Запретное желание (СИ) - Вебер Виктория - Страница 46

Последний раз… последний раз я дам себе утонуть в этой неге. Дам почувствовать этот кайф, сорваться в пропасть, расправив крылья и закричать в сильных мужских руках.

Слежу за тем, как Адам подносит пальцы, которые только что были у меня между ног, ко рту и облизывает.

А может, отложить со своим решением ещё на неделю?

Нет, Луиза!

Я медленно разворачиваюсь к нему лицом. Он не сводит с меня глаз, будто пытаясь понять, о чем я думаю. И когда не получает ответа, медленно опускается на колени. Его пронзительные, до сумасшествия безумные глаза пристально вглядываются в мои, следя за тем, как я отреагирую. Я чувствую, как между ног становится горячо и влажно, и просто жду, когда он сделает то, из-за чего встал на колени.

На секунду в голове проскальзывает вопрос.

Он доставил ей вчера такое же удовольствие?

Нет! Не думай об этом! Это последний раз!

Боже! Что он со мной делает?

Пытаюсь выбросить из головы эти мысли. Я хочу, чтобы он снова сделал мне приятно, остальное не волнует…

Я просовываю руки под платье и начинаю стягивать свои трусики. Я прекрасно знаю, что он хочет сделать, и уже горю в искушении, ожидая продолжения. Адам не отрывает от меня глаз, дожидаясь, когда я расслаблюсь до такой степени, что сама раздвину ноги. Он протягивает руку к левой ноге, поглаживает её, проводя по ней своей грубой щетиной, и целует. Я подаюсь бёдрами ему навстречу. Закатываю глаза от дрожи, проносящейся по телу из-за колючей атаки.

Но к чему эти прелюдии? Чего стесняться? Мне уже давно нечего терять! Я беру всю свою смелость в руки, зарываюсь пальцами в его волосы и притягиваю голову туда, где хочу его чувствовать больше всего.

Не знаю, когда я так осмелела и когда он успел так меня развратить, но я не чувствую стеснения. Может быть, от такого сильного возбуждения? Уже нет смысла думать об этом, потому что Адам прижимается губами к моему телу и мне сносит крышу.

Мой громкий стон разрывает кухню. Я закатываю глаза, откидываю голову, получая массу удовольствия от того, что он делает.

Чувствую его бороду на внутренней стороне бёдер, губы и язык, ласкающие меня в самых чувствительных точках. Слышу свои собственные стоны, крики. Ноги подкашиваются, я еле держусь за столешницу. Единственное, что не даёт мне упасть — это руки Адама, крепко держащие за бёдра и талию.

Я снова в его в власти. В его руках. И мне это так нравится… так нравится. Я кусаю губу, еле сдерживая очередной стон и ловлю взгляд Адама, что следит за мной, пока сам он целует меня в самую интимную точку моего тела. Сильнее завожусь от понимания того, кто именно передо мной на коленях. Мой босс… Тот, кто всего три недели назад недовольно смотрел на меня, впервые увидев в своей гостиной.

Я крепче сжимаю его голову и чувствую, как на меня накатывает горячая волна, мощной волной пробегая по всему телу и задерживаясь между ног.

Как только оргазм стихает, я пытаюсь отдышаться и прийти в себя. Всё вокруг до сих пор плывет, и я вместе с ним. Я облизываю губы как в послевкусии. Сердце бешено колотится. Оно готово разорвать грудь. Так ведь и умереть можно.

Не успеваю я восстановить дыхание и ясно раскрыть глаза, как Адам поднимается и становится передо мной. Он хватает меня за туловище и сажает на кухонный стол.

— Я же говорю… — слышу я его хриплый голос у уха, — я голоден…

Адам

Я никогда… Черт возьми, никогда, я не чувствовал такого животного желания перед кем-то.

Как мальчик, которого охмурила опытная женщина, а теперь он пробует то, что не мог раньше.

Сколько у меня было женщин, красивых и не очень, опытных и даже недотрог? Да, и такие были. Но никто не заводил меня так, как эта темноволосая девушка с янтарными глазами. Никто не доставлял мне такого кайфа, такого наслаждения от простого общения, не говоря уже о самой близости и всех её примочках, как Луиза.

Сколько раз я брал её вчера? Пять? Или семь? Я не знаю. Сбился со счету, когда оказался перед ней на коленях. Когда увидел в её глазах желание, азарт, интригу.

Представления о вчерашнем дне заставляют меня улыбаться и трепетать в ожидании того, что произойдёт завтра.

Смутило меня только одно. Луиза была немногословна. Как я и говорил, она избегала любого взгляда, общения. Да, в близости она отдавалась по полной, крича и извиваясь от получаемых ощущений. Тогда она была настоящая. В другое же время сдерживается, и снова, как в самом начале, закрывается в себе.

Я уверен, это из-за последних событий той роковой ночи, когда она увидела нас с Элис в спальне.

Неужели Луиза ревнует?

Думая об этом, на моем лице появляется лёгкая улыбка. Если это так, то я узнаю о чем-то большем, чем предполагал.

Я пытался поговорить с Луизой вчера, когда она, наконец, нашла время для приготовления ужина, но она только отнекивалась. Вдобавок попросила разрешения уйти на час раньше, и я догадался, из-за чего. Она избегала меня любыми путями, и я решил оставить разговор на другой день, когда она будет в лучшем настроении.

Ушла она, бросив сухое прощание. Я даже не успел ничего толком ответить, как Луиза выбежала из квартиры, словно сбегала от дикого зверя, который дал ей небольшую фору, прежде чем пуститься в погоню. И это подтвердило то, что её действительно задело произошедшее у меня с Элис.

Согласен, это выглядело мрачновато, ведь я мог бы ей сразу все рассказать и дать уверенность в том, что у меня никого нет. Но вместо этого я, признаюсь, наслаждался её огорченным взглядом. Мне нравилось видеть, как она недовольно ревнует меня к кому-то. Это и в правду оказалось весьма приятным зрелищем.

Да жестоко и достаточно эгоистично. Завтра, когда Луиза придёт на работу, я это исправлю. Только бы дотерпеть этот её выходной.

После обеда, когда я, вдоволь надышавшись вонью масел, оказываюсь с инструментами под голубой «Lamborghini», где-то поблизости слышится женский голос. Из-под машины я замечаю несколько пар суетящихся ног. Одна в потёртых мужских кроссовках темно-синего цвета, а другая на высоких белых лодочках. Метис и моя помощница, по всей видимости.

— Мистер Бейтман… — раздаётся над моей головой её голос, когда я уже начинаю подозревать, зачем она явилась.

Я выкатываюсь из-под машины, чтобы посмотреть, для чего такая срочность, что не терпит до моего возвращения в кабинет. Моя помощница стоит рядом с Метисом и услужливо улыбается мне, поправляя свой белоснежный брючный костюм.

— Извините, что прерываю… — сочувственно произносит она, стараясь перекричать шум работающего мотора —…но к вам посетитель. Сказала, что это срочно.

Посетитель? Внепланово? Срочно?

Озадачено хмурюсь и бросаю ключ на пол.

Ничего не понимаю.

Стоп…. Сказала?

Женщина?

Перевожу взгляд туда, куда Игрит указывает пальцем и столбенею, все ещё находясь на подкатном лежаке. И сказать, что я удивлён, значит, ничего не сказать.

Немного позади неё, уставившись на меня своими удивленными глазками, стоит Луиза.

Как только замечает, что я увидел её, сильнее выпрямляется и напрягается. Она смущенно переводит взгляд на остальных и разглядывает всё вокруг, делая вид, что её это интересует.

Зачем она явилась туда, где её могут увидеть мои друзья? Если я не ошибаюсь, то у неё сегодня выходной. Значит, что-то произошло.

Я рывком выкатываюсь из-под машины и встаю с лежака, не отрывая от неё глаз. Луиза стоит уверено, будто бросая мне вызов.

Внутри что-то напрягается и застревает комом в горле. Если это появление застаёт меня врасплох, то взгляд говорит о чём-то большем. Он пугает. Я чувствую, мне не понравится все, что произойдёт дальше.

— Что случилось? — бросаю я ей.

— Надо поговорить! — отвечает Луиза, стараясь перекричать шум.

Я оборачиваюсь на ребят позади себя и сильнее хмурюсь. Они стоят как замершие столбы и разглядывают Луизу, словно чудную диковинку. Я вытираю руки и раздраженно швыряю тряпку на стол.

— Я сам закончу! Позже! — кидаю я окаменевшему Метису. Тот кивает и толкает в бок ухмыляющегося Кевина.