Звездная дочка. История одной фанатки (СИ) - Лоренц Катя - Страница 16

Жаль мою Жужу и того, что она не успела сделать. У нее мог быть муж, ребенок, семья. Но ничего этого не будет. Потому что ее нет.

— Прости, Жужу, — глажу по шершавой коре. — Это моя вина.

Если бы я тогда не подрался с уродом Селивановым, он бы не окрысился на Юлю и она была бы жива.

Возвращаюсь с тяжелым сердцем. Прошу Марка сесть за руль.

— Куда едем?

— В приют. — Он отъезжает.

— Я все же не понимаю. Почему заниматься благотворительностью вот так?

— Как?

— Бесцельно. Ты столько всего накупил. Мы могли бы позвать журналистов. И передать подарки, осветили бы это. Люди это любят.

— Нет я сказал.

— Ну и зря. Твои фанаты должны знать какой ты.

— Я это делаю не для того, чтобы засветиться. А потому что так хочу.

Останавливаемся возле забора. Все детдомовские на территории с лопатами, метлами. Я уже и забыл, что существуют субботники. Одна из воспитанниц бросает в парня травой, он в нее. Хохочут, смеются.

— Семенова! — окликает знакомая воспитательница. — Метлу в зубы и работать!

Зачесав волосы назад, иду к ним.

— Вера Пална! — она поворачивается ко мне.

— Что вы хотели, молодой человек? — она широко распахивает глаза, глуша удивленный окрик морщинистой рукой.

— Костров! Женя!

— Да, — обнимаю ее. — Уже не Костров правда.

— Я знаю. Ты теперь…

— Женя Райс! — перебивает ее истеричный крик. Подростки бросают метлы и бегут ко мне, оттесняя Веру Палну.

— А правда, что вы были в этом приюте?

— Можно автограф?

— Можно снять видео с вами?

Я не успеваю отвечать на вопросы, подписывать бумажки и улыбаться в камеры.

— Я не с пустыми руками. Вера Пална. Можно пропустить машины?

— Да, конечно. Сейчас я за директором схожу.

После раздачи подарков, меня спасает Вера Пална. Уводит в кабинет психолога.

— Сейчас я тебя чаем напою. Расскажешь как живешь? — она расставляет кружки.

— Да вы и сами знаете.

— Немного. Читала, что женился на модели. Красивая. Но ты мне скажи, как своей воспитательнице. Сам то счастлив?

— Вроде.

— А деток то так и нет?

— Нет.

— Все равно молодец. Вы, только с Юлькой нормально устроились. Я имею в виду из воспитанников, которые с тобой были. Селиванов на третью ходку пошел, Матвея при ограблении убили. Ну это когда еще Селиванов первый раз сидел…

— Подождите. В смысле Юля нормально устроилась? На том свете что ли? Как вы можете так говорить?

— Да типун тебе на язык! Какой тот свет? — крестится она. — Жива Юля, — глохну от грохота сердца. — Все у нее хорошо. Работает в первой ЦГБ медсестрой. Девчонка у нее такая хорошенькая растет, двушку в центре в ипотеку взяла. А вот отца никогда не видели. Да кто тебе сказал? — доносится словно через толщу воды.

— Марк, — в прострации отвечаю я. В голове не укладывается. Пять лет отправлял цветы на чью-то могилу.

— Кто? — переспрашивает воспитательница.

— Помощник мой. Я шесть лет назад просил про нее узнать. Приезжал ненадолго.

Облокотившись на локти, сжимаю голову, потому что она грозит взорваться.

— Я ведь могилу ее видел. Свидетельство о смерти.

— У меня бы спросил.

— Вы тогда в отпуске были.

— А у сестры узнать не мог?

— Боялся, что она не захочет меня видеть. Мне сказали, что ее избил Селиванов. После моего отъезда. Из-за меня.

— Было такое. Юля тогда в больницу попала, с сотрясением. Комиссия приезжала. Такого шороху тут навела! Директора сняли. А Нине — сестре Юли опеку дали. До этого все отказывали.

— А адрес? Вы знаете, где она живет?

— Раньше в общаге. А новый не знаю точно. Говорила, что в центре.

Пошатываясь, вышел из здания приюта. Жива. Словно планета перевернулась.

Марк, заложив руки за спину, нервно прохаживался вдоль машины. Увидев, меня, понял все по бешеному взгляду.

— Ты знал! — быстрым шагом приближался к нему. Схватил за ворот.

— Марк, подожди! Я узнал уже после свадьбы, что вышла ошибка. Это все сыщики, которым я дал указания все разузнать!

— И не сказал!

— Зачем?

— Я столько лет жил с чувством вины.

— Когда я узнал, ты уже был женат на Миле. Что бы это изменило?

— Мне нужен ее адрес. Сейчас!

— Ты с ума сошел? Мила прилетает через два часа. — Ты обещал встретить ее в аэропорту.

— Вот сам и встретишь.

— С Сергеем Вадимовичем! Что они подумают?

— Плевать! Не хочешь помогать, сам найду. Она в ЦГБ работает.

— Кто она?

— Юля! — сажусь в машину.

— Стой! — Марк хватается за дверцу. — Ты не забыл, что женат? Эта подростковая влюбленность тебе всю жизнь покалечит. Карьеру! Думаешь твой продюсер позволит, чтобы его любимую дочурку бросили ради какой-то Юли?

— Я не собираюсь бросать Милану. Мне просто надо своими глазами увидеть Юлю и убедиться, что она жива, — захлопываю дверь.

* * *

— Осторожнее! Это чемодан от Луи! — раздраженный голос Милы звучит на весь дом. — Кто нанял такую бестолковую прислугу!

Ко мне спешит Марк.

— Нашел ее? — нет. Сказали, что она не работает по семейным обстоятельствам. Ее адрес отказались сообщить, даже взятка не помогла и то что меня узнали. Железная леди эта старшая медсестра Мира Альбертовна.

— Не твое дело!

— Женя, ты злишься? Я понимаю. Это моя вина, что я плохо всё проверил. Надеюсь, ты меня не уволишь?

— Посмотрим.

— Привет, Мила.

Она откидывает назад черные блестящие волосы и демонстративно не смотрит в мою сторону. Обиделась.

— Снова призраки прошлого не дают покоя? Поэтому ты не встретил любимую жену, с которой не виделся целый месяц?

— У меня были срочные, неотложные дела, — сажусь в кресло, закидывая ноги на спинку. — Ты с концами решила перебраться в этот город? Поближе к Инессе?

— Не говори ерунды! Я ни за что в жизни не буду жить в подобном захолустье!

— Просто столько чемоданов…

— Все вещи очень нужные. Найдется здесь приличный ресторан? Хотя вряд ли, — корчит гримасу.

— Как показ в Нью-Йорке? — взгляд Милы тут же теплеет.

— На высоте. Как всегда. Такой город! Кипит, бурлит! Там настоящая жизнь, не то что здесь. — поворачивается с улыбкой и кошачьей походкой идет ко мне. Ясно. Королева сменила гнев на милость — значит ей что-то нужно.

— Женечка, — садится на спинку кресла и перебирает мои волосы.

— Давай переедем в Америку? Моя жизнь там.

— А моя здесь. Что по твоему мне делать в чужой стране?

— Ходить со мной на показы, по магазинам.

— А выступать где?

— Папочка все организует. И если вдруг у тебя появится тоска по Родине, сядешь на самолет и ты уже здесь, — каждый раз один и тот же разговор. Мы мотаемся по всему свету. Я с концертами, она с показами. Понимаю, что она хочет проводить больше времени вместе, но не всегда получается.

— Я подумаю.

— Ты правда согласен?

— Я сказал: подумаю. Кстати, мне тут посоветовали хорошего врача, специализирующегося на нашей проблеме.

— Какой еще проблеме?

— Ребенок. Ты помнишь? Мы его хотели.

— Врач? Здесь?

— Да.

— Хороший? — иронично изгибает бровь.

— Да! Я читал отзывы.

— Не смеши меня, пожалуйста. Как в этом убогом городишке могут быть врачи лучше, чем в Швейцарии? Удивительно что тут вообще есть врачи. Максимум фельдшер. Пустая трата времени, — отмахивается она.

— А почему бы не попробовать? Что мы, собственно говоря, теряем?

— Нет, Евгений! — категорично заявляет Мила.

— А давай так. Мы идем к врачу, и если он нам не помогает, то я переезжаю с тобой в Америку.

— Мы же выяснили. Со мной все в порядке. Зачем мне идти? — больно колет словами.

— Я созванивался с врачом. Она сказала, что примет нас. Я уже даже сдал спермограмму.

— Хорошо. Но обещай, что если не получится, то мы не будем снова ходить по врачам и пытаться снова. Просто смиримся с тем, что наша семья останется бездетной.