Запретное желание (СИ) - Вебер Виктория - Страница 15

Есть несколько вариантов развития событий.

Первый вариант, где она приходит, забирает свой телефон, отдаёт мне заявление об увольнении и напоследок одаряет меня звонкой пощёчиной, если, конечно, она настолько смела, самый возможный из всех.

Второй вариант, где она возвращается счастливая, с надеждой, что тот поцелуй что-то значит, менее вероятный, потому что я сомневаюсь, что Луиза на такое способна. Даже если бы она хотела повторного раунда, то никогда бы в этом не призналась. Такова её натура. Но я, все же, решил не избавляться от этого варианта и добавить к списку.

Третий — Луиза делает вид, что между нами ничего не было, и продолжает работать.

Этот вариант самый удобный для меня, но при этом не самый приятный. Потому что я даже не знаю, каково чувствовать себя отвергнутым.

Четвёртый, где она заходит в комнату и набрасывается на меня, стягивая по дороге одежду со своего соблазнительного тела, я и добавлять не буду, потому что прекрасно знаю, что это произойдёт только в моих мечтах.

И вот, наконец, резкий шум из гостиной, значащий, что она вернулась, прерывает мой внутренний монолог. А ведь могла и вовсе не прийти.

Я не бросаюсь с места к ней, чтобы понять, какой она выбрала путь. Я остаюсь в комнате, дабы моя домработница не догадалась о том, что я с раннего утра жду её прихода. Самому смешно.

И только спустя полчаса я выхожу из спальни и иду спокойно завтракать. Когда я захожу внутрь кухни, то в мои рецепторы проникает пряный аромат кофе с корицей. Луиза оказывается стоящей спиной ко мне у плиты и никак не реагирует на мое появление.

На ней однотонное чёрное платье выше колен и темные плоские балетки без каблука. Волосы распущены и заколоты золотистой заколкой в виде лепестка. Она спокойно сконцентрировано готовит омлет и заваривает кофе, не дёргая ни одной мышцей.

— Доброе утро, мистер Бейтман! — произносит она, не поворачиваясь ко мне.

Я стою на месте и, как окаменелый, смотрю на её силуэт. Её спокойствие начинает меня напрягать.

— Доброе утро, мисс Хьюз! — отвечаю я и сажусь на своё место.

Я слежу за тем, как она двигается по комнате: аккуратно нарезает ломтики свежей булочки, кладёт все на поднос и направляется ко мне. Я разглядываю её, пока она молча накрывает на стол. Лицо немного опущено и не проявляет никаких эмоций, а глаза сконцентрированы на деле. Похоже, не только я все утро готовил себя к этой встрече.

Я чувствую её аромат, идущий из волос: нежный, с нотами лаванды. Она поменяла гель для душа? Втягиваю его как можно больше в себя и снова начинаю желать её. Краешком глаза она подглядывает за мной и ненароком кусает нижнюю губу.

А я держусь, понимая, что второго шанса у меня не будет. Если мы сейчас не сдержимся, то все перевернётся и пропадёт.

Луиза аккуратно наливает кофе и ставит передо мной чашку.

— Приятного аппетита! — говорит она громко и отходит назад.

Значит, она выбрала третий вариант. Смело с её стороны делать столь опасный шаг. Хотя, если подумать, причина этого выбора мне известна. И она, возможно, обоснованная.

Я молча приступаю к трапезе, стараясь как можно реже отвлекаться на эту очаровательную задницу под чёрной юбочкой. Я стараюсь, заставляю себя не смотреть на неё, но как же это тяжело, знал бы кто.

Луиза суетится спиной ко мне, полностью вроде бы отвлекшись на свою работу. Но я прекрасно знаю, что она нервничает. Я чувствую это по её напряжённому и слишком вытянутому телу, по зажатым губам. Она выдаёт себя с потрохами.

То, что произошло вчера, понравилось нам обоим до такой степени, что мы не можем об даже обмолвиться.

Думаю, нам не стоит сейчас что-то говорить. Мы ни к чему не придём. Да я и не уверен, что в такой ситуации можно вообще к чему-то прийти.

Доедаю свой завтрак с уверенностью, что притворное безразличие — лучший выход, и встаю из-за стола, планируя уходить.

— Мистер Бейтман! — раздаётся за моей спиной, когда я собираюсь выйти из комнаты.

Луиза стоит позади меня и с явным смущением пытается, я бы даже сказал, заставляет себя посмотреть мне в глаза. Она до жути взволнована, и это видно по её напряженным плечам, губам и даже дыханию.

— Я забыла вчера здесь свой телефон. Вы случайно его не видели?

Я пристально смотрю в её глаза, поочередно сканируя каждый. Явно есть какой-то подвох. Но знать бы, какой. Хоть намёк на её план. Луиза не выдерживает мой пытливый взгляд и растеряно опускает глаза на мои руки. Она все ещё стесняется. Хотя и не должна. Все мы эгоисты, желающие получить удовольствие.

— Кажется, я видел его на столе. — показываю на то место, где только что завтракал. Я положил его туда вчера ночью специально. Хотел, чтобы она поняла, что я трогал его. Зачем? Просто игра, вот и все.

Луиза бросает на меня секундный вопросительный взгляд и забирает его.

Я выхожу и быстрыми шагами иду к себе в комнату, прямо направляясь в гардеробную. Если я останусь тут ещё хоть на минуту, то, возможно, не смогу держать в себе настоящую личину. Я натягиваю на себя футболку и первые попавшиеся брюки. Мне немедленно надо уехать отсюда, чтобы не дать соблазну взять над собой верх, не то я опять что-то натворю. На работе как раз есть несколько дел, которые я должен решить, и поэтому я считаю это отличной идеей.

Я уезжаю очень быстро, даже не сообщив мисс Хьюз об уходе.

В здании практически никого не оказывается, когда я захожу внутрь. Только охрана, меняющаяся в свою смену, ну и я, избегающий соблазна.

В первую очередь я планирую разобраться с гребанным Черри, который собирался меня отыметь. Я не прощаю таких ошибок, тем более, есть вероятность, что это было сделано преднамеренно. А если так, то одним расторжением договора этот отморозок не отделается.

Спустя несколько часов я доделываю запланированную работу и выхожу из кабинета. Думаю вернуться домой, но в голове возникает неплохая идея, как занять время.

Когда я захожу в ангар, то за одной из машин замечаю Бартона, моего лучшего механика, который даже в выходной торчит около машины. Вот что значит любовь к своей работе. Бартон замечает меня и оживляется.

— Бейтман!? — удивлено произносит он.

— Собственной персоной. — пожимаю я ему руку.

— Что принесло сюда босса в воскресный день?

— Решил немного отвлечься. А что ты тут делаешь?

— Да так, весь вечер думал об этом двигателе, — показывает он на синюю Мазду. Я помню, мы получили её для обработки две недели назад, но Джо никак не мог разобраться, поэтому она была передана в руки Бартону. — И под утро я вспомнил об одной загвоздке. Не удержался и приехал.

Кладу телефон с ключами на полку и подхожу к машине. Опираюсь о боковую раму и смотрю.

— Ну и в чем загвоздка? Рассказывай, — требую я от него. Бартон довольно улыбается.

Три часа пролетают незаметно. Полностью погрузившись в дело, мы с Бартоном не замечаем, как пролетает время. Поэтому спустя ещё один час я возвращаюсь домой в хорошем настроении. Эта тачка уже давно была поперёк горла всем, кто её трогал, поэтому для нас это настоящая победа. Довольный собой, я захожу домой и тихо прохожу в гостиную, собираясь прямиком в свою спальню. Вся моя одежда, включая белоснежную футболку, что я сегодня утром надел, уничтожена пятнами машинного масла и поэтому первое, что мне необходимо в данный момент — это хороший душ.

Я бросаю взгляд на кухню, пытаясь поймать свою домработницу, но Луизы нигде не видно. Кидаю свою сумку на диван в гостиной и ухожу вглубь дома. Когда я прохожу по коридору, до меня мельком начинает доходить мелодия, которая незаметно начинает завлекать и будто бы призывать к себе. Бросаю идею пойти в душ и с ярым интересом топаю в сторону открытой двери своего кабинета. Я раскрываю полуоткрытую дверь пошире, и застываю на месте, словно впав в ошеломлённый, одеревенелый ступор.

Глава 8

Не знаю, почему я так описываю свою реакцию, но думаю, что именно словно «одеревенелый» подходит для моего внутреннего состояния. Нет, моя домработница не стоит передо мной голая, в ожидании, когда я приласкаю её, хотя эта идея кажется мне не такой уж и плохой. Она просто залезла на стремянку у одного из книжных шкафов и с особым усердием протирает пыль с верхних полок. И все бы ничего, но именно в этот момент, когда её чёрное, простое, вроде бы скромное платье задирается чересчур высоко, я появляюсь на пороге комнаты. С особой жадностью я уставляюсь на её ножки, что благодаря её положению относительно пола, удачно преподнесены.