Ты — мой грех (СИ) - Гауф Юлия - Страница 33

— Люба… дразнишь меня, сама ведь виновата… ну вот кто тебя заставлял мне такое фото отправлять? — прерывисто шептал Руслан, лаская меня и взглядом, и руками своими грешными. — Сама напросилась…

Фото. Кто заставлял? Хорошо что ты не знаешь.

— Нам в магазин пора. С утра же на озеро? — буркнула я, трезвея, и крикнула: — Диана! Руслан пришел, идём в магазин!

— Динамо. Ну Люба, я тебе устрою, — с шутливой угрозой проворчал Руслан.

И с видимой мукой вытащил руки из-под моего топа. Но взгляд его был прикован к моей груди ровно до тех пор, пока Диана не прибежала на крик.

— Я готова, — заявила она важно.

— Как только вернемся с магазина — продолжим, — прошептал Руслан. — Хочу обсудить границы нашей дружбы. Сама напросилась, малышка. Сама!

20

Официально: я за мещанское счастье.

А еще я оказалась той еще девушкой «на понтах». Иду, еле улыбку сдерживаю, и кто бы знал, чего мне это стоит! Но как же это круто — идти по магазину, держа Дианку за руку. И Руслан рядом — высоченный, красивущий как дьявол. Мы рядом, втроем, и все-все видят, что он не просто знакомый.

Семья.

Господи, мы как семья выглядим! Как та самая парочка влюбленных с мелким ребенком, которые мне в память въелись — они тоже на пикник собирались, и смотрелись круто. Как из кино.

Вот и мы с Русланом и Дианой как из кино. Почти. Как из отечественного кино, ведь мы в обычной Пятерке закупаемся.

— Мишки! Возьмем? — Диана подпрыгнула, схватила свое любимое печенье, и тут же нагло бросила его в корзину.

А Руслан лишь подначивает. Улыбается и кивает. Бери, мол, деточка.

И студенточки какие-то рядом крутятся, посматривают на нас. Тоже улыбаются. То ли умиляются, то ли на Руса глаз положили.

— Не балуй её! — прошипела. — Нафига нам сладкое на озере? В меру нужно ребенка развращать, а то на шею сядет.

— Сточим печенье в машине по пути на озеро. Не злобствуй. Зачем еще дети нужны, если их не баловать? — Руслан, кажется, искренне не понял. И снова Диане подмигнул на вопрос о хлопьях, и разрешил их купить.

Тележка уже почти полная. Я, как нормальная девушка, отложила мясо, овощи, фрукты, сыр, напитки, одноразовую посуду, и некоторые другие мелочи. Рус озаботился средством для розжига. А Диана всем остальным. И если бы она скромно попросила одну шоколадку… ну ладно, даже не одну, а несколько, то у меня не было бы претензий. Но стоит лишь взглянуть на наши закупки, меня начинает одолевать беспокойство:

Раскраски? Ладно, это полезно.

Книга со стихами Агнии Барто? Пускай, я сама в детстве читала лишь её и книгу про Пеппи-длинный чулок. А, еще, кажется, про Тома Сойера обожала книгу, но Диана маленькая еще.

Три Киндера? Тоже можно понять. И я была грешна, собирала коллекцию бегемотиков. Почему бы Диане не любить эти сладости и игрушки?

Но вафельные торты, хлопья, шоколадные шарики, ореховая и арахисовая паста, мороженое, печенье, монпансье, чипсы и сухарики, и прочее-прочее… во-первых, а не слипнется ли? А во-вторых — на кой черт так Диану баловать?

Руслан портит мне все мое мещанское удовольствие от чувства типичной семейной прогулки в магазин!

— Чего ты пыхтишь? — шепнул он мне на ухо.

Эротично так, аж моя вредность на пару секунд притихла, и жалобно пропела в мыслях: «А может пусть балует нас? Он хоро-о-оший, сядем Русу на шею. Она у него вон какая сильная, обеих выдержит!»

— Люб, чего ты? Это же копейки. Пусть Диана порадуется. Очевидно же — сладкоежка.

— Диатез заработает, — проворчала я.

— А ты не разрешай ей лопать сразу всё. Делов-то, — усмехнулся этот эгоист.

— Ну да. Ты покупаешь, балуешь, а злая сестра будет прятать вкусняшки от малявки, — закатила я глаза, и призвала притихшую предательницу-вредность. — Детям, Руслан, твердая рука нужна! Баловать стоит в меру, а не без меры. Я ей покупала вкусности, но не в промышленных объемах. Как мне после этого похода в магазин её с собой брать? Диана привыкнет, начнет клянчить, а я не смогу её так баловать! Она разобидится, поймет, что…

— Что? — поторопил Руслан, когда я замолчала и резко сдулась.

Ну вот как ему объяснить, не показавшись при этом малолеткой? Меня немного бесит то, что он излишне балует мою сестру! Я её не особо баловала так как нищенкой была, а тут явился волшебник, кивающий на любой каприз. С появлением в нашей жизни Руса и квартира нормальная, и художка, и сладости-чипсы, и поездки на озера возникли. Диана сопоставит всё, поймет, что я ей сестра, а не мать, и начнет мне перечить. Выкрикнет как-нибудь фразу вроде: «Вот дядя Рус офигенный, щедрый, а ты мне не мамка, не стану я тебя слушаться». Это же мне сердце разобьёт!

— Кажется, я понял.

— Сомневаюсь, — буркнула я.

— Ну, ты не особо любишь мне объяснения давать. Так что я делаю догадки из того, что имеется. Не буду сильно баловать Диану. Просто как ей отказать? Смотри? — он кивнул на сестренку, разглядывающую цветастую упаковку корма для кошек. — Мне жаль её, Люб.

— Я её в черном теле не держала.

— Знаю. Просто, можешь меня считать зажравшимся засранцем, но это всё и правда мелочи. И если твоей сестре хочется сладкого, и я могу это купить, то как отказать? Я бы и тебя хотел баловать, но ты не позволяешь.

— Я позволю, — смутилась я. — Только чуть позже. Мне нужно время, помнишь? А насчет Дианы… просто иногда говори ей «нет». Иначе мне придется с ней туго.

Рус кивнул. В этот момент к нам подбежала Диана с картонной упаковкой корма — счастливая, улыбка именно та, которую я в себе сдерживала — от уха до уха.

— Можно? — она уже хотела закинуть корм для животных, которых у нас нет и долгое время не будет, в корзину.

Руслан вздохнул печально и мучительно, и покачал головой:

— Нет, малышка. Нам это не нужно.

Его лицо надо видеть. Смотрит, как дрожат в обиде губы Дианы, и я понимаю — его реально ломает из-за отказа приобрести дешевую ерунду ребенку. Вроде такой суровый перец, с корочкой, при погонах, а ребенку сказать «нет» может только после нотации и пенделей.

Может, это и хорошо, что из Руслана веревки вить получится. У меня и у наших детей.

А они будут. Я его не упущу!

РУСЛАН

Сегодня я охренел от шока, и это мягко сказано. Люба прислала мне горячую фотку. Да еще какую горячую! Как увидел, малолеткой себя почувствовал, словно вернулись те славные времена спермотоксикоза, когда женская коленка могла вызвать моментальный стояк.

Собственно, свой стояк я сфотографировал, и отправил в ответ. Я же вежливый мужчина, практически джентльмен. Как оставить сообщение дамы сердца без ответа?!

— Помидорки наверх складывай. Вот, правильно, — кивает Люба Диане, которой почему-то интересно наши покупки по пакетам фасовать. — И печеньки тоже. То, что может помяться, разбиться, всегда поверх должно лежать. А бутылки и прочее — внизу. Поняла?

— Да, — пропищала мелкая.

Смотрю на них, и радуюсь. Люба без нотаций не обошлась, разумеется, и где-то я даже понял её претензии и обиды. Сам бы на её месте взбрыкнул. Просто есть у меня возможность порадовать обеих, вот и захотелось этой возможностью воспользоваться. Но Люба… я вздохнул. Люба отличной мамой будет.

Даже странно об этом думать.

Объективно — Люба не мой идеал. Всё же, годы идут, и я думал о семье. Мысленно даже изобразил фоторобот жены. Она должна была быть красивой, но не излишне, так как красивые бабы любят мозг выносить. Ей должно было быть от двадцати пяти, чтобы уже были отношения и разочарования в прошлом, но без трагизма и надрыва. Моя идеальная спутница не должна была одеваться и вести себя как малолетка, у неё не должен был быть прицеп в виде ребенка. Скромная, хозяйственная, послушная — это всё про мой идеал. Практически как у любого другого мужика.

И тут Люба. Малолетка без царя в голове, с прицепом, с мадагаскарскими тараканами в голове. Ни разу не скромная, непослушная. Слишком яркая, внимание цепляет, и это бесит! Меня как последнего бабуина тянет морду каждому бить, кто на её задницу пялится!