Наша Няша (СИ) - Сергеева Александра Александровна - Страница 68

Всё-таки он поразительно чуткий человек. Уловил в её интонациях постанывание грядущей бури и соизволил-таки развернуться:

– Ты злишься.

– Я в восторге. Ты не ответил.

– Хотел пригласить тебя на свидание.

– Ой, а я не могу, – моментально замурлыкала предательница душа, ещё минуту назад жаждавшая отмщения. – Мне нужно срочно сделать сразу три дела. Не знаю, за что хвататься.

– Давай список, – протянул руку этот умник.

– Откуда знаешь про список? – удивилась она, протягивая все три замусоленных петиции Бабая.

– Мы за тобой шпионим, – мягко съязвил корд.

Пробежался взглядом по спискам и предложил:

– Первой решим проблему людей. Пока есть стоящие. Герои только что профукали большой посёлок. У них открылась новая точка нашествия машин. От посёлка ничего не осталось, так что неписи бесхозные. Как раз чуть больше сотни.

– Это клан «Герои дня»? – уточнила Маняша. – Ваши соседи?

– Герои месяца, – усмехнулся корд. – Заняли верхнюю строчку рейтинга лохов.

– Думаешь, они позволят увести у них людей? – засомневалась Маняша. – У меня и без того полно недоброжелателей.

– Бажичи народ свободный, – успокоил её Тур. – Куда хотят, туда идут. И предпочтут не разделяться. Герои, конечно, соорудят им новый посёлок. Но НПС бывают очень злопамятными. И вряд ли предпочтут тех, кто их подвёл. Тем более что есть шанс переселиться вместе.

– Хорошо. Спасибо. Только нужно дождаться с охоты моих ребят, – предупредила Маняша.

– Зачем? – иронично поинтересовался он. – Пойдёшь на свидание с конвоем? Полетели, – вновь протянул он руку.

– Полетели, – подала свою Маняша.

И воровато зыркнула в сторону деревни: вдруг Батя уже там и заметит, как она смывается без него?

– Ты поразительное создание, – констатировал Тур, когда она открыла глаза после улёта.

– В смысле?

– В первый раз вижу, чтобы игрок так пресмыкался перед НПС.

– Я не пресмыкаюсь! – разозлилась Маняша и попыталась выдернуть руку.

– Мне нравится, когда ты злишься, – не выпустив её, ухмыльнулся Тур.

– Экспериментируешь? – догадалась Маняша и моментально успокоилась: – Прощупываешь, насколько меня щекочет твоё мнение?

– Точно.

– Тогда ликуй: я прямо-таки смотрю тебе в рот. А где мы? – принялась озираться она. – Те развалины и есть пострадавший посёлок?

– Точно. Идём?

И они пошли. Держась за руки. С этой стороны воровская экспедиция за населением действительно напоминала свидание. Правда не с кордом-задвушником, а с печальной памяти бойцом сто двадцать восьмого уровня под ником Турок_99.

– Ты ради меня приоделся? – хмыкнула Маняша от неожиданности.

– Не хочу возбуждать у женщины комплекс неполноценности, – отшутился Тур, подтянув девушку поближе. – С вами это даром не проходит. А теперь сконцентрируйся на проблеме. Сейчас время респа машин. Нашествие не слишком масштабное. С ним справятся быстро. Так что у нас не больше десяти минут на уговоры.

– Погоди, – резко затормозила Маняша, уперевшись ногами в землю. – У меня сорок семь единиц болтаются. Забыла пристроить. Думаю, сейчас пригодятся.

– Сорок семь, – проворчал корд-задвушник. – Тут ради одной корячишься, как раб на галере. А у неё…

– Не мешай, – отмахнулась Маняша. – А то запутаюсь.

Первым делом она вбухала сразу десятку в новое умение: заботу. Прямо, как по заказу подвернулось. Именно на такой вот случай. Ещё пару единиц докинула в щедрость, и перки чуть-чуть подравнялись:

Честность – 15 Щедрость – 10 Забота - 10

Силовую ветку опять проигнорировала: зачем при таком-то кавалере? А вот активные умения абсолютно точно требовалось укрепить в преддверие охмурения целой толпы обозлённого народа. Причём, харизму придётся эксплуатировать на полную катушку.

Харизма – 50 Эмпатия – 30 Единение – 30 Проницательность – 30 Дипломатия - 30

Просто залюбуешься. Ещё по два очка добавила в стойкость и реген – в этом мире нужно ежедневно крепить тылы. Хвостик из четырнадцати единиц Маняша решила сэкономить: не за горами овладение консерватизмом. Нужно постоянно держать под рукой запас свободных средств выживания.

– Я готова, – доложила ответственная землевладелица и попечительница народов. – Тур, – вновь затормозила она, не успев сделать и десятка шагов. – Это же не НПС. На развалинах полно игроков. Они что, налетели разбирать моих бажичей?

– Качаться, – пояснил он, потащив её дальше. – Сейчас респ. Герои открыли общий доступ к своей новой клановой качалке.

– А, что это?

– Место, где происходит постоянный респ большого числа мобов. В течение какого-то продолжительного времени. Посёлки не ставят в таких местах. Здесь было место нейтрала. То есть сюда мобы забредали только случайно. А теперь игра подкинула нашествие, которое будет повторяться с завидной периодичностью. Значит, посёлок бесполезно восстанавливать. Зато можно качать свой народ и продавать кач другим игрокам. Вот те и набежали. А вон там, – махнул он рукой, свернув в сторону от набиравшего силу столпотворения истребителей машин, – смазали пятки твои бажичи. Видишь?

– Да, вижу.

– Сбегают. Чтобы не затоптали. А мы их перехватим, пока всем не до них.

Форсировать события корд не стал. Двинул наперерез беглецам прогулочным шагом. Маняша крепилась-крепилась, но всё-таки не выдержала:

– Почему не торопимся? Вдруг, их перехватят другие?

– А пускай зайдут за ту рощицу. Видишь, впереди? Тогда с места респа их не будет видно. И герои не заметят, как у них воруют работоспособное население.

– Я бы не додумалась, – призналась помещица-дилетантка и придирчиво поинтересовалась: – Кстати, а почему тебе вдруг вздумалось тратить время на такие пустяки? Разве тебя не ждут героические свершения?

– И восторженные улыбки поклонниц? – договорил он за привереду почти дословно.

– Куда герою без этого? – хмыкнула Маняша.

– Героя больше интересуют не восторженные поклонницы, а влюблённые в него по уши. Они как-то понадёжней.

– Это комплимент?

– Ещё какой.

– Какой-то сомнительный.

– Сомнительный, зато искренний.

– Искренний комплимент не всегда хорош.

– Хорош привередничать. Как умею, так и ухаживаю.

Маняша не сразу сообразила, что её насторожило. А когда сообразила, чуть не остановилась, поражённая нелепой мыслью, которая так и напрашивалась. Это же их игра: её и Лобачевского. Которая однажды – в их краткие лучшие времена – сложилась сама собой. Начинать фразу с последнего слова собеседника. Не ломая логики беседы.

Тут же услужливая память вернула её на вторую встречу с верхушкой бесов. Когда ей объясняли суть необъявленного квеста, в который она загремела с подачи Мишки. Тур же ещё тогда прокололся. Когда присел перед ней и держал за руки. Как он тогда успокаивал счастливую несчастливицу?

Дескать, решать только ей. А она терпеть не может сложных проблем. И старается при каждом удобном случае увильнуть. Что может сделать и на этот раз. Откуда случайный человек мог знать о её пагубной привычке неизменно трусливо отступать перед неприятностями? Как истинными, так и мнимыми.

А ещё эта его манера не смотреть на неё, а разглядывать – ну, точь-в-точь, как у Лобачевского. Или взгляд человека-скальпеля – такой ни с чем не перепутать. Или особый прищур, когда внешние уголки бровей взлетают в крутом изломе. Игра точно копировала мимику игрока в капсуле на лицо персонажа. Наконец, привычка перескакивать с человеческого тона на нечеловечески ледяной. Значит, всё-таки…

Тур покосился на спутницу в поисках причин заминки. Её привычка к спасительному притворству выручила и на этот раз: Маняша дурашливо надула губы и капризно изрекла:

– Ухаживаю за тобой я. А ты ломаешься, как гусар, которого заставляют пересесть с коня на страуса.

Тоже любимая присказка дедули, пришедшая на ум сама собой.

– Страуса не ел, – нашёлся Тур, несмотря на выбивавшееся из контекста пикировки слово. – А вот обольстительной женской ложью сыт по горло.