Ребёнок от звёздного мальчика (СИ) - Лоренц Катя - Страница 29

Взбесил этот Марат. Лезет, куда ему не следует, говорит со мной как будто мы женаты тридцать лет. Деспот! Громила невоспитанная! По телу до сих пор бегают мурашки, а в носу свербит от запаха его парфюма.

– Я помогу, – оставляю попытки пристегнуться. Стив наклоняется, помогает мне с ремнем безопасности. Перевожу взгляд на вход в ресторан, где каменным изваянием застыл Марат.

– Простите, что наговорил слишком многое о вашем дяде.

– Ничего. И многое что вы сказали о нем правда.

Мы наконец отъезжаем, и больше нет риска быть сожжённой заживо черным взглядом Марата.

– Надеюсь, что родство с дядей Геной не станет проблемой для нашей совместной работы?

– Нет конечно. Просто я удивлен тому, как тесен мир.

Стив останавливает машину возле парковки. Я отстёгиваюсь, берусь за ручку.

– Подождите, Агния. Мне нужно вам кое-что сказать. Пусть это покажется бредом. Но я должен.

– Говорите.

– Однажды, я видел, как Анжи и ваш дядя беседовали. Не знаю о чем точно, но Стоун очень волновалась и смеялась нервно, когда я спрашивал. И вот я думаю. А не дядя ли нанял ее для соблазнения вашего супруга? Это же в его духе устроить проверку на вшивость?

– Вряд ли бы дядя так подло поступил со мной.

– А вы подумайте хорошенько. У него не так мало осталось родственников и на роль вашего мужа он наверняка хотел видеть кого-то более подходящего, чем актер. Хотя бы того же Марата. Мы несколько раз пересекались с партнером Сереброва, но таким вспыльчивым видел его впервые. Вы ему интересны как женщина.

– Если честно, мне все равно. Мне нет дела до мужчин. Ни до Марата, ни до кого-либо ещё, – себя бы собрать по разбросанным кусочкам. – Мне пора, – сворачиваю тему.

Хватит, в моей жизни предателей было предостаточно. Хоть с дядей мы виделись не часто, я всё же считаю его родным, несмотря на тест, который он устроил маме в прошлом.

Он дал денег. Очень много, но решение как ими распоряжаться принимала мама лично. Так же как брать их или нет.

До того как забирать Даню из садика остаётся ещё несколько часов. В офис ехать не хочется и я отправляюсь домой.

Замечаю знакомый автомобиль представительского класса и ускоряю шаг.

– Ая! Подожди! – кричит Ник, догоняет меня и разворачивает к себе лицом.

– Убери руки! Что тебе надо? Сколько можно таскаться сюда и угрожать, манипулировать Даней.

– Я обещаю, что ничего такого не будет. Я здесь не за этим.

– А зачем?

– Я хочу извиниться, – Ник выглядит каким-то потерянным и виноватым, нет того ореола превосходства и пофигизма.

– Извиниться? Неожиданно. И это не поможет.

– Давай поговорим. Не здесь, – косится на окна первого этажа, в которые выглядывает любопытная соседка. – Пойдем в машину. Обещаю, что не буду увозить тебя силой. Просто поговорить. Пожалуйста, Ая, – молит он.

– Хорошо. У тебя пятнадцать минут.

Ник открывает дверь и флеш бэк накрывает меня с головой. Еще совсем недавно я ездила на этой машине. На заднем сиденье Даня без умолку рассказывал про Пташкина, предстоящий утренник в садике. Ник целовал меня, прежде чем я убегала на работу. В носу начинает щипать. Я не могу сидя на этом сиденье, не думать о том, что он мог катать на этой машине Стоун, задаюсь вопросом было у них в машине. Только я решила двигаться дальше, отвлечься от опустошающей боли, как появляется он и я по новой прохожу эти круги ада.

– И разве ты не укатил в штаты со Стоун?

– Я ездил два дня назад, но не с ней. Между нами все кончено. Ездил по работе. Мне предложили съемки в фильме и уже утвердили. Но я хочу отказаться. Я не могу уехать, когда вы здесь.

– Мне больше не интересны твои успехи в кинематографе. Говори, что хотел, – перевожу взгляд на Ника. Он сглатывает и сжимает руль.

– Я знаю, что ты не изменяла мне. И выходит, что я сам разрушил нашу семью.

Знает он! Отлично! Мне так полегчало!

– И почему ты в этом так уверен?

– Марат привез снимки. В твоем офисе стояла скрытая камера.

– Что?! Кто позволил? Это он установил? – мне стало не по себе. Сколько времени я жила под колпаком? Да как он смеет следить за мной? Я же колготки там переодевала. А он подсматривал? Извращенец! Маньяк! Так и знала, что с ним что-то не так.

– Я не знаю подробностей. Мне не до того было.

– Плевать.

– Ая, я как в бреду находился. Ревность окончательно мне крышу снесла. Я так хотел с тобой поквитаться. Меня корежило от одной мысли, что ты и Валёк…

– А теперь представь. Я в этом состоянии живу полгода! Я знала, что тебя зацепила Анжи. С первого дня, как увидела вас. Какого, как ты думаешь было видеть каким взглядом ты на нее смотришь? Слушать, как ты заступаешься за нее? Я каждый день надеялась, что у тебя пройдет это увлечение. Но последним гвоздем в гроб наших отношений стало то, что я видела вас. Своими собственными глазами! И я бы поняла (не простила, конечно же), если бы ты влюбился, но не было этого. Я слишком хорошо тебя знаю. Просто животная похоть. И ради нее ты всё похерил. Чего тебе не хватало?

– Хватало. Я бы никогда не изменил.

– Ты делал это в мыслях. Спал со мной представляя ее. Назвал меня ее именем! Ты верил ей, Вальку, кому угодно! Но не мне!

– Я хочу всё исправить. Даня так смотрел на меня, как на врага. Понимаю, что прошло слишком мало времени, но я люблю… – меня выворачивает, тело трясет от негодования. Он осекается, увидев мой безумный взгляд.

– Ты ничего не знаешь об этом чувстве. Я начинаю подозревать, что ты никогда меня не любил. Была Ая, маленькая девочка, за которую ты заступался в школе. Ты чувствовал себя героем. А потом я стала удобной. Я та, которая толкала тебя на другие подвиги в кино. Поддерживала. Ты был хреновым мужем и плохим отцом. И даже не Стоун всему виной. Все стало рушиться задолго до ее появления.

– Да неужели? – зло переспрашивает он. – Я был плохим отцом? Мужем? Вы жили ни в чем не нуждались.

– Да, Ник! Ты обещал нам, что вот ты добьешься одной цели, разбогатеешь и будешь проводить много времени с нами. Мы будем много путешествовать, ходить по ресторанам, сможем все себе позволить. И что же? После съемок, были вечеринки, встречи с журналистами. Когда мы куда-то ходили? Да просто проводили время вместе?

– А парк? А Италия?

– Да года назад? Я думаю, что каждая среднестатистическая семья может себе позволить так «часто» ездить в путешествия. Главное, у тебя были деньги, но не было желания проводить с нами время. И если я с этим мирилась, то Даня страдал. Так что ничего удивительного, что он на моей стороне. Он меня хотя бы знает, а тебя? Машинками, дорогими телефонами ты пытался компенсировать твое отсутствие. Ты даже не представляешь, сколько ты пропустил. Даня так быстро растёт. Ты пропустил его первые шаги, утренник, где он играл разбойника, очень талантливо, кстати. Его успехи в кружке робототехники.

– Ты преувеличиваешь.

– Хорошо. Какие мультики он любит? Как зовут девочку, которой он увлечен? В каком костюме он был на Новый год?

– Девочка Аня. Мультик про динозавра. А костюм пирата?

– Все мимо. Девочку зовут Катя, мультик про монстров, кстати вышла третья часть, но в кинотеатре мы были вдвоем. И костюм железного человека.

– Ая, я исправлюсь! Клянусь! Я откажусь от роли, буду больше времени уделять вам. Мы поедем в путешествие. Выбирай любую страну. Только дай надежду, что однажды ты меня простишь и мы снова будем вместе. Я помираю без тебя! – говорит с надрывом, беря меня за руку.

– У тебя не будет шанса быть моим мужем, только бывшим, – вырываю руку. И выхожу из машины.

– Но у тебя еще есть возможность стать Дане настоящим отцом. Или тебе для этого нужен тест ДНК?

– Я же извинился! Это было сказано на эмоциях. Я никогда не сомневался в своем отцовстве, – как удобно! Взял свои слова обратно и все забыто?

– Прощай, Ник. Я не хочу тебя видеть! О том, в какое время ты будешь видеться с Даней, разговаривай с моим адвокатом.