Охота на тень (СИ) - Политова Екатерина - Страница 9

— Главное, что они молчат.

Хэдишш лишь непонимающе мотнула головой.

Едва она тронула ручку внедорожника, двери разблокировались от брелка в её кармане. Хэдишш усадила Хуга на заднее сиденье, а точнее, ей пришлось его почти затаскивать в эту чертову высокую машину.

— Судя по твоей невероятной удачливости в последний месяц, тебе следовало сюда ехать сразу в машине скорой помощи, — проворчала она.

И вдруг услышала, как Хуг хрипло рассмеялся. Похоже, слова Хэдишш попали в точку. Она тоже улыбнулась, а потом её взгляд упал на черные женские туфли на шпильке, валяющиеся под пассажирским сиденьем. Она отвела глаза и пошла искать в багажнике аптечку.

Багажник у этой машины был огромный, Хэдишш сняла с держателя аптечку с красным крестом. А потом, хромая, обойдя внедорожник, мельком увидела, как на земле у переднего колеса сидит отец Хуга, его руки, положенные на согнутые колени, мелко тряслись.

— Хуг? — позвала она, заглянув в машину через противоположную дверь.

— М? — он сидел с закрытыми глазами, привалившись к двери, уперевшись головой в стекло. Загипсованная рука выглядела откровенно отвратительно после челюстей медведя, а плечо выше было разорвано.

— Кажется, твоему отцу плохо, — выдавила она, подумав, что вообще-то сыну ещё хуже.

— Достань… из бардачка флягу… и дай ему.

Хэдишш, придерживая аптечку подмышкой, залезла на переднее сиденье, открыла бардачок и выудила оттуда тяжеловатую серебристую флягу. Она лежала под жестким портсигаром дорогой марки, рядом с углу валялась позолоченная бензиновая зажигалка. Хэдишш подумала, что вообще-то в машине не пахло табаком. И, судя, по остаткам досье в базе — Хуг не курил. Может, это собственность хозяйки туфель?

Она зло мотнула головой, закрыла бардачок и бросила флягу мужчине на земле. Он смерил её недобрым взглядом, но флягу поднял и тут же к ней присосался так, будто только что вышел из пустыни. Хэдишш передернуло.

Вернувшись к Хугу, она открыла аптечку и вздохнула.

— На тебе живого места нет. Надо остановить кровь…

— Начни с плеча, — Хуг мотнул головой и оставил на подголовнике кровавый след.

Хэдишш подтянулась на подножке здоровой ногой, перегнулась через него и включила свет в салоне. Аккуратно отогнула край его бывше-белой рубашки на левом плече и нахмурилась. Она ещё никогда не видела таких ран на живых людях… Медведь очень хотел его убить. Она заглянула в аптечку.

— Похоже, он разорвал тебе мышцы и раздавил ключицу, — Хэдишш надела стерильные перчатки, взяла из аптечки ножницы и аккуратно разрезала ткань на месте раны.

— Синюю штуку сюда, — пробормотал Хуг, сидя с закрытыми глазами.

— Вот эту? — нечто похожее на пластырь для ран, она взяла его в руки, и в нос ударил едкий запах йода. — Тьма, что это за дрянь?

— Искаженные водоросли.

— Это они? В такой форме я их прежде не встречала.

— Хватит болтать. Делай, — выдохнул Хуг и глянул на неё. На его лице пролегли черные тени, отчего глаза казались ещё темнее. Хотя Хэдишш и без того считала их абсолютно черными.

— Их всего два, — отозвалась Хэдишш.

Под защитной пленкой пластыря перекатывалось что-то зелено-синее и явно склизкое. Она сморщилась. В больнице водоросли выглядели слегка иначе, ими едва-едва пропитывали бинты. На секунду ей показалось, что это «что-то» шевельнулось под пленкой. Один пластырь был размером с ладонь, второй чуть меньше.

Она сорвала пленку с большого и приложила к плечу. Хуг вздрогнул, напрягся и зарычал, ударив кулаком по сиденью. Хэдишш и сама испугалась, потому что жижа под пластырем отчетливо зашевелилась. Она отдернула руку, но жижа с пластыря будто сама впивалась в плоть. Хэдишш выдавила:

— Какой ужас!

Хуг хотел что-то ответить, но только шумно выдохнул через рот.

— Тут есть ещё второй, поменьше, — заметила Хэдишш.

— Тогда выбери побыстрей, — попросил Хуг, его лицо было искажено от боли.

— Могу присобачить его с другой стороны плеча, но… судя по тому, как эта штука шевелится… она сама туда доберется.

— Что с твоей ногой? — вполголоса спросил Хуг. Его глаза были закрыты, но Хэдишш поняла намек.

— Ну уж нет, — отозвалась она. — Я лучше нырну во тьму, и она меня вылечит. Чем так.

— Так же, как твою левую руку? — только и сказал Хуг.

Хэдишш посмотрела на свои шрамы и разозлилась.

— Это сделали такие как Ишшмэ, — ответила она, и глянула на ножницы и синий пластырь, подумывая, не разрезать ли. Но рваных ран на Хуге было так много, что это бы не помогло. — Да, тьма лечит полукровок не полностью. Как и тебя эта синяя штука. Но тьма никогда не делает больно.

— В задницу твою тьму, — процедил Хуг.

Хэдишш сделала всё быстро. Сорвала пленку со второго пластыря. Оттолкнулась от подножки внедорожника, села Хугу на колено, схватила одной рукой его за шею, а второй приложила пластырь к его затылку. На этот раз он не сдержал возмущенный возглас. И неожиданно схватил её за талию, притянул ближе и сказал прямо в лицо:

— Уж не ваш ли теневой засранец сделал это с твоей рукой? И не другой ли засранец пытался убить тебя сегодня, перед этим разделав твоего братца? — его лицо перекосилось, то ли от боли, то ли от злости. А может, и от того, и от другого. И этот уродливый шрам на его щеке только добавлял ему агрессивности.

Карие. Его глаза были карие. Вовсе и не черные, как ей казалось.

— Отпусти, — прошипела Хэдишш, её ребра заныли под его рукой. Она продолжала сдавливать пластырь у него на затылке, чувствуя, как жижа под ладонью шевелится.

— Сама отпусти, — прорычал Хуг в ответ.

Она обнаружила, что сжимает его горло. Хэдишш медленно убрала руку с его шеи.

С улицы послышался кашель. Оба резко обернулись. Хуг сморщился и дотронулся до затылка, сбросив руку Хэдишш, а потом и столкнув её со своего колена правой рукой. Она спрыгнула на здоровую ногу, но они всё ещё следили друг за другом яростными взглядами.

Кашель повторился. За машиной стояла женщина-биэр, в сером платье до земли и… в собачьем ошейнике. Она протянула Хэдишш конверт.

— Выигрыш мистера Ривза, — тихо прошептала она. Её запястье было ещё худее, чем у Хэдишш. — Хозяин просил передать, что нож стоил денег и он оставил себе половину суммы.

— Давай сюда, — сказал Хуг из машины, но Хэдишш раньше перехватила конверт.

— Спасибо, я это заберу, — бросила она и залезла в конверт. Он был полон крупных купюр.

— Хэдишш, твою мать, — слабо запротестовал Хуг из салона.

Когда она обернулась, женщины-биэра уже и след пропал. Хэдишш встала напротив машины:

— Тут два миллиона крон, — заключила она. — Ты поставил на себя в драке?!

Хуг смерил её сдержанным взглядом, а потом ответил:

— Глупо было не поставить. Если бы я умер, всем было бы плевать. А вот если бы выиграл. Дай сюда.

Хэдишш начала вытаскивать деньги.

— Что ты творишь, они мои, — прорычал Хуг и, приподнявшись, следил за ней недовольным взглядом.

— Часть моя. Я спасла тебя, пока Ишшмэ бил тебя башкой о прутья клетки, — деловито заключила она и сунула в карман тонкую пачку крон. — Пятьсот тысяч мои. Кстати об Ишшмэ, учитывая его силу, он должен был убить тебя с одного удара, я уже видела прежде, как он это делает. Но ты сидишь здесь и твои мозги удивительным образом не размазаны ровным слоем по арене. Гишш сильно напрягся, когда ломал твою руку, да ещё и в таком неудобном месте?

Хуг на это ничего не ответил. Она бросила ему конверт. Не ожидала, что поймает, но он поймал правой рукой. Левой, загипсованной почти не пользовался. Хэдишш кивнула на неё:

— Может, стоило использовать на переломе?

Хуг мотнул головой:

— Водоросли тут не помогут, только хуже сделают, — он опять сморщился и тронул левое плечо. — Тут тоже была крайняя мера.

— Больше никаких резких движений, — пригрозила она, опять поднимаясь на подножку внедорожника.

— Лучше собой займись, — буркнул Хуг.

— Мои царапины поверхностные. Тебя мучать мне нравится больше.