Непростое наследство (СИ) - Монакова Ксения - Страница 64

- Думаю, вдова не знает ровным счетом ничего. Она в жизни видела только отцовский постоялый двор, тычки, оскорбления, а позже заглядывала мужу в рот.

Лейтенант Лоуп за спиной согласно хмыкнул:

- Слуги говорят, она в нем души не чаяла. Постоянно старалась угодить.

- За обожанием можно скрыть многое.

- Но не за таким же слепым! Да у Сесиль бы ума не хватило что-нибудь замыслить.

Реджис обернулся и еще раз взглянул на дом, теперь принадлежащий одинокой молодой вдове. Он чуть сощурился от солнца и, наверное, продумывал какую-нибудь из теорий, о которых я, разумеется, не узнаю. Посвятил бы, хотя бы из солидарности.

- Господин Эрван, могу спросить, почему не использовали дар как с Розелл?

- Здесь не требовалось, - прозвучало сухо.

- А если Сесиль впрямь что-нибудь скрыла?

- Как вы справедливо заметили, у нее не хватило бы ума. Да и сомнений в правдивости не возникло. В прошлый визит я пытался воздействовать, и не увидел никакой лжи.

Ах, вот оно как. Похоже, я поторопилась с выводами о высоких принципах. Находясь в истерике после ужасной новости вдова вряд ли заметила магическое влияние. Возможно, испытала большее волнение и неодолимо сильное желание плакать. Надеюсь, Реджис был аккуратен.

- Вы же понимаете - нам стоит поговорить, - тише произнес он, обернувшись.

- Прекрасно понимаю. Прямо здесь?

- Если хотите… - я только собралась возразить, но Реджис опередил: - Время к полудню, госпожа Ирмас. Думаю, лучше вернуться в таверну и обсудить за обедом.

- Приглашаете меня ко мне же домой?

- Почему бы и нет? Нам по пути? Едем?

По крайней мере, есть время обдумать предстоящую беседу. Хороший знак, что Реджис не набросился с вопросами сразу. Значит, бояться нечего и, по крайней мере пока, я не под подозрением. Однако, что если дознаватель решит использовать воздействие? Я не Сесиль, и не Розелл со слабеньким даром. Любая магия Реджиса причиняет неприятные ощущения, а уж направленная прямиком на меня… не хочу представлять. К тому же, если он так поступит, примирение насмарку. Никакого доверия, и никакого больше сотрудничества. Пусть хоть за решетку сажает.

- Мастер Эрван, а вы действительно проиграли, - со смешливой улыбкой проговорил Лоуп, оглядываясь на дом, когда проехали вперед. - Вид со второго этажа восхитительный. Госпожа Ирмас не ошиблась.

- На победу и не рассчитывал, - согласился Реджис. - Кстати, из окон таверны не видно моря?

- К сожалению, нет. Не то я бы повысила плату за комнаты.

- Не любите большую воду?

Странный вопрос. Если и любить, так только за корабли, ежедневно прибывающие в порт и обеспечивающие стабильную выручку. Моя мать жила на побережье, отец в море погиб, а дядюшка сумел заработать денег. Нежиться на песке под солнцем я не привыкла, а на прогулки не было времени.

- Я же не моряк. Шум, гам и рыбная вонь — что тут хорошего? Жить у моря никогда не стремилась.

Реджис слабо улыбнулся.

- Но все равно пришлось?

- Увы, да.

Раскрывать планы по продаже таверны я не собиралась никому, кроме Равьена-старшего. Не то слухи поползут, ненужные разговоры. А так, учитывая выкрутасы Анри, он сам вряд ли что-нибудь подозревает. Реджису же удается задавать на редкость меткие вопросы. Вроде ничего не сказал, а будто наизнанку меня вывернуть хочет. Придется держать ухо востро.

Глава двадцатая

Сегодня, возвращаясь в «кота и лютню», я почти радовалась. Странное чувство после посещения дома Сесиль Обен потихоньку отступало, а зажженный у входа огонек вдруг подарил спокойствие. Раз горит, все благополучно, таверна работает, ничего не случилось и есть куда вернуться.

За дверью гремели голоса. Компания моряков подпевала Тибо, бодро ударяющему по струнам лютни и пританцовывающему в такт мелодии. Мод в это время подавала кружки и ловко уворачивалась от попыток приобнять и усадить рядом. Не могу представить, кто бы справился лучше — у обеих сестер просто дар отбиваться от назойливых и любвеобильных посетителей. Анри же находился у стойки, что-то записывал и хмурился.

- Слава богам, Сорель, вы вернулись. Добрый день, мастер дознаватель.

- Вижу, здесь весело.

- Ох, не говорите. Битый час орут, а этот, - Анри кивнул в сторону Тибо. - Только и рад. Не будь его, напились бы и разошлись. Сорель, пока вас не было, привезли партию рома и свежую муку. Марта сказала — в этот раз гораздо лучше.

И звон монет манил сильней,

Чем смех хмельной девицы,

Сквозь ветра вой и плеск волны

Летел корабль как птица!

Анри вздохнули и покачал головой:

- Они поют в пятый раз, верите?

- Да пусть поют, если платят. Вам-то что?

- Именно эту песню, Сорель, я ненавижу всей душой. Поскольку вынужденно слушал много-много лет. К несчастью, она была популярна в нашем детстве.

- Думаете, не помню? Дядюшка Ларти бормотал ее под нос, когда протирал кружки вечерами. А тетка ругалась, мол, как можно петь такую пошлятину. Покажите лучше, что еще привезли сегодня и какого качества. Да дайте сюда книгу ради богов, чего вцепились?

Реджис тем временем присел за свободный стол подальше от шумной компании. Прекрасно. Лизет тут же сообразила и отправилась расхваливать стряпню Марты. Мне оставалось только тянуть время, как-нибудь подсказать Тибо, чтоб пел еще громче да подать морякам по кружке за счет заведения. Любая уловка лишь бы оттянуть чудесный миг беседы с дознавателем. Должны же найтись у того какие-нибудь важные дела. Где контрабандисты, когда они так нужны?

- Впервые соглашусь с вашей теткой. Как поездка? - шепотом спросил Анри. - Узнали что-нибудь?

- Понятия не имею. Вроде и узнали, но все равно ничего не известно. Вдова надышаться на мужа не могла, никакой жизни без него представляла и делами толком не интересовалась. О, вы заплатили зеленщику? Чудно. Так рассчитаемся с долгами быстрее, чем рассчитывали.

И звон монет манил сильней,

Чем смех хмельной девицы,

И капитан лихой, хей-хей,

И нрав судьбы-шутницы!

- Сорель, где ваши разрывные шары? Можно швырнуть в этого идиота? Вы его, кстати, выдворять вообще собираетесь?

- Анри, - рассмеялась я. - Потерпите. Тибо приносит выручку, да и не занимает много места. Спит то в зале, то в сарае у Терка.

- И пакостит по-мелкому. Утром, когда вы уехали, пришла Эри и пожаловалась на непристойные предложения.

- Вот как? Теперь вам?

- Да, Сорель. Может у нее я вызываю больше доверия, чем у вас? Ладно, признаю — не прав, - Анри примирительно поднял руки. Ох, не ему сейчас говорить о доверии. - Но разобраться с Тибо стоит. И, знаете, Эри просила выходной. Хочет посмотреть Леайт, посмотреть набережную.

- Я не против. Пусть договорится с Мартой. А, кстати, как дела с ее деньгами? Вы смотрели?

- Все паршиво, - Анри облокотился на стойку и понизил голос, поскольку мимо прошла Лизет с подносом. От ароматов еды я вспомнила, что почти ничего не ела с пробуждения, но, увы, в присутствии Реджиса кусок в горло не полезет. - Как мы и опасались, без отчима Эри не может получить даже накопления покойной матери. Уж не знаю, какими уговорами, но Кеннет прибрал все денежки в свой карман. Сейчас у Эри только жалованье, что платите вы.

- А если отчима упекут за решетку надолго? Или отправят на каторгу? Казнят?

- Если казнят, она получит деньги через полгода. Если посадят, придется ждать совершеннолетия. Других-то опекунов нет — ни родственников, ни мужа.

- Светлые боги. Почему так сложно?

- Спросите моего отца, он законы лучше знает.

Моряки дружно захлопали в ладоши и радостно закричали на заключительной ноте. Тибо получил поток нетрезвых комплиментов, Мод залепила кому-то пощечину, а Анри закатил глаза и с мученическим видом поднялся в кабинет. Учетную книгу я у него все же отвоевала — нужен повод подольше не подходить к дознавателю. Тот вроде бы заканчивает трапезу и должен вскоре уйти. Повезло еще: он пребывал в хорошем настроении и не устроил допрос по пути.