Тайная дочь. Исправить ошибки прошлого (СИ) - Оун Дена - Страница 14

— Нет, Дим, правда! Тем более, я себя не очень хорошо чувсвую, после прошедшей ночи. Чувствуется это напряжение, между нами. — Совру, если скажу, что ляпнула это не специально. Да! Мне безумно хотелось увидеть огромные глаза Анжелики, чего я, собственно, и добилась.

— А что было ночью? — Тут же встрепенулась девушка. Глаза забегали, а волосы на голове встали дыбом. Кошечка начала злиться и переживать? И почему меня это так забавляет?

— Ревнуешь? — Вырывается, прежде чем я успеваю подумать.

— К кому? К тебе что ли? Не смеши. — Напирает голосом, расправляет за спиной огромные крылья хищницы. Ещё немного и вцепится в горло своими когтями на руках. Разве в её работе не запрещена такая длина ногтей?

— Ладно, поехали в офис, а там уже решим на месте что делать. — Подхватывает меня за локоть Сухарев и толкает в сторону выхода.

— Дим, она пусть идёт, а ты задержись. Поговорить надо. — Не унимается невеста. Таким ещё командным голосом говорит, как будто знает, что Дмитрий не ослушается. Останется.

— Лика, мы спешим.

— А я много времени и не займу.

Дима вкладывает в мою руку ключи от внедорожника и просит завести машину, пока он перекинется парочкой фраз с Анжеликой. И я, как послушная девочка, залезаю в джип, завожу его и начинаю прожигать взглядом входную дверь.

Парочкой слов можно было уже обмолвиться. Выходи!

Сухарев никогда не отличался нежностью, я, конечно, полагаю, что за почти пятнадцать лет, он мог стать жёстче и грубее, но, чтобы настолько? Анжелика его невеста, а я не увидела ни доли теплоты от него в её сторону. Как будто два чужих друг другу человека. Она любит, а он…

Попахивает какой-то фикцией.

Наблюдала я уже такую картину. Когда подружка моя влюбилась в богатого мужика и он предложил ей фиктивный брак, вместо слов любви. Естественно, богатей имел свои корыстные цели. Но наивная Вера полагала, что сможет расположить мужика к себе и тот, не захочет её отпускать.

В итоге — развод через год. Круглая сумма в конверте и разбитое сердце у девушки.

Её мужик был непробиваемый, холодный, дикий… И сейчас я вижу тоже самое в Диме.

И, конечно, я буду настоящей врушкой, если скажу, что мне жаль Лику. Нет. Наоборот, эта мысль как-то странно греет душу, зарождая внутри маленькую надежду.

Надежду на что? На кой чёрт мне вообще сдался Сухарев? Идиотка. Ей Богу!

Беру в руки телефон и набираю номер подруги. Она мне не перезвонила, как и не ответила на СМС. Гудок за гудком, а затем я слышу сонный, но счастливый голос.

— Машка, я выхожу на новый уровень!

— Что? — Растерялась я. Понятия не имею о чём она.

— Короче… Поехала я покутить* немного. Стресс снять, все дела! И встретила его!!! — Слышу хруст простыней. Мелкие шажки и щелчок двери. — Такой красивый, загорелый и зрелый мужчина! Ц! — Цокает довольно языком. — Ну моя мечта!

— Мечтательница, ты о Ксюше не забыла? Она переживает.

— Ой. — Испуганно ойкает.

— И это ты мне ещё рассказывала о разрушенной мной психике дочери? — Подшучивают над Верой.

— Наберу ей, как только с тобой поговорим. — Говорит, как будто бы успокаивая саму себя.

— Не забывай про то, что ты осталась за старшую. Ксюша, конечно, взрослая девочка, но она по-прежнему ещё ребёнок.

— Блин, да Стас такой волшебник просто! Я аж позабыла имя своё и какой сейчас год! Закрутил, завертел, обласкал… — Снова шуршит чем-то, после включает воду и решает поинтересоваться моими делами. — У тебя там как обстановочка? Располагает? — Хихикает.

— Это смешно, но в Анталии помимо нас с Сухаревы ещё находятся его невеста и Алекс.

— А они там что забыли? — Искренне и удивляется Вера, а это обозначает только одно, никакой съёмки не намечается. Это был просто предлог приехать.

— Говорят, что съёмки.

— Пф… — Прыскает слюной подруга и подтверждает мои догадки. — По контракту, они не могут сотрудничать с другими агенствами. И если я ничего не слышала об этой съёмке, соответственно её нет. А я ещё думаю, чего это Алекс так яро вытягивает из меня информацию о тебе, а эта вульгарная девица у Егорыча отпуск выпрашивает. Мешать удумали. — Ворчит недовольно. — Воспользуешься этой ситуацией?

Смотрю на выходящего из дома Сухарева. Руки сжаты в кулаки, брови нахмурены, а ноздри то и дело раздуваются. Злой. Ужасно злой. Что ему сказала Лика? О чём был их диалог?

— Не знаю ещё, ладно, позвони ребёнку и успокой её. А мне пора.

— Ой, я что, Ксеню не знаю? — Даже и не думает прощаться подруга. — Её не я сама интересую, а насколько долгим будет моё отсутствие. Сейчас будет спрашивать, во сколько я приеду домой, чтобы незаметно для всех понежиться со своим Женьком.

— Женька на пушечное расстояние к квартире не подпускать. — Не то, чтобы я была против отношений Жени и Ксюши, просто не доверяю ему. Тем более, когда я нахожусь далеко и не смогу прийти дочери на помощь.

— Мои запреты вряд ли остановят двух влюблённых, вспомни себя. Но сделаю всё, что в моих силах. А ты пока, пользуйся возможностью. Пощекочи Димке нервы! Поиграй с ним. Так сказать, месть за боль, что он тебе принёс в далёком прошлом.

Отключаю вызов и смотрю на Сухарева. Стоит ли прислушаться к Вере? Нужна ли эта игра? Ведь играя с мужчиной, можно ненароком самой попасть в свои же сети. Да и возраст уже немного не тот, чтобы так себя вести. Или же возраст тут ни при чём?

__________

*Кутить — Вести беспорядочную, разгульную жизнь; проводить время в шумных попойках

15 — глава

Мы доезжаем до офиса в полной тишине. Сухарев, насупившись, смотрит прямо перед собой, постоянно думая о чём-то…или о ком-то. После разговора с Ликой, его поведение в корне изменилось. Как будто она только что раскрыла ему вселенский заговор и мужчина вот-вот взорвётся от полученной информации.

— Дим, всё в порядке? — Наконец-то обрываю нить молчания. Он переводит на меня строгий взгляд, от которого я леденею. Сухарев так и кричит: «-Не лезь, Пташка!», но я делаю вид, что не замечаю этого. — Между вами с Анжеликой всё…

— Что ты хочешь услышать? — Обрывает меня на полуслове и устало потирает переносицу. Отодвинув стул на колёсиках, Дима плюхается в него. — Я бы хотел, чтобы между мной и Анжеликой не было ничего, но, есть вещи, которые требуют времени и разбирательств.

Он как будто извиняется передо мной за что-то. Его взгляд, голос…

— Хотел бы? Значит между вами не всё так гладко? — Ликую внутри от услышанного, но себя не выдаю. Голос звучит непосредственно, как будто мне всё равно на его ответ.

— Да, Пташка. Между мной и ней много углов. — Подтверждает Сухарев, а затем, будто бы по щелчку расслабляется. На лице его появляется нахальная ухмылка, от которой моё тело покрывается раскалённой лавой. — Пташка, есть вопрос. Ты что ночью в моей комнате забыла?

— Хрипел. Ты. — Тут же ляпаю. Голос звучит громче, чем следовало, что меня выдаёт с потрохами. Делаю глубокий вдох и выдох, а затем говорю, как есть. В самом деле, что за поведение подростка? Мне кажется, Ксюша ведёт себя намного разумнее, чем её взбалмошная мать. — Считай помутнение рассудка было. Захотела на тебя посмотреть — посмотрела.

Как только срывается это с моих губ, на лице Сухарева появляется довольная улыбка чеширского кота. Гад. Так и чувсвую, как по моим щекам, маленькими иголочками, расползается румянец. Только Дима мог меня вогнать в краску при этом ничего не делая.

— Давай уже по работе. — Фыркаю и прохожу к столу, на котором лежат бумаги с моими чертежами.

— Что ты хотела сделать, Маша? — Вгоняет колом в сердце вопрос.

— Что? — Теряюсь моментально. Тяжело сразу уловить, что мужчина имеет ввиду. Рядом с ним, я в принципе становлюсь очень рассеянной. Но сердце почему-то предательски колотится о рёбра.

— Только посмотреть? Могла бы это сделать, не заходя в комнату. — Резко поднимается с кресла и напирает на меня. Я же машинально отступаю назад, пока не упираюсь поясницей в стол. Сухарев с полу ухмылкой на лице, ставит руки по обе стороны от меня и нежно обжигает дыханием чувствительное местечко около уха. — Что ты хотела сделать, Маша?