Западня (СИ) - Лыновская Людмила - Страница 7

— Ты боишься за исход операции, да?

Сергей молча кивнул головой.

— Не бойся! Верь, что все будет хорошо. И я буду верить. Ты же знаешь, что мысль материальна. Значит, так и будет.

Девушка хотела успокоить парня, сердце ее щемило от жалости к нему, но она не знала как. Алина встала на цыпочки и потянулась к лицу Сергея:

— Я с тобой, Сережа, слышишь, я с тобой.

Губы ее раскрылись, как бутон молодой розы. Сергей не удержался и поцеловал их. Алина ответила ему. Так они простояли в объятьях друг друга минут десять, пока в окно Алининой квартиры, выходящее во двор, не забарабанила мама. Влюбленные шарахнулись друг от друга, и Алина побежала домой.

Войдя в квартиру, девушка поняла, что предстоит серьезный разговор. Но она не боялась. Алина была полна решимости защищаться.

«Мы с Сергеем ничего плохого не делаем, — успокаивала она себя, — мы просто любим друг друга».

— Алина, пойди сюда, — позвала Тамара Федоровна из зала.

Девушка повесила пальто в шкаф, вымыла в ванной руки и вошла в большую комнату, которая в семье называлась залом. Здесь все собирались только в экстренных случаях. Обычно родители большую часть времени находились в своей спальне, а Алина в своей комнате. Ели на кухне.

Тамара Федоровна и Роман Николаевич сидели за большим круглым столом, сложив руки перед собой и опустив голову, как будто кто-то умер. Один стул был выдвинут — видимо, предназначался Алине. Как только девушка вошла в комнату, Тамара Федоровна выпрямилась и, приняв позу судьи, начала разговор.

— Алина, я не понимаю тебя! Ты что, после школы сразу замуж пойдешь? Ты поступать собираешься или будешь бомжевать со своим дружком?

— Собираюсь, — тихо ответила Алина и поспешно добавила:

— Зачем ты так, мама? Ты же знаешь, что он из приличной семьи. Просто у них сейчас тяжелое положение. Мама его готовиться к операции на сердце. Я же тебе рассказывала!

— А тебе, зачем чужие проблемы? — начинала кипятиться женщина, поглядывая на мужа, как бы приглашая его тоже вступить в разговор.

Роман Николаевич сразу же послушно открыл рот и вымолвил:

— Алиночка, мама права! Тебе сейчас нужно только об экзаменах думать. Ты же знаешь, конкурс на психолога всегда большой. Не наберешь баллы на бюджет, мы учить тебя платно не сможем.

— А я не буду на психолога поступать, — неожиданно твердо сказала Алина, с вызовом взглянув на мать.

Женщина округлила глаза. Брови ее подлетели вверх и спрятались под челкой, напоминающей одежную щетку.

— А куда же ты будешь поступать? Может в ПТУ? Или все-таки сразу замуж, портки его грязные стирать. Ты уже один раз попробовала. Понравилось, видно!

— Я буду в медицинский, вместе с Сергеем. Он мне поможет, — защищалась девушка.

— Господи! Какой ему медицинский! Пусть голову сначала приведет в порядок! Где ты видела врачей с длинными волосами!

— Он подстрижется! Это же не проблема! Зато он, знаешь, какой умный! Из него точно профессор выйдет. Сергей уже сейчас уроки дает по компьютеру на всю страну. У него ребята учатсяиз Рязани, из Москвы, из Тулы…

— Прекрати! — перебила дочь Тамара Федоровна.

— Слышать не хочу о нем! Голодранец! Куртки, штанов приличных нет! Пока он там профессором станет или еще кем, ты состаришься! Будешь всю жизнь копейки считать! Мы не для того тебя растили, чтобы в старости плакать, на тебя глядя!

Она резко повернулась в сторону мужа и толкнула его локтем:

— Ты чего молчишь? Тебя что — не касается?

Роман Николаевич кашлянул и подхватил пламенную речь жены:

— В самом деле, Алиночка, мама права!

— У тебя всегда мама права! Я все равно буду с ним встречаться! — закричала Алина и выбежала из зала в свою комнату.

— Ты куда ушла? — закричала мать вдогонку. — Мы не договорили! Вернись сейчас же!

— Алина бросилась на кровать, спрятала лицо в подушке и закрыла уши руками.

Тамара Федоровна приоткрыла дверь ее комнаты и сказала железным голосом, нетерпящим никаких возражений:

— Чтобы больше я этого парня возле тебя не видела! Все хватит, погуляла. После школы сразу домой и готовиться к экзаменам!

Она вышла и накинулась на мужа. Было слышно, как родители ругались, перемещаясь из зала в свою спальню. Вернее, Тамара Федоровна отчитывала Романа Николаевича, а тот, только повторял: «Та права, Тамарочка, ты права!»

Алина промучилась часов до двух ночи, пока сон не сморил ее.

Сначала она хотела позвонить Сергею, рассказать про разговор с родителями и посоветоваться, что делать. Конечно, у нее даже мысли не было, чтобы расстаться. Но она не знала, как теперь быть, если мама, действительно, начнет запирать ее дома. Тем более, накануне она клялась Сергею, что не оставит его в эти трудные дни. Послезавтра операция у его мамы. Она крутилась на кровати с боку на бок, вздыхала и плакала. Наконец, все же решила не беспокоить Сергея.

«Он, наверное, только закончил работать. А тут я с таким известием. Надо поберечь его. Ему и так тяжело», — думала Алина, и глаза ее слипались сами собой, молодой организм брал свое.

Утром Алина позвонила Сергею и предупредила его, чтобы он не подходил к ее подъезду, а ждал в сквере напротив. Девушка выскочила из квартиры, не позавтракав.

— Подожди, — закричала мама из кухни. — Ты почему не поела?

— Я не хочу, — сказала Алина и побежала по лестнице вниз.

Сергей ждал ее в сквере.

— Что случилось? — спросил он, едва завидев приближающуюся Алину.

— Вчера родители запретили мне встречаться с тобой. Я боюсь, что не будут выпускать после школы на улицу.

Алина не выдержала и заплакала. Сергей обнял ее и, вытащив платок, стал вытирать слезы.

— А ты что? — обеспокоенно спросил он.

— А я что? Сказала, что мы вместе будем поступать, что ты будешь мне помогать готовиться.

— Сергей взял лицо девушки в свои ладони и спросил, глядя ей в глаза:

— Алиночка, ты хочешь, чтобы мы были вместе?

— Да, — сказала Алина, — с надеждой посмотрев на парня.

— Вместе навсегда? — еще раз спросил Сергей.

— Навсегда, — твердо сказала Алина, и это прозвучало, как клятва. В эту минуту ей показалось, что их судьбы соединились на всю жизнь. Они оба улыбнулись, видя отражение любви, в глазах друг друга.

На большой перемене в класс вошел дежурный по школе восьмиклассник и заорал, стараясь перекричать общий шум.

— Кто здесь Лузовой?

Сергей, объяснявший Алина формулу у доски, обернулся.

— Не Лузовой, а Лозовой! — улыбнулся он. — Что надо?

— Тебя там, на входе какая-то женщина спрашивает?

Мальчишка, выполнив свою миссию, дунул в коридор.

Сергей с Алиной переглянулись.

— Может быть это мама? Я пойду с тобой! — горячо зашептала Алина.

— Нет, я сам поговорю. Скажи мне только, — он с волнением посмотрел на Алину, — Тебе уже есть восемнадцать лет?

— Да… — растерянно протянула девушка, — недавно исполнилось, десятого марта у меня день рождение. Запомни! — она улыбнулась одними уголками губ.

— Хорошо, — выдохнул Сергей. — Я пошел! Жди здесь.

Тамара Федоровна нервно шагала взад вперед в фойе школы у главного входа.

— Вы послали за Лозовым? — спрашивала она у охранника, сидящего за столом дежурного на проходе.

— Вы уже второй раз спрашиваете!

— Ну и где же он? — возмущалась женщина.

Сергей подошел и поздоровался.

— Нам надо поговорить, — сразу приступила к делу мама Алины. — Где мы можем?

— Пойдемте в конференц-зал, там сейчас никого нет, — Сергей показал на дверь налево от входа.

Войдя, Тамара Федоровна сразу оценила обстановку, оглядев большой овальный стол с отверстием посредине, в окружении кресел с пюпитрами. Она заняла место во главе стола, разложив сумочку и перчатки перед собой.

Сергей стоял перед ней, как провинившийся ученик, сцепив руки сзади в замок.

— Вот что я хочу тебе сказать, — начала Тамара Федоровна назидательным тоном. — Вы с моей дочерью как-то резко сблизились. Не вовремя! Сейчас некогда любовь крутить, надо готовиться к экзаменам. Ты в школе, по-моему, третий день и уже успел сбить мою девочку с пути истинного. До тебя мы проблем не знали: послушная была, хорошо училась. А теперь что? Каждый день какие-то загулы после школы. Уроки пропускает, благодаря тебе. Короче, отстань от Алины. Чтобы я больше вас рядом не видела, уяснил?