Наставник для Веры (СИ) - Ланская Алина - Страница 37

— Не все. — Марк ласково поцеловал меня в макушку. — Многое здесь в Москве у коллег одолжил, а это… — Он кивнул на кипу распечаток. — Так я кое-что печатаю из того, что мои ребята присылают.

— Получается, ты всегда вот так работаешь?

— Не всегда, но мне нравится мое дело. Я обещал тебе снова съездить в Завидово.

— Было бы здорово, но я все понимаю.

— Что понимаешь?

— Вот это все, у тебя свой мир, свои дела и обязательства.

— Я обещал, и мы съездим. Как только потеплеет и перестанут лить дожди. В Москве, говорят, всегда теплый конец августа и начало сентября.

— А еще октябрь.

Но ты наверняка уже к тому моменту будешь читать лекции где-то очень далеко от деревни Алехино. Я знаю, что об этом не нужно думать и накручивать себя, но дурацкие мысли все равно лезут, заразы! И как тут не переживать? Инфантильно, да, я знаю, но как же хочется вот как сейчас жить в этом уютном домике вместе с Марком, гулять по вечерам, вместе ездить за продуктами, рисовать макеты, спорить с заказчиками, потом ругать их про себя и соглашаться делать так, как они хотят. А вечером на кухне помогать Марку готовить ужин. А потом поедать всю его вкуснятину на веранде. И отмахиваться от комарья!

А ночью… Я еще сильнее прижалась к своему великану и тут же ощутила ответную реакцию. Никогда не представляла, что вообще могу так чувствовать. Думала, что Влад отбил у меня весь интерес к мужчинам.

— Вера… — Рука Марка замерла на моей пояснице. — Ты уверена? Не передумала?

— Нет, но очень не хочу этого делать.

— Я с тобой поеду.

— А работа? Спасибо. Без тебя я бы туда не сунулась.

— Полдня ничего не решат.

С тех пор как мы отдали флешку, прошло уже четыре дня. И это были самые счастливые дни в моей жизни. Без всякого пафоса, объективно. И тем невыносимее мне было знать, что я по-прежнему чужая жена и ношу чужую фамилию. Словно ошейник на шее постоянно сжимался и не давал дышать, стоило только вспомнить про Полетаева.

Я хочу поехать в город и подать заявление на развод. Марк вообще предложил оформить все онлайн, но я отказалась. Во-первых, «учетка» на «Госуслугах» осталась на домашнем ноуте, пароля я не помнила. А во-вторых, я хотела сама пойти в тот загс, где нас расписывали, и лично подать заявление. И забрать свои вещи из квартиры. Если Влад не сменил замки и не повыбрасывал все.

— С любым человеком можно договориться, — успокаивающе произнес Марк. — Я сам поговорю с твоим мужем, если придется.

— Влад бешеный, он что угодно может выкинуть. Я точно могу все вещи привезти сюда?

— Разумеется. Не стоит так переживать.

— Я даже альбом с мамиными фотографиями не забрала, так сбежать торопилась. А если он их…

— Собирайся, — решительно сказал великан, заставив меня встать. — Дай-ка мне его номер, я ему сам наберу.

Утром я собрала в охапку все свое мужество и позвонила Вадику. Дважды. Вне зоны действия. Рано или поздно мне все равно придется с ним поговорить, но сегодня я была рада, что он не ответил.

— Отключен мобильный. — Великан пожал плечами. — Значит, приедем без приглашения.

Всю дорогу нервно кручу в руках свою «Нокию». Марк предлагал мне сменить ее на нормальный смартфон, но я отказалась. До сих пор не расплатилась с ним за планшет, я и так живу в его доме и на его деньги. Получается, что, как с Владом, за его счет.

— Значит, вы все рядом живете, верно? — спрашивает Марк, поворачивая на Ленинградку. — И ты, и Агата, и твоя тетка.

— И моя свекровь тоже. — Отвожу взгляд от великана. — С ней мы вообще в одном доме жили. Каждый день к нам приходила, проверяла, как мы.

Точнее, как я ухаживаю за ее сыном.

— А тетка твоя, значит, на соседней улице?

— Да, а вот в этом доме мы с мамой жили. — Показываю я на нашу старую панель. — До сих пор не могу на него спокойно смотреть. Вот здесь останови, пожалуйста. Дальше лучше пешком.

Как будто и не уезжала — ничего вокруг не изменилось: те же машины на дороге припаркованы, те же мамы с колясками на детских площадках, вокруг все зелено и красиво. У нас хороший район, все чисто и убрано. Но идти в дом, который два года был мне как тюрьма, совсем не хочется.

— Будешь ему еще раз звонить?

— Нет, да и пришло бы уведомление, что он в сети.

Марк спокойно рассматривает наш дом, разумеется, привлекая к себе внимание. Здороваюсь с двумя старушками из соседнего подъезда — ну точно донесут Вадику или свекрови. Или им обоим. Бабки не останавливаются, быстро проходят мимо, а потом, не выдержав, оглядываются на нас с великаном. Захотелось им, как недавно Кощею, показать язык. Вот же сплетницы!

— Тогда пойдем.

Марк взял меня за руку и повел вперед, безошибочно определив нужный нам подъезд. А я все головой вертела по сторонам, ожидая, что вот-вот увижу Вадика или Агату. Или тетку. Свекровь обычно перед новым учебным годом в Греции отдыхает, наверное, и в этот раз уехала.

— Я подумал, — вполголоса произнес Марк, — раз твой муж вне зоны действия, может, до сих пор скрывается? Чужие секреты продать не смог, а долги-то остались.

— Может. Я буду очень плохой, если скажу, что мне плевать, что с ним и где он?

Марк ухмыльнулся и ничего не сказал, зато отобрал у меня ключи и уверенным движением открыл верхний замок.

— Ого! Не поменял, значит.

Через пять секунд я уже стояла в своей бывшей квартире и, не будь рядом Марка, дала бы деру отсюда. Желание забрать отсюда свою одежду, обувь, альбом с фотографиями, учебники, книги, косметику в момент улетучилось. Но альбом с мамиными фотографиями и свидетельство о браке надо взять обязательно.

Я сделала глубокий вдох и чуть не поперхнулась: ощущение, что воздуха в квартире не осталось.

— Похоже, здесь никто давно не жил, — озвучил мои мысли великан. Он равнодушно смотрел на дорогой ремонт, который Вадим закончил делать всего полгода назад. — Давай забирай, что тебе нужно, и дальше поедем.

Я только направилась к своей бывшей спальне, как вдруг за спиной раздались торопливые шаги.

— Ничего она отсюда не заберет, мерзавка! — раздался знакомый голос. — Полиция уже едет. И ты, наконец, сядешь в тюрьму, дрянь такая! Там тебе и место!

Глава 42

Я только направилась к своей бывшей спальне, как вдруг за спиной раздались торопливые шаги.

Она влетела в квартиру, как фурия, кажется, даже Марка не заметила. Да, похоже, Греция в этом году отменилась.

— Что ты здесь забыла? Как вообще посмела сюда заявиться?! Быстро отдала ключи!

Такой злобной я свою свекровь никогда еще не видела. И так она прежде со мной не разговаривала. Обычно это был небрежный холодный тон, словно одолжение делает, вспоминая о моем существовании, а тут…

— Здравствуйте, Мария Андреевна. — Прижимаюсь к косяку двери. — Можно не кричать?

Смотрю поверх нее на Марка, который стоит за ее спиной, скрестив руки. Как же неприятно, когда тебя оскорбляют в присутствии человека, в которого ты влюблена.

— Не кричать? Не кричать! Да все знают, что ты сделала! Воровка! Сына моего подставила, дрянь, а сама сбежала! Думаешь, никто не знает?!

— И все же я закрою дверь, — раздался спокойный голос Марка. — Ни к чему здесь зрители.

— А вы еще кто такой? — надменно спросила свекровь.

Вида великана она не испугалась, она вообще не робкого десятка. И по характеру, и по внешнему виду — высокая дородная женщина с жестким волевым лицом. Настоящая генеральша. Везде и всегда привыкла командовать. За те две недели, что мы не виделись, ничего в моей свекрови не изменилось, разве только бриллиантовые кольца исчезли с пальцев.

— Меня зовут Марк, я друг Веры, — мирно, но без привычной мне улыбки произнес профессор.

— Друг?! — презрительно фыркнула свекровь, а я уже в десятый раз за эти пару минут пожалела, что притащилась сюда, да еще и Марка позвала. — Этот?

Она бросила уничижительный взгляд на Марка, а он не то что взгляда не отвел — вообще никак не отреагировал. Марь Андревна продолжала сверлить глазами безмятежного великана, но тот и с места не сдвинулся. Наконец, свекровь снова обернулась ко мне.