Наша Няша (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 11

Хорошенько пересчитав и обсосав все свои активы, она резонно решила: настоящая столбовая дворянка ручек марать не должна. Поэтому пассивные умения вроде силы с выносливостью можно отложить в долгий ящик. Воспользуется, когда займётся верховой ездой по дорожкам своего парка.

Сейчас же важней умение побуждать в других искреннюю потребность ей услужить. Поэтому сразу пять очков трубадур потребительского мировоззрения вложил в харизму. Она станет убедительной и притягательной. Как ей обещали авторы завлекательных сказок о сногсшибательной участи землевладельца и эксплуататора.

Ещё два очка после недолгих колебаний, попали в клеточку напротив умения «эмпатия». Если собираешься кем-то манипулировать, лучше заранее знать, что тебе за это будет. Последние три единицы опыта ушли в единение. Она, конечно, фантазёрка. И даже местами экстремалка, если решилась проигнорировать требование Мишки поотсекать лишние черты характера у защитников. Так что должна хоть как-то компенсировать свои художества умением поддерживать в группе мораль.

Покончив с последним этапом формирования своего будущего, помещица и бутафорщица отважно активизировала вход в игру.

Её блистательный путь к светской верхушке в мире постапокалипсиса имел начало на околице обшарпанного поселения. Разномастные дома которого больше напоминали кучи мусора: сгребли, но не вывезли. Их слепили из дерева и кособоких кирпичей, а долепливали из чего попало. Где-то из кусков пластика или чего-то, похожего на шифер. Где-то из палок, где-то из реек, где-то из глины и ветоши.

Словом, убогость фантазии, помноженная на скудость строительного материала, создавала неповторимый колорит помойки. На краю которой нашу Няшу поджидали пятеро. Батя покачивался с пятки на носок, заложив руки за спину. Его мрачный взгляд оценивающе прошёлся по хозяйке. И, кажется, сделал нелицеприятные выводы.

Буслай с Радой сидели на коротком щербатом бревне. Витязь натягивал на большой изящный лук тетиву и что-то негромко басовито гудел. Охотница его слушала, положив подборок на руки, упиравшиеся локтями в колени. Её взгляд был задумчиво-отстранённым и острым одновременно.

Ник лежал на обочине в густой траве, облокотившись на левую руку. А правой ловил и выпускал кузнечиков величиной с мизинец. С красноречивой улыбочкой искусителя и прохиндея этот шедевр Маняшиной фантазии сверлил взглядом Алису. Которая собирала цветочки, безжалостно обрывая лепестки и листья.

– Госпожа? – соизволил вступить в диалог Батя, так и не дождавшись от неё вразумительных действий.

– Не называй меня так, – борясь с растерянностью монашки, случайно заглянувшей в сексшоп, проворчала Маняша.

– А, как мне тебя называть? – невозмутимо уточнил этот формалист.

И вправду, как?

– Обращайся ко мне: сударыня, – попыталась она срисовать его бесстрастную мину. – Если уж просто имени тебе недостаточно.

– Недостаточно, – холодно уведомил этот деревянный чурбак. – Повиновение и преданность из воздуха не берутся. Для этого требуется чётко следовать иерархии и дисциплине.

– Как скажешь, – вдруг повеселела Маняша.

Уж этот тип людей ей знаком не понаслышке. С такими она умела обращаться, не маясь робостью, но и не переходя на грубости.

– Что ты намерена предпринять? – сухо осведомился Батя.

– Получить десятый уровень, – спохватилась Маняша, что игра, собственно, уже началась.

– И прокачать выносливость, – добавил он, пристально вглядываясь в хозяйку.

– Ты что, видишь мои умения? – заподозрила она, казалось бы, невозможное.

– Конечно, – подтвердил он, что в жизни возможно всё. – Как и ты мои.

– Но, я же… – начала она и осеклась.

– Что ты?

Маняша вдруг осознала, что нарисованный он лишь для неё – для остального мира вполне даже настоящий. Во всяком случае, для НПС. Да и для многих игроков – как утверждал Мишка. Тех, кто вполне вжился в мир, где бывает чаще, чем в реале.

– Ничего, – нейтрально вежливо ответила она. – Я приму к сведению твой совет. А теперь веди.

Объяснять куда и зачем не пришлось. По мановению руки лидера все повскакали со своих мест. Тем же небрежным жестом Батя предложил хозяйке отправиться в путь: прочь от поселения. Она и отправилась.

Глава 4

Помещица и растратчица

Маняша сидела на дереве, свесив ноги с толстой нижней ветки. И время от времени, поджимала их – когда кто-то из бойцов, что называется, лажал. И тогда один из волков пытался добраться до пяток единственного двуногого, который им, в сущности, ничего не сделал.

Её отряд уничтожал стаю волков, получив на это задание в соседней деревушке. Зарабатывал себе и хозяйке очки опыта. Сама же она занималась более подобающим дворянке делом: читала. Верней, осваивала местную письменность.

Как это здесь называлось. Потому что местная письменность – якобы требовавшая изучения – была насквозь родной, освоенной лет с пяти. Заново изучать изученное казалось неописуемой глупостью. Но таковы правила игры.

В деревенской лавке – под обычным драным навесом – Батя указал ей на замызганный клочок кожи. Дал совет купить, хотя за эту рвань просили несусветную сумму: целый серебряный. Маняша дала себе слово прислушиваться к его советам, и послушно рассталась с монетой. Азбука, втиснутая мелким шрифтом на этот огрызок, дала возможность получить целых десять единиц опыта. Но, главное: изучать всё написанное на других огрызках.

Словом, каждый что-то дал, и в целом будущая царица начала усваивать правила общежития в этом занятном постапокалипсисе.

– Всё! – свернув азбуку в трубочку и убрав в сумку, проорала Маняша. – Я закончила! Вы ещё долго?!

– Скоро! – задорно пообещал Ник, выдернув руку из готовой сомкнуться пасти.

Его неудачливого обидчика тут же пронзила стрелка с чёрным оперением. А сам буян, извернувшись невероятным кренделем, снёс башку другому волку. На Буслае вообще висела тройка рычащих зверюг. Они пытались растерзать бугая, нещадно трепля штанины, в которых увязли их клыки. Витязь спокойно и методично расправился с ними, тюкнув каждого по темечку булавой.

К облегчению Маняши, кровь в подобных расправах рекой не лилась. Поэтому она быстро привыкла относить к жестокому обращению с животными, как к цирковому номеру. Тем более что в этом мире убитые мобы – животные и бродячие машины – возрождались с тем же успехом, что и сами игроки. Только неписи – люди с мутантами – умирали взаправду. И это грустно.

Последняя пара волков попыталась удрать в лес, но Рада не захотела отказываться от добычи. Вжик-вжик-вжик-вжик! Пропели почти непрерывную песню четыре стрелы. Два красавца зверя – посочувствовала жадным бедолагам Маняша – пропахали носами землю и затихли.

Ребята ещё собирали лут – всякие разные штуки, выпадавшие из убитых мобов – а командир уже притопал на доклад к хозяйке. Она безмятежно спрыгнула с ветки в подставленные – и уже проверенные на прочность – руки. Он опустил её на землю и коротко пролаял:

– Мы закончили.

– Вижу, – кивнула Маняша.

– Твою сумку, сударыня.

Обращение на «ты» в сочетании со статусным обращением звучало нелепо. Она поморщилась:

– Не называй меня так.

– А как мне тебя называть? – завёл он старую шарманку.

И тут её озарило:

– Наша.

– Наша кто? – настаивал на конкретике человек с компьютерными мозгами.

– Я ваша Няша. По имени ты не хочешь, значит, оставляем только «наша»

– Недопустимое обращение, – вдруг совсем по-человечески проворчал Батя.

– Я хозяйка! – впервые повысила она голос. – И я так хочу! Это целесообразно, потому что мне так удобней.

– Принято, – неохотно буркнул он.

Маняша заглянула в интерфейс, чтобы проверить: дадут за это что-нибудь или не дадут? Она же настояла на своём. А что это, если не проявление навыков лидера? На счётчике единиц получаемого опыта ноль действительно сменился на пятёрку. Есть! Вот, как это работает – Мишка объяснял, но хотелось убедиться лично.