(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа (СИ) - Гур Анна - Страница 15

- Они играли. Не поделили игрушку и… но тут дело в другом… До этого Алексей похвастался ей, что этого робота подарил ему папа…

Хмурюсь. Не нравится то, к чему ведет воспитательница.

- Что вы имеете в виду? Вы думаете Маша ударила его из-за этого?! Из – за того, что игрушку подарил отец?!

Меня от негодования даже трясти начинает. Бросаю взгляд на свою дочку, которая сама одевает обувь. Смотрю на два хвостика, пушистые и темные, как у ее отца и больно становится…

- Послушайте, Яна Сергеевна, я понимаю, что вы воспитываете ребенка одна, - начинает свою пламенную речь воспитательница, но я ей разойтись не даю.

- Нет. Это вы меня послушайте, Ирина Александровна, я обязательно поговорю с дочкой и объясню ей, что драться нельзя, но я так же и проговорю с ней момент из-за чего она ударила. Я уверенна, что это недоразумение.

Женщина кивает, а затем глаза прячет.

- Мама Алексея решила написать претензию по поводу произошедшего на имя директора…

Припоминаю что за там фифа в матерях Алексея числится. По местным масштабам зажиточная богатенькая семья, владеющая сетью магазинчиков.

- Я просто… просто хотела вас предупредить, что вопрос будут рассматривать и… я хочу вас предостеречь. В общем мое мнение о сложившейся ситуации….

Ирина Александровна краснеет. Вижу испарину на лбу.

- Я не могла не сказать о произошедшем, понимаете?

Перескакивает с мысли на мысль. С оправдания на оправдание, а у меня душа все больше выворачивается, потому что неладное чувствую.

- Яна Сергеевна, вы меня понимаете? – заглядывает мне в глаза, и я киваю.

- Конечно понимаю, что дочь ударила, но ведь Мася у меня мирный ребенок, да и в конце концов она все же девочка, а Алексей крупный ребенок, я уверенна, что все можно разрешить, я поговорю с дочкой, объясню еще раз, что все вопросы нужно решать словами. Я так и воспитываю своего ребенка…

- Я знаю, Яна Сергеевна, но…

С каждым словом воспитательницы у меня земля будто из-под ног уходит. Опять смотрю на свою малышку, на то, как она забирает из шкафчика свой рюкзачок, как прижимает к груди любимую игрушку.

Я кусаю губы и смотрю в светлые глаза воспитательницы, которая нервно одергивает платье. Зарплата в этом садике насколько мне известно весьма приличная и все держаться за места, учитывая кризисную ситуацию во всем крае.

Теперь, после прослушивания новостей становится более понятна вечная задержка зарплат и прочее, но все же я сама преподаватель и понимаю, как ты привыкаешь к своим детям, к кабинету, словом по взвинченности Ирины Александровны становится понятно, что она так же опасается за себя.

Опять смотрю на дочь.

- Ирина Александровна, вы ведь знаете Машу, она - добрая девочка, Как бы там не было, я доберусь до причин. Не могла она ударить просто так…

Но воспитательница меня уже не слушает. Она опускает взгляд в пол и оглушает меня резким:

- Яна Сергеевна. Мама Алексея Евгения Анатольевна хочет добиться исключения Маши.

24

-Что за бред, - отвечаю поморщившись, - это ведь детский сад и это дети! У меня ребенок спокойный, никогда ничего такого не происходило, должно быть разумное объяснение подобному, да и о каком исключении может быть речь?!

Воспитательница вздыхает тяжело.

- Я все понимаю, Яна Сергеевна, вы правы, но… словом, я просто предупредила вас, чтобы вы были в курсе того, что происходит. Может и не исключит директор, но мама Алексея была настроена воинственно.

Киваю. Больше мне действительно сказать нечего.

- Беспредел какой-то…

Воспитательница ничего не отвечает, пожимает плечами, а я понимаю, что здесь видимо местные царьки разбушевались, но сидеть сложа руки я не буду.

Позвоню женщине и поговорю. Но для начала выясню все с дочкой.

Когда подхожу к Масечке, опускаюсь на корточки, заглядываю в родные глаза.

- Что случилось, маленькая моя? Почему ударила Алексея?

Девочка поджимает губки, а я выдыхаю и помогаю ей с туфелькой. Беру за руку, и мы уходим из детского сада. Быстро доходим до машины, я усаживаю мое золотко в специальное кресло. Плавно стартую. Включаю детское радио.

У Маси отцовский характер. Поэтому даю малышке чуточку остыть, собраться с мыслями и спустя какое-то время слышу ее тонкий голосок.

- Мама, плости… я… я удалила…

- Почему, моя золотая?

Кошусь на доченьку. С двумя темными хвостиками, с губками бантиком, моя малышка такая красивая… но в чертах она копия Михаила.

Вот смотрю на нее, а его вижу. Тяжело. Очень тяжело видеть рядом с собой копию человека, который причинил страшную боль, но вместе с тем моя маленькая девочка – мое чудо.

- Он сказал, что иглушку ему папа купил, а у меня папы нет, что я безпапная гулюная…

- Что? – даже сначала не понимаю слово, которое дочка говорит, оно явно не из детского лексикона.

- Ну… он сказал, что… что у меня папы нет и ты меня в подоле… что не нужная я папе…

Дочка хмурится. Шмыгает носом, а у меня сердце обливается кровью. Понимаю, что за слово она не поняла – нагулянная…

Облизываю враз пересохшие губы. Мальчишка сказал то, что явно дома слышал. К мамаше Алексей у меня все больше вопросов появляется.

Сжимаю с силой руль и говорю своей девочке.

- Ты мне нужна! И бабушка с дедушкой тебя очень любят, Масечка моя…

Доезжаем до дома в молчании. Паркуюсь и поворачиваюсь к дочке, а она смотрит на меня своими большими глазами и спрашивает, а по щекам слезы текут:

- А где мой папа? Хочу, чтобы он плишел в садик и, чтобы все увидели какой он у меня класивый…

Только не плакать. Только не плакать. Обнимаю дочку. Прижимаю к груди. Если бы она знала какой красивый Михаил, какой брутальный и как она на него похожа…

Вдыхаю самый вкусный запах моей доченьки, она пахнет сладкой ватой и счастьем с нотками грусти сейчас.

- Бабушка тебе куколку купила, ту, что ты так хотела… - говорю, чтобы дочку свою сбить с тяжелых мыслей, сразу же заглядывает мне в глаза.

- Русалочку? - улыбка играет на губах.

Хорошо быть ребенком, долго грустить не получается и в этом счастье. Киваю и малышка ерзает в нетерпении.

- Ма, пойдем к бабушке!

Я выхожу из машины, забираю дочку. Мы с моими родителями живем в том же доме. Я сняла рядом с ними однушку. Все же хочется немного своего личного пространства. Да и дочу к ним посылаю, когда поработать на дому нужно.

Получилось удачно, когда начала подрабатывать репетиторством, было неудобно звать студентов в нашу квартирку с маленьким ребенком, а соседка как раз решила сдать свою, вот я и вовремя успела.

Поначалу использовала для занятий со студентами, потом, чтобы чуточку передохнуть, сбежать на пол часика от вопросов мамы, от беспокойства ее и прочего, а потом мы с Масечкой плавно переехали.

Сейчас дочка часто остается у моих, а я работаю. Вот, чтобы грант получить пришлось провести не один месяц в трудах, часто ночами занималась исследованием и помощь моей мамы была как никогда кстати.

Мы входим в старенький подъезд. Здороваюсь с Валерией Анатольевной, соседкой нашей.

Здесь все друг друга знают. Меня многие с пеленок.

Сразу же как подходим, дочка начинает барабанить по двери.

- Это кто пришел?! Чье чудо в перышках?!- с порога мамочка сразу же берет внучку на руки, целует в щечки, уводит ее умываться.

А моя Масечка на весь дом кричит, что знает про куклу.

Мы ее купили, чтобы потом на праздник подарить, но вот сейчас тот самый случай, когда нужно. Мама моя полностью забирает на себя хлопоты, а я… я сажусь на диван и в руках оказывается рисунок Маси. Смотрю на детскую фантазию, где она отца своего за руку держит и слезы катятся по щекам, а мама рядом со мной садится на диван.

- Что случилось, Яночка?

Смотрю в лицо дорогого человека. Мама у меня худенькая, волосы назад зачесаны. Платье в ромашку домашнее. Родная такая.

Не выдерживаю и обнимаю ее, лицо на груди прячу и плачу.