Искра (СИ) - Лебедева Валерия - Страница 14

Движения плавные и медленные становились резче и жестче. Девушка металась, выгибала спину, напряжение внутри нее возросло в тысячи раз. Она хотела, чтобы этот мужчина был лишь ее, чтобы любил ее все время, каждый час и каждую минуту, не отпуская от себя ни миг, она мечтала подарить ему такое же наслаждение, хотелаотдать себяему целиком.

В мгновение мир качнулся, утягивая волшебницу в темную бездну. В ту же секунду перед глазами рассыпался сноп ярких искр. Весь момент и удовольствие сосредоточились в волнах внизу живота. Девушка прижалась к Фальвиру, который излился в нее, даже не в силах сделать вдох.

Ее голова, ее тело горели, казалось, и вода вокруг них стала горячей. Мужчина увлек девушку за собой в сторону от того места, где они только что были. Над поверхностью заклубился пар. Лишь коснувшись волшебницы, бывший командующий одернул руки. Втянул воздух сквозь зубы, на его пальцах были ожоги.

— Вэл, ты огненная! — девушка испугалась, сама не зная, чего именно. Только что она была на пике наслаждения, а теперь растерялась и не знала, куда деть руки, — Прошу, ты должна успокоиться, пока не сварила меня заживо, — мужчина улыбнулся, проводя рукой совсем близко к ее коже, — Ты со мной, все хорошо.

Валиера глубоко вздохнула и погрузилась под воду. Перед лицом заметались огненно-красные волосы. Точно такие, как та прядь, что она недавно заметила. Волшебница стала думать о руках Фальвира, не об ожогах, а об их нежности, о прикосновениях, не вскользь, а намеренно горячих, о грозе, что они встретили на балконе. Сердце начало униматься, воздух заканчивался. Она вынырнула, резко вдыхая и кинулась в объятья мужчины, боясь открыть глаза.

— Тебе не больно? — еле слышно спросила она.

— Нет, все прошло. Ты снова беленькая! — Он низко засмеялся, поглаживая ее голую спину, — Сможешь еще разок повторить это для меня? — приподнял ее лицо, держа за подбородок, и долго-долго целовал, прежде, чем начинающийся вечер не спугнул их своей прохладой.

ГЛАВА 5. НУД

— Огненная… Фальвир, как это возможно? — девушка сидела на земле, прижав колени к груди.

Мужчина вытирал шею рубашкой, задумчиво глядя на воду. Смахнул мокрые волосы с лица:

— Зачем ты думаешь об этом? — эльфийка вопросительно уставилась на него, — Я имею в виду, что все это, на самом деле, не имеет уже никакого значения. Возможно, невозможно… Толку-то. Думай об этом, как о преимуществе, учись, развивай. — Фальвир сделал несколько шагов в ее сторону, но босые ноги заскользили по мокрым камням, и он просто уселся рядом, видимо, больно ударившись низом спины. Девушка не могла сдержать смех. — Думаю, надо вернуться. Уверен, подруга тебя потеряла.

— Твой Ильвис прекрасно знал, куда я иду и зачем, — девушка фыркнула, — Судя по всему, теперь у них друг от друга секретов не будет. — Она еще несколько раз вздохнула. — Мой отец был огненным. Может, это связано, хотя я ни о чем таком не слышала.

— А какой он был?

Валиера на мгновение растерялась. Как она могла рассказать? У нее было лишь несколько коротких воспоминаний из детства. Пара радостных, одно грустное. Волшебница пожала плечами:

— Я его почти не помню. Кажется, он был веселый. По крайней мере, со мной веселился и смеялся. Другого я не помню. Он заболел, несколько дней его лихорадило, а потом…

— А мама? — мужчина приобнял девушку, поглаживая ее плечи.

— С этим еще сложнее. Я даже не представляю, как она выглядела. Сколько мне было, когда ее не стало… Одари Тинве, Хвин в девичестве. Наставник говорил, видел ее однажды, на приветствии. Она плакала всю церемонию и потом тоже.

— Хвин звучит знакомо, — мужчина задумался, — С ходу так не вспомню, но, думаю, однажды мысль сама придет. — он поднялся, предложил руку девушке. Они вместе направились в сторону поляны.

В лагерь пришли, когда уже стемнело. Лив подскочила. Она поспешила к подруге, но остановилась, смотря на их сцепленные руки.

— Даже так, да? — ее бровь изогнулась, она выглядела недовольной. — Я от этого ворона другого и не ожидала! — она метнулась еще ближе в их сторону. — Вэл, я же предупреждала!

Волшебница вышла вперед, придерживая подругу за плечи. Казалось, охотница сейчас накинется на мужчину. Ильвис бросил свое занятие и тоже поднялся, не понимая, чего от нее можно ожидать.

— Что с тобой, Лив? Все ведь хорошо, — блондинка пыталась успокоить охотницу. Она вырвалась из ее некрепкой хватки и шагнула к Фальвиру.

— Я насквозь тебя вижу, командующий, — последнее слово особенно выделила, издевательски прохаживаясь перед ним. — Мне досадно, что они не замечают, но рано или поздно это произойдет. Верный королевский пес… — она плюнула ему под ноги, ее губы изогнулись в усмешке, полной презрения. Охотница стала отступать в темноту и скоро скрылась среди деревьев.

Все смотрели ей вслед, Ильвис громко вздохнул, снова присаживаясь у костра. Фальвир до того спокойный, теперь казался даже не оскорбленным, а, скорее расстроенным. Он прошел мимо Валиеры, пересекая поляну и тоже исчез в темноте.

Эльфийка закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Гнев захлестнул ее так неожиданно. Она топнула ногой и направилась к Ильвису.

— Что происходит? Объясни мне! — он скептически оглядел хрупкую девушку, не внимая ее угрожающему тону. Вэл осеклась, ведь оракул совсем не заслуживал ее злобы, — Прошу тебя, Ильвис, расскажи мне. — она взяла его за руку, вкладывая в свою просьбу еще больше смысла, — Мне это очень важно. Что с ней происходит?

Мужчина вздохнул и бросил корешки, которые перебирал до этого.

— Лив просто не пережила свою утрату. А Фальвир сделал то, что должен был. Точнее… — казалось, Ильвис и сам разозлился, — О, древние! Это совершенно надуманная история, Вэл. Ливелла искала хоть какую-то информацию о своей семье. Узнала, что у нее, вероятно, был брат. Двигалась по его следу, собирая по всей империи информацию, буквально по хлебным крошкам. Когда оказалась совсем близко, наткнулась на отряд во главе с Фальвиром. Он отправился зачищать приграничье от эсиллов, что стали нападать на соседние деревни. Казалось, благородная работа, спасать крестьян от вооруженных дикарей. — его лицо помрачнело, — Среди убитых мирных был мужчина. Она выспрашивала у местных про него, назвали имя — Нивер Орна. На командующего указали, сказал, парнишка затащил к себе в погреб эсилльских детей, чтоб спрятать, он его и… — Девушка ахнула, прикрывая рот ладонью. — Такие дела, неужели она тебе не рассказала?

Волшебница задумалась, снова и снова прокручивая в голове их разговоры. Покачала головой:

— Говорила, что он опасный, что она часто видит, что он будет ее палачом. Больше ничего.

Мужчина пожал плечами. Поднял голову ровно в тот момент, когда Фальвир вышел на свет. Чуть поодаль, за ним плелась Лив. Молча устроились у костра, усаживаясь рядом со своими пассиями. Ильвис притянул к себе охотницу, усаживая на колени, а Фальвир же присел за спиной Вэл. Оракул заговорил:

— Прошлое должно оставаться в прошлом, друзья. Оно не должно оказывать влияние на настоящих нас, и не должно отражаться на будущем. Ты, Лив, совсем не знала этого мужчину, а Фальвиру было о нем кое-что известно.

Бывший командующий прочистил горло. Он коснулся было своих волос в привычном жесте, но вместо этого обнял Валиеру:

— Он украл этих детей, хотел продать людям. Этим и навлек беду на соседей.

Охотница опустила лицо, закрывая его ладонями. Чуть слышно всхлипнула:

— Я все равно хотела бы посмотреть в родное лицо. Он был единственной ниточкой на пути к моему прошлому. Я хотела знать, кто я, откуда. И, когда я увидела…его, когда поняла, что мои надежды рухнули в этот момент, — Ливеллу душили слезы, она коротко дышала, точно рыба, оставшаяся без воды, — Я была так несчастна! Казалось, справедливым было бы, чтобы и ты был несчастным.

Вэл задохнулась от возмущения. Она смотрела на подругу, не в силах поверить, что та могла быть такой коварной в отношении нее. Внутри что-то оборвалось. Связь, что тянулась из детства, между ней и Лив, была яркой и горячей, теперь же начала бледнеть и остывать. Волшебница смахнула подступившие слезы, встала на ноги и ушла к своему одеялу. Больше всего сейчас она хотела поскорее уснуть, чтобы этот вечер наконец закончился. Когда же она провалилась в сон, то видела огненные всполохи, что выжигали поляну дотла.