фантомная боль.

— Печуньчик просто прекрасна, Прелесть моя, — говорю чудно улыбаясь, слегка край языка высовывая. Медвежонок любит моё безумное Альтер эго.

— Моя припевочка появилась, — смеется, — Давай ускоряться. Зинаида Падловна пирожков напекла, нам с тобой.

— Как тебе не стыдно, а? — журю его строго, — Какая же она Падловна после этого?

— Уже третий ремонт в этом году делает, кто она? Правильно, — от работы не отвлекается. Большой и грузный, но до чего ловкий, — Я такими темпами к тебе перееду. Примешь?

— Естественно, — странные пятна на внутренних органах меня отвлекают.

— Я запомнил, только посмей меня не принять, — договаривает и тут же начинает напевать самодельную песню о вреде кислорода. Он всем кажется странным. Как и я, собственно. Когда прихожу в молочно — бежевом костюме с утра. Понятно же, почему мы сошлись? — Бывали ли случаи, чтоб вы, девица, женатых мужиков к себе домой ночевать пускали?