Задорная мандаринка (СИ) - Март Амалия - Страница 34

С костюмом все было гораздо проще — черный классический смокинг есть, красный кушак, в комплекте с бабочкой в тон, давно приобретен. Вообще, идея стран мира для корпоратива показалась мне сначала скучноватой, но ровно до того момента, как я узнал, что маркетингу досталась Бразилия. Ведь это, без преувеличения, моя любимая страна! Какие там карнавалы, какие там женщины…Собственно, этими двумя фактами мои знания об этой стране и ограничиваются, но место, где фигуристые женщины, не стесняясь, подчёркивают свои достоинства минимумом одежды, просто не может быть плохим! Вот женюсь на Мандаринке и укатим с ней в свадебное путешествие в Бразилию, как раз к карнавалу!

В мечтах о рыжей, чьи достоинства я смогу оценить уже сегодня с близкого расстояния, остаток дня проходит незаметно. Я все гадаю, что же наденет проказница! Но, чтобы это ни было, уверен, она затмит всех.

Когда добираюсь до лофта, который сняли для торжества, корпоратив уже находится в самом разгаре. В центре зала отплясывают заметно повеселевшие коллеги под модный трек. Часть гостей, в большинстве своем бедные айтишники, попавшие с Шотландией в неудобное положение, сидят за столами и пялятся в гаджеты, изредка прерываясь на бравые тосты. Блин, ребята, вы что ослепли и не видите полуголых девиц из маркетинга, готовых сегодня на все? Часть народа вижу на втором ярусе в открытом баре, среди которых сразу высматриваю Летунова с женой, потягивающих вино. Но Мандаринки нигде нет.

Бегу по дизайнерской лестнице к бару, чтобы с пролета лучше рассмотреть танцпол и среди всех этих блесток и ярких пятен увидеть ту самую, ради которой…

Приветствую друга рукопожатием, Олю кивком головы. И спрашиваю с дурацкой улыбкой:

— Где Мандаринка?

Оля кивает головой на танцпол, пытаясь скрыть усмешку от моего нелепого влюбленного вида. Я всматриваюсь в толпу и вижу ее.

Сердце стучит как заведенное, отдаваясь набатом в ушах. Богиня, нимфа, бестия вернулась. Те образы в алом платье, нежно лелеемые мной все это время, теперь нагло отодвинуты в темный уголок подсознания. Потому что то, что я вижу сейчас — запомню до конца своей жизни. Умопомрачительно красивая, фантастически гибкая, изумительно лучезарная, она покоряет танцпол. На фоне остальных девушек, не постеснявшихся выставить все, что у них имеется на обозрение коллег, Мандаринка одета скромно, но в тоже время так, что мне хочется немедленно прикрыть ее своим пиджаком от посторонних глаз.

Оголенные плечи, небольшая полоска кожи на животе и идеальные ноги вызывают больше неприличных фантазий, чем если бы она оголила грудь. Красная помада на ее пухлых губах вызывает немедленный прилив настроения туда, куда не должно в приличном обществе. Я не могу отвести взгляд от ее плавных движений в такт музыке и полуулыбки на губах. Я хочу запомнить каждую деталь в ней, чтобы потом я мог в любое время достать их из недр своей памяти и оживить серые будни.

— Мандаринка, — просто выдыхаю я с воздухом, шепчу, но она словно слышит, чувствует мое присутствие, и поднимает свои глаза вверх.

Наши взгляды скрещиваются, и я жду ее реакции, секунду, две, десять… Тело сковывает от напряжения, в горле комок нервов, грозящий перерасти в болезненный хохот, но я улыбаюсь, и она улыбается мне в ответ. Я начинаю спуск с лестницы, не отрывая от нее глаз, она двигается в такт мелодии, что только что сменилась и следит за каждым моим шагом, сделанным в ее направлении. Как в дурацких фильмах, люди вокруг словно растворяются и вот есть только я, она, и слова песни, странной настолько же, как и наши с Мандаринкой отношения. Проникают мне в голову, связываются с моими собственными мыслями и вот я уже:

"Ведь мы с тобою дружим, а может быть и любим

Я до конца не знаю, тебя не понимаю

Когда я обнимаю — я чувствую, страдаю

И с этим засыпаю, и очень часто с краю

И между нами вьюга — пришла из ниоткуда

Ведь я такой хороший, поэтому не брошу

Ой, детка между нами, в-в-временами

Вот веет холодами, х-х-холодами

Ой, детка между нами, в-в-временами

Вот веет холодами, х-х-холодами

Приближаюсь к Мандаринке так близко, что чувствую ее запах — ваниль, корица, кокос. Вдыхаю сладкий аромат на полную, не оставляя и шанса кислороду. Протягиваю ей букет, она звонко смеётся, глядя на него. В серых омутах пляшут задорные огоньки, которых я прежде не видел. Мы молчим, потому что так кажется правильным, и только дурацкие слова песни, которые Мандаринка повторяет одними губами, застывают между нами.

"Скажи мне, что ты хочешь — и может этой ночью,

Мы станем еще ближе. Я слышу, как ты дышишь."

Поворачиваю голову в сторону сцены и вижу, что Марк, который даже после моей дурацкой выходки, все еще играет на моей стороне, уже заказывает для нас специальную песню. Эта песня — знак всем задействованным людям выйти на танцпол, остальных она сгонит, своим медленным темпом. Мы с Мандарикой так и стоим напротив друг друга в полном молчании, смотря друг другу в глаза, но не прикасаясь, когда зал заполняют парочки для неспешного танца.

Вокруг нас двигаются люди, нас обвивают слова песни, кричащей, что ничего нет сильнее любви, из рук Инны исчезает букет, переходя в руки ее подруги, а я протягиваю ей ладонь, приглашая разделить со мной этот момент. Ее теплые пальчики касаются меня, и электрический ток прошибает все тело, скручиваясь узлом на сердце. Я притягиваю рыжую нимфу в свои объятия, кладу одну руку на ее обнаженную поясницу и веду в медленном танце. Постепенно люди вокруг начинают застывать на месте, и спустя всего один куплет мы остаемся единственными, кто движется. Мандаринка непонимающе вертит головой, и я вижу, как вопросы готовы сорваться с ее губ, но я не даю, начиная свой монолог:

— Когда ты со мной, весь мир замирает. — Говорю от всего сердца, стремясь достучаться до ее. — Ты заполняешь собой все пространство, весь мой разум, всю душу, отодвигая на задний план все и всех, кроме тебя. Ты безумная, странная, дикая, но я готов играть с тобой в любые игры, потому что не хочу снова становиться нормальным. Буду сумасшедшим, идиотом, скотом и кем ты там ещё придумаешь, лишь бы с тобой, рядом. Ты знаешь, что это волшебство? Новогоднее чудо. Магия. Быть с тобой, касаться тебя, вдыхать. Твой запах окутывает, пленяя. Твой взгляд…я так не ждал Нового года в детстве, как мгновения, когда ты посмотришь на меня. Мандаринка…моя Мандаринка! Ты будешь? Будешь моей?

Смотрю в глаза цвета арктических льдов и ищу там ответы. Она не говорит это словами, но соглашается взглядом, смотря на меня; губами, когда касается моих; ладонями, обвивающими шею. Вокруг нас раздаются дурацкие аплодисменты, словно я только что сделал предложение, не меньше, но они не раздражают. Мандаринка улыбается от такого внимания к себе, смущается, пряча лицо у меня на плече. И продолжает молчать. Кажется это ее личный рекорд по количеству не произнесенных слов, а может, я просто впервые вижу ее по-настоящему счастливой. А для этого ведь не нужны слова, так?

Мы много смеемся, танцуем, пьем шампанское. Она несёт какую-то ерунду про ёжиков, а я ничего не понимаю, потому что ощущаю себя опьяненным от одного только чувства, что игра, наконец-то, закончена. И так просто, что даже не понадобились запасные планы! Мандаринка теперь моя. Моя.

В какой-то момент наши взгляды становятся горячее, прикосновения откровеннее, а разговор сворачивает в интимное русло. Богиня шепчет, как мечтает снять с меня все, кроме этой красной бабочки и я еле сдерживаюсь, чтобы не начать раздевать ее прямо у бара на втором этаже. Хочу уже вызвать такси, чтобы максимально быстро доставить ее в свое логово и исполнить все, что она пожелает, но она тянет меня в сторону дверей за барной стойкой. За первой же дверью темно и пусто и Мандаринка без колебаний заталкивает меня туда, набрасываясь со страстными поцелуями. Она немного пьяна и от этого совершенно не контролирует себя, отчего я просто слетаю с тормозов и набрасываюсь на нее, как изголодавшийся зверь. Я и есть изголодавшийся, почти уже месяц как, с тех пор, как мои мысли заняла одна непокорная нимфа.