Наша Няша (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 65

– А говорили, что ты вроде уже замужем, – чуть заметно смешавшись от напора издёвок, заметил Хантер. – Даже дети имеются.

– Даже два, – ласково поддакнула Маняша, по-бабьи сцепив руки на животе. – И ты даже не представляешь, какой запас прочности у меня против фальшивых сюсюканий. А смешно, если в реале ты годишься мне в сыновья?

– Это вряд ли, – криво ухмыльнулся корд.

– Тогда всё ещё печальней, – сердобольно покачала она головой. – Тебя уже ничто не сделает умней. Так, вернёмся к началу: чему обязана?

– Видимо, ты предпочитаешь, чтобы я сразу перешёл к делу, – обиделся он, бросив ухмыляться.

– Просто жажду.

– Хорошо. Я всего лишь прошу сделать мне маленький подарок. Тот рол с координатами, который ты нашла в подземном тоннеле. А я за это сделаю тебе большой подарок: не стану убивать твою команду. Говорят, ты к этим неписям очень привязана. Переговоры? Или ты предпочитаешь кого-то другого?

– Предпочитаю, – восхищённо поддакнула Маняша.

– Почему?

– С детства не люблю клоунов. В цирк было не затащить даже под угрозой порки.

– Даже так? – ещё больше обидевшись, покривился корд.

Всё, как по писанному: именно позёры самые обидчивые люди на свете.

– Итак, – максимально тяжко вздохнула Маняша. – Ты пришёл меня ограбить. И при этом ломаешься, как гимназистка, притащившаяся в казарму гусар в одних панталонах, – вспомнила она присказку дедули. – Что же: убивай моих ребят. Мне будет тяжело, но я переживу. А потом начну мстить. Как женщина зажиточная, долго смогу опускать репутацию теней во всех чатах.

– Это просто игра, – неуверенно напомнил Хантер.

– Нет, мой мальчик, – вкрадчиво промурлыкала Маняша. – Игра не имеет ничего общего с грязным шантажом. А ты мелкий вульгарный шантажист. Потому что пугать смертью близких может лишь законченная мразь. Так что вперёд: убивай. Я снимаю нашу дивную беседу. И сливаю своим патронам. Думаю, бесы поделятся результатом с вашими союзниками. Чтобы те держали руки в карманах.

– А это здесь причём? – хмуро осведомился паршивый переговорщик, невольно обернувшись на своих.

Окружившие неписей тени так же хмуро наблюдали за товарищем.

– Я точно гожусь тебе в матери, – покачала головой Маняша. – Ты не дурак, ты просто молокосос. Несмотря на уровень. Который ума явно не прибавляет.

Тут один из бойцов сто тридцать восьмого уровня сбросил маску, перевоплотившись в корда-задвушника. И подошёл к месту явно зашедших в тупик переговоров.

– Два весёлых гуся, – нарочито устало пробормотала несговорчивая боярыня.

– Вижу, вы не нашли взаимопонимания, – судя по спокойному уверенному тону констатировал явно взрослый человек под ником К.МартеЛЛ. – Хан, отдохни.

Тот резко развернулся и убрался, по пути смачно сплюнув.

– Надеюсь, у франков манеры покуртуазней? – раскапризничалась столбовая дворянка.

– О, мадам в курсе моего происхождения? – всё так же спокойно пошутил корд.

– Мадам даже в курсе твоих подвигов при Пуатье. Хотя я болела за арабов. Что ж, начнём сначала: чему обязана?

– Мой коллега уже объяснил суть наших домогательств. Пускай и неудачно, однако…

– Знаешь, мне говорили, будто класс системника можно получить лишь по результатам тестирования. Неужели даже тут берут взятки? – поинтересовалась Маняша. – Я в толк не возьму: как такой дурачок стал кордом? Или у теней кадровый голод?

– У бесов, полагаю, его нет? – усмехнувшись, дружелюбно уточнил франкский полководец.

– Я немногих знаю, – призналась Маняша. – Но среди знакомых дураков не было. Ты, судя по всему, тоже человек умственный. Объясни коротко и внятно: с какой стати я должна отдать вам свою собственность? Да ещё даром.

– Я уже извинился за него, – напомнил Мартелл. – Теперь готов сделать настоящее предложение.

– Карлуша, я не буду встречаться с тобой в реале ради подписания договора купли-продажи, – насмешливо предупредила Маняша. – Я дама с запросами.

– Озвучь, – предложил он.

– Пять процентов с того, что вы поднимете на продаже огнестрела всему огромному миру.

– Какова доля твоих инвестиций? – на полном серьёзе уточнил он.

– Ноль.

– Тогда пять будет перебором, – покачал он головой. – Два.

– Четыре с половиной, и я тебя обрадую: твой сынишка станет королём франков.

– Два с половиной и огорчу: я знаю, – отшутился корд, глянув на собеседницу смеющимися глазами умного человека.

– Четыре, хотя я и не одобряю твоего внука. Редкий был засранец.

– Два с половиной. А моего Карлушу не обижай. Всё-таки его прозвали великим.

– Три с половиной, но только в качестве извинения насчёт засранца, – уже не могла сдерживать улыбки Маняша.

Этот человек ей нравился.

– Ты умеешь возбуждать к себе неподдельный интерес, – отвесил ей комплимент учтивый франк. – Но всё равно: два с половиной.

– Три с половиной и ты отпускаешь моих ребят, – потребовала Маняша. – Иначе разговор окончен.

Не оборачиваясь, он сделал знак рукой. Тени расступились. Командир бесстрастно промаршировал к своей хозяйке – остальные тоже сумели сохранить лицо. Маняша нацепила на руку Бати второй браслет телепорта. После чего сунула ему в руку иридиевый квадратик и выдохнула:

– Улёт!

Мартелл дёрнулся, было, к неписю, но резко остановился. Потому что Батя протянул ему вожделенный приз. Корд неуловимым жестом прибрал его к рукам. А Маняша оторопело уставилась на предателя и прошептала:

– Батя… почему?

– Я обязан тебя защищать, – хладнокровно отчеканил он. – Это не стоит твоей жизни.

– Ты сдурел? – просипела она. – Я бессмертна.

– Тебя можно вынудить убить себя, – резонно возразил командир.

– Можно, – спокойно подтвердил Мартелл. – И ты сольёшь перса. Няш, встряхнись и послушай: мы не собираемся тебя грабить. И готовы предложить весьма солидную компенсацию. Даже процент с продаж. Мы предварительно оговорили два с половиной, но, думаю, ребята согласятся на три. А это солидная сумма.

Она выслушала корда, не сводя взгляда со своего командира. После чего равнодушно прошептала:

– Нет.

– Уверена? – не принял он всерьёз отказ ошеломлённой предательством женщины.

– Я брезгую, – процедила гордая дворянка.

После чего отошла от честной компании и телепортировалась прочь.

Оказавшись на родном берегу, она опустилась на песок. Опрокинулась на спину, посмотрела на затянутое тучами небо и недовольно проворчала:

– Опять гроза. И новый пожар.

– Не думаю, – успокоил её подошедший Кац и сел рядом: – Прости, что вмешиваюсь в твой игровой процесс, но мужички ставят первую пожарную каланчу.

– Ты притащил? – задумчиво пробормотала она.

– Я.

– Спасибо. А то ничего не успеваю.

– Твоим бойцам помешали прокачаться?

– Ты всё видел. Как я держалась?

– Молодцом. А Батя всё сделал, как надо.

– Телепорт, – не повернув головы на вспышку, промямлила она.

– Я даже знаю, кто явился, – усмехнулся Кац, так же не обернувшись.

– Батя с ребятами?

– Отдыхаете? – осведомился Тур наиледянучим тоном, остановившись в нескольких шагах от парочки заговорщиков.

На этот раз она повернула голову. Посмотрела на своего дудочника и устало спросила:

– Кац, если я влюбилась в унылого придурка, значит, ещё глупей его?

– Я во всех этих космических завихрениях не разбираюсь, – вновь усмехнулся конструктор. – И вообще, мне пора.

Он поднялся и пошёл улетать. А Тур уселся на его место. Помолчал и недопустимо прохладно для такого романтичного момента уточнил:

– Если забыть про унылого придурка, то, что насчёт остального?

– А что насчёт остального?

– Мне послышалось?

– Ты не придурок. Ты идиот, – перевернувшись на бок и устроив руку на локте, поздравила его Маняша. – Я устала выкаблучиваться, подавая тебе сигналы. Бабуля права: с мужиками нужно объясняться только существительными и глаголами. И прямо в лоб.

– Ну, и?

– Тур, я в тебя влюбилась с первого взгляда, – вздохнув, с непонятной лёгкостью призналась она. – Несмотря на то, что ты просто издеваешься надо мной.