Мой дом там, где ты (СИ) - Грэй Ева - Страница 23

С огромным трудом взобравшись на кровать, я прикрываю глаза и просто пытаюсь восстановить дыхание. Сердце колотится так, словно я только после тренировки. Какого хрена со мной происходит, я не понимаю.

Кроме слабости во всём теле, ощущаю онемение в поясничном отделе и мне это совсем не нравится. Не мешало бы обратиться к врачу, пока я здесь. И Энжи будет под присмотром. Даю себе обещание не откладывать в долгий ящик, а сделать это прямо завтра, с самого утра.

Всю ночь пребываю в странном состоянии. Нечто среднее, между сном и явью. Словно падаю в пропасть, а выбраться не могу.

Едва наступает рассвет, тело пронзает острая боль. Жду, пока пройдёт приступ и решаю спуститься вниз, чтобы принять обезболивающее.

Энжи проснулась как раз в тот момент, когда я выхожу из комнаты.

— Спи, дочка. Ещё очень рано. — Малышка послушно опускается обратно на подушку и сопит.

Лютый увязался за мной. Но я не возражала. Может, это глупо, но рядом с ним, я частично ощущаю незримое присутствие Егора. И от этого мне становится намного теплее.

Крепко держась за перила, я переступаю последнюю ступень и останавливаюсь. Резкая боль в животе, вызвала искры в глазах. Я согнулась и присела на корточки. Лютик занервничав, начал тыкаться в меня влажным носиком.

— Ну, ну, малыш, не переживай. Сейчас всё пройдёт и мы с тобой пойдём на кухню. Не за едой, а за таблеткой для меня. — Криво ухмыльнувшись, я опустила голову.

Спазм проходит, но боль остаётся. И мне это не нравится. Просидев в неудобной позе ещё с минуту, я решаю встать и во что бы то ни стало, дойти до аптечки. Но, как только я поднимаюсь и пытаюсь выровняться, резкая боль содрогает моё тело и сознание покидает меня.

***

— Ой, смотри, кажется, она приходит в себя. Лерочка…

Слышу знакомый женский голос совсем рядом, но, как ни стараюсь, не могу определить кому он принадлежит. Всё тело объято огнём. Живот, словно распороли ножом и забыли зашить. Скрючившись, я издаю стон и тянусь туда, где боль просто невыносима. Тело болит и не желает слушаться, руки стали таким тяжёлыми, словно их вылили из свинца. Что за черт?! Мне никогда ещё не было так плохо.

Я попыталась открыть глаза, но это оказалось непосильной задачей.

— Лерочка, Лер, ты меня слышишь? — всё тот же женский голос обращается ко мне, держа меня за руку.

Пытаюсь ответить незнакомке из вежливости, но язык прилип к нёбу. И говорить мне совсем не хочется. Хочется кричать от боли и страха. Но я держусь. «Где я? Я не узнаю запах. Это точно не моя комната. Я не слышу голоса дочки, лая собаки. Что происходит?! Где я нахожусь?! Кто это рядом со мной?! Где все?! Я не могу уйти и их бросить! Я не могу». — Последняя мысль, что приходит мне в голову.

В следующий раз я очнулась от дикой боли. Там где у меня когда-то был живот, сейчас раскрытая рана и кто-то бесцеремонно копошится в ней, трогает мои органы, не задумываясь о том, что мне вообще-то больно. Я просто в ужасе кричу, но по факту, не произвожу ни одного звука. Мне как будто заклеили рот. Запечатали сургучом. Я пытаюсь отодвинуться, убрать ненавистные руки прочь, но моё тело мне больше не подчиняется. Я обездвижена. Чувствую себя расчленённым дождевым червём. Интересно, а что они чувствуют, когда их разрывают? Они вообще хоть что-то чувствуют? О чём я только думаю?! Какие ещё черви?! Боже! Как же мне страшно!

В следующий раз, когда сознание проясняется, слышу незнакомый мужской голос. Очень уверенный и авторитарный. Он произносит какие-то странные фразы.

— Необходимо провести общие клинические анализы и биохимию: печеночные пробы, мочевина, креатинин. Коагулограмма. Прокальцитонин. УЗИ органов брюшной полости, включая почки. Компьютерная томография с контрастом.

— Уважаемые коллеги, я по-прежнему настаиваю, что это моя пациентка. У неё все признаки внематочной беременности.

— Да, о чём вы говорите, это обычный аппендицит.

Это о чём они говорят?! Я нахожусь на каком-то медицинском экзамене? Черт! Мне так интересно посмотреть, что здесь происходит. Глаза пекут, а веки ощущаются просто неподъёмными гранитными плитами.

— Консультация невропатолога обязательна.

Где же ты был, мой мальчик?

Егор.

С трудом открываю воспалённые веки. Голова до сих пор кругом. «Это ж надо было вчера так нажраться! Идиот!»

Приподнимаю голову и слышу набат. Морщусь, но встаю.

Пушистый ковёр, большое кресло с мягким пледом, аккуратный письменный стол с огромным зеркалом. Всё в тёплых, персиковых тонах. Куча плюшевых игрушек, женских безделушек, украшений.

Давненько я здесь не был. Мало, что изменилось. Причём я сейчас не только об антураже.

Аспирин, душ и домой. Лучше бы, конечно, без душа, не хочу здесь задерживаться ни на одну лишнюю минуту. Но без душа сейчас никак.

В глубине души ощущаю тревогу. Пытаюсь напрячь мозг, может, что-то случилось или кого обидел? Да, вроде бы всё было ровно. Скорее, наоборот. Душа болит, сердце растоптано и кровоточит.

Все принципы к х@рам. С ней всегда так. По другому не получается.

Ищу мобильный, нахожу в заднем кармане брюк. Выключен. Разрядился.

Лиза лежит рядом в такой соблазнительной позе, словно долго её репетировала. Только меня это совсем не возбуждает. Утренняя эрекция не про её честь. Чистая физиология.

Женщины. Для меня всегда оставалось загадкой, как им удаётся утром выглядеть лучше, чем накануне вечером? Когда они прикладывают столько усилий, тратят неимоверное количество времени и денег на причёски, макияжи. Ведь, рано или поздно, они всё равно идут в душ, умываются и становятся самими собой. Что может быть лучше, чем сонное лицо любимого человека? Не возьмусь отвечать за других, но я предпочитаю утренний «макияж» а-ля натюрель, вечернему.

Не без труда поднимаю разбросанную по полу одежду и иду на кухню. По памяти открываю шкафчик слева от плиты. Бинго! Аптечка. Нахожу аспирин, пальцы нервно рвут обёртку. Ещё бы, моё спасение! Быстро глотаю две таблетки и отправляюсь в ванную. Контрастный душ, как всегда, творит чудеса. А может, и аспирин уже начинает действовать. Неважно. Главное, я снова превращаюсь в человека. Становлюсь похожим на себя.

Беру телефон Лизы. Хорошо, что он не запоролен. Копаться в нём не собираюсь, мне это неинтересно, да и не страдал я такими загонами никогда. Всегда уважал чужую личную жизнь. Единственно чего хочу, это найти нужный мне номер. Вызываю такси и еду к клубу за своей машиной, где я её вчера оставил. Спасибо Лизе. Иначе, неизвестно, где бы мы с ней сегодня проснулись.

Мне нужно домой, чтобы переодеться. Конечно, это всего лишь повод. Переодеться я могу хоть сейчас, в багажнике всегда валяется комплект сменной одежды. Пока еду, ставлю телефон на зарядку, но он так капитально устал, что даже не включается.

Внутреннее беспокойство нарастает с каждым километром, приближающем меня к дому. Надеюсь, за ночь там ничего не произошло!

«Интересно, Лера ночевала дома или, как я? Нет, ну со мной всё понятно, у меня ни детей, ни обязательств, в отличие от неё. Нет! Плевать! Какого х@ра! Ведьма! Это не моё дело, где и с кем она ночует! Пускай её Вермишель теперь переживает на сей счёт».

Ещё вчера давал себе слово, не думать о ней. Забыть и не вспоминать! И тут же вспомнив вчерашний вечер, я сжал руль с такой силой, что он заскрипел.

Едва разъехались ворота, в груди всё сжалось с новой силой.

— Да, что за хрень?! — недовольно прорычал я, сдавливая рукой грудь чуть левее центра.

Ни Лютого, ни Энжи не слышно. Смотрю на часы. 10:35. Странно.

Иду к дому, ноги свинцом наливаются. Оглядываюсь, пытаюсь зацепиться хоть за что-то, чтобы стало легче. Ничего не радует.

Вижу ротонду и столько негатива просыпается. Нужно её убрать. Снести к чёртовой матери! Подхожу к веранде, каждая ступень, словно пытка. Но я не останавливаюсь, продолжаю идти.

Открыв входную дверь первое, что улавливает слух- это детский плач. Отчаянный, душераздирающий. Сердце в момент срывается на сумасшедший галоп. Я непроизвольно ускоряю шаг, плач раздаётся из кухни.