Никто кроме тебя - Россиус Анна - Страница 46

Тереза чуть заметно улыбнулась. О чем бы ни говорили мужчины за закрытыми дверьми кабинета – напряжения между ними явно поубавилось. Подождав, когда Чейтон и Йен переберутся на пристань, Джордан оставил Калеба пришвартовывать катер, а сам направился в сторону парковки.

Возле тёмного, блестящего идеально отполированными боками седана его уже ждали две знакомые фигуры.

– Как там в Дипвуде? – сразу спросил Джордан, пожимая руку одному, потом второму. – Спокойно пока?

– Внешне – да, тихо. Но они точно получили наше сообщение. Ждут, когда ты сделаешь следующий шаг.

Забрав ключи, Джордан поднял крышку багажника и быстро освободил место для вещей, которые они забрали с Покоха.

– Видите светловолосую девушку? – проговорил он, услышав приближающиеся шаги. – Нужно сделать так, чтобы никто из Иннатов к ней и близко не подошел. Ну, кроме этой ее кудрявой подружки.

– Ясно. Это та самая, которая была у нас в Ущелье? Нам отвезти её в город?

– Нет. Я сам. Вы – за нами, на небольшом расстоянии. Как раз можете Калеба подождать, он еще возится с катером.

Снабдив последними инструкциями Чейтона и Йена, Джордан подхватил рюкзак, лежащий у ног Лив, и отправил его на заднее сидение своей машины.

– Ты говорил, мы все поедем с Чейтоном, – она подняла на него недоуменный взгляд.

Он открыл пассажирскую дверь, приглашая Лив внутрь.

– Они все поедут с Чейтоном, а ты – со мной.

Оливия замешкалась, но спорить не стала. Молча опустилась на сидение и замерла. И не проронила ни слова первые минут двадцать пути.

Джордан, будучи не в силах сосредоточиться на грядущем столкновении с Иннатами, все перебирал в уме возможные причины ее ступора. И наконец-то начал подозревать, в чем дело. В его памяти всплыл короткий, очень горячий эпизод их первой встречи.

Вот он толкает ее к машине, и впервые всматривается в полыхающие голубым огнем глаза. Проводит пальцами по нежной шее, медленно опускаясь к яремной впадине. Расстегивает одну за другой пуговицы на ее груди, вжимая своим разгоряченным телом в ледяной бок седана. Как она пугается, увидев шприц. Развернув к себе спиной, он опрокидывает ее животом на капот, задрав рубашку до талии и оголив круглые, соблазнительные бедра. Только для того, чтобы сделать укол. Да.

Почувствовав, как тесно и жарко стало в джинсах, Джордан попытался скорее выкинуть из головы эти воспоминания.

Но если для него самого они не были чем-то из ряда вон, то для Лив, вероятно – совсем наоборот. Увидев ту самую машину и Джордана рядом с ней, она могла вновь пережить те же эмоции.

Ну и что теперь с ней делать? Отступить и ждать, пока она сама не справится со своими страхами? Или надавить на неё? Или, может, подправить её память, ради ее же спокойствия? Нет, нельзя. Это низко.

Так уж вышло, что они с Лив – предназначены друг для друга. И рано или поздно она будет безраздельно принадлежать ему. А он – ей. Но до тех пор, пока она ему не начнет верить, придётся терпеть ее приступы подозрительности и внезапные перемены настроения от "поцелуй меня" до "не прикасайся ко мне". Лишь бы не спугнуть и не дать ей повода вернуться к Иннатам.

Выход самый простой и очевидный – соблазнить её. Уж это Джордан умел. Любая женщина, на которую он когда-либо обращал свой взор, таяла от одного его взгляда и укладывалась послушной, на всё готовой кошкой у его ног. Правда, ни одна из них не знала о нем того, что было известно Лив.

Взглянув на Оливию, он раз и навсегда понял, чего действительно хочет. Чтобы ей было хорошо с ним, а ему – с ней. Всегда и везде. Без всяких условий, и без оглядки на обстоятельства. Он будет оберегать её так же, как до сих пор заботился и защищал всю свою многочисленную семью.

– Тебе лучше пристегнуться, – предупредил Джордан, когда луна скрылась за тучами, превратив мелькающие по обочинам стволы деревьев за окном в сплошную черноту.

– Ты поедешь быстрее? – нахмурилась Лив, защелкивая ремень безопасности.

– Нет. Так меньше соблазн остановиться где-нибудь посреди леса и пересадить тебя себе на колени.

Он ожидал, что девушка смущенно улыбнется. Но от нее, словно от упавшего в пруд листа, стали расходиться волны паники.

Это уже ни в какие ворота не лезет! Она ведет себя, как будто он снова стал ей чужим. Словно не в его руках несколько часов назад она плавилась от дикого, неистового предвкушения их близости.

Джордан с досадой посмотрел на Лив, едва не пропустив поворот. И, быстро выровняв машину, раздраженно процедил:

– Может, объяснишь, что с тобой происходит весь вечер?

– Со мной ничего, – как могла, спокойно ответила она. – Не хочу снова попасть в аварию.

– Мне кажется, ты чего-то другого боишься.

Джордан протянул руку и прижал ее к животу Лив. Она тут же вскинулась, оттолкнула его и с вызовом проговорила:

– А если я не хочу?!

– Не хочешь чего? – опешил он.

– Чтобы ты считывал мои эмоции когда тебе вздумается?

– Я могу это делать и на расстоянии. Достаточно быть к тебе вот так близко, как сейчас. И это происходит само собой.

– Тогда зачем ты…

– Касаюсь нервного сплетения? Чтобы уловить малейшие оттенки.

– Ты мог бы спрашивать, перед тем как это делать?

– Хорошо. А перед тем, как тебя поцеловать, мне тоже спрашивать разрешения?

Она не ответила. Обхватив себя руками, отвернулась и стала вглядываться в темноту сгущающегося леса за окном.

– Я попросил пристегнуться не потому, что не удержусь и наброшусь на тебя прямо в машине. Можешь быть уверена – никакой ремень безопасности не помешает мне оторвать тебя от этого кресла.

Лив снова промолчала. Но он заметил, как нервно сжались ее пальцы.

– И не потому, что неосторожно вожу. В этих местах дорога пересекает оленьи тропы. Животные нередко выскакивают на проезжую часть, и приходится очень резко тормозить. Запомни на случай, если будешь здесь ехать ночью одна.

Она едва заметно кивнула, продолжая смотреть в окно.

Неужели он в ней ошибся, и она настолько глупа, чтобы нарочно провоцировать его? Ведь ясно же, как белый день – такой откровенный и необъяснимый игнор может любого привести в бешенство.

Нет. Тут, видимо, нечто другое. Может, боится за своего дружка? Все-таки, предпочла его?

При мысли о том, что она сейчас сидит рядом с ним и переживает за Торнтона, Джордан почувствовал, как начинает закипать.

Резко вывернув руль, он сбавил скорость и остановил машину на обочине. Злорадно прищурился, заметив. что она ошарашенно смотрит на него.

Вышел, с силой захлопнув дверь, и через мгновение появился перед Лив.

– Мне просто хочется спать. Все в порядке, правда, – встревоженно проговорила она.

– Выходи. Мне надоело разговаривать с самим собой.

Джордан надеялся, что шум ветра заглушит угрожающие нотки в его голосе, и Оливия не поймет, какой ураган начинает просыпаться в его душе.

Она нехотя отстегнула ремень и послушно вложила свою ладонь в его. И оказавшись в пугающем диком лесу, стала с опаской осматриваться, прислонившись боком к металлической двери.

Уперев ладони по обе стороны от нее, Джордан ровным, каким-то совсем бесцветным голосом проговорил:

– Еще несколько часов назад у нас с тобой было всё в порядке. Но стоило тебя оставить на пол часа наедине с подружками, как твое отношение ко мне диаметрально поменялось – ты вздрагиваешь от моих прикосновений и боишься оставаться со мной наедине. Это как я должен понимать?

Молчание в ответ.

Налетел порыв ветра, и Лив поёжилась. Поскольку оба были лишь в тонких кофтах, сразу почувствовали холод и влажность первобытного дождевого леса, посреди которого оказались в этот поздний час.

Джордану неодолимо захотелось прижать свою маленькую строптивую девочку к себе, укрыв от непогоды. Но он вовремя вспомнил, что теперь на это требуется ее разрешение.

Просунув ладонь под её спину, он круговыми движениями пальцев начал поглаживать мгновенно откликающуюся на его прикосновения девушку сквозь тонкую ткань ее свитера.