Выбирай (СИ) - Коваль Алекс - Страница 64

Дальше сидеть и копаться в бумагах не вижу смысла, к тому же время поджимает. Накидываю пиджак и на доли секунды замираю у окна, поглядывая на хмурое небо. Похоже, сегодня-таки соберется долгожданная гроза. Духота последних дней в каменных джунглях убивает. Да и вообще я бы не отказался от поездки к морю. Как известно, оно имеет свойство умиротворять. А мне это сейчас просто необходимо.

“-Ма-а-акс! – слышу из кухни хитрый голосок.

– М-м-м? – едва успеваю кинуть взгляд на вход в спальню, как тут же влетает Катерина с улыбкой на губах и смешным хвостиком на макушке, из которого забавно торчат выбившиеся короткие темные пряди.

Ох, в этих мини-мини шортиках и шелковом топе, что так вызывающе обтягивает упругую грудь, оголяя слишком много, лучше бы ей вообще на глаза мне не попадаться.

– Вопрос! – заползает ко мне под бок моя хрупкая брюнеточка, бессовестно отвлекая от нудной работы, заваливая на широкой кровати на спину и забираясь на меня верхом.

Вот черт, она точно издевается.

– Стельмах мне открутит голову, если я не отправлю ему сейчас же отчеты по клубу, – тяну ладони и запускаю их под майку, касаясь нежной кожи девушки, которая тут же покрывается мурашками. Но насладиться мне таким крутым моментом не дают, ударив по рукам.

– Я к тебе с серьезным вопросом! Руки прочь…

Выдаю то ли стон, то ли вдох, но покорно закладываю руки за голову, чувствуя, что рискую поругаться с другом, так как отпустить после ее “серьезного вопроса” спокойно точно не смогу.

– У тебя две минуты, детка.

– Почему две? А что будет потом? – взлетает идеальная бровка в ответ на мою реплику. Ох, Кати, однажды она убьет меня своей почти детской невинностью и фантастической простотой.

– Ты девочка большая, подумай сама… – обхватываю за затылок и тяну к себе свою вредину.

– Поедем к моим родителям? – упирается ладошками мне в грудь Кати, – я… хочу тебя с ними познакомить, – говорит тихо и неуверенно, очаровывая своими невероятными шоколадными глазами.

А я, кажется, даже растерялся от такого вопроса. Ни разу она не поднимала тему своих родителей и уж тем более не говорила, что хотела бы нас представить друг другу. И это выбивает из колеи, теплом отзываясь в груди.

– Я не настаиваю, – по-своему толкует мое молчание девушка и обхватывает ладошками мое лицо, аккуратно целуя в уголок губ. – Просто мы могли бы… взять небольшой отпуск и съездить к ним… там рядом море и пляж, и… Макс, не молчи…”

Не молчал. В тот момент я, наверное, был счастливей всех счастливых и живее всех живых. Вот только до родителей ее мы так и не доехали. Через неделю случилось то, что случилось.

Захлопываю ноут и спешу на выход, в пороге останавливаюсь, получив СМС от Стельмаха:

“Гай, сегодня не жди. Буду на следующей неделе, планы поменялись. Приеду сразу на встречу в область”.

Ясно.

Теперь и торопиться некуда. Снова весь день идет не по плану и нервирует это знатно.

Набираю номер друга, но в ответ мне говорят, что абонент не абонент. Остается только надеяться, что не случилось ничего непредвиденного.

– Максим Александрович, вы уже уходите? – тормозит меня у бара одна из официанток.

– Ухожу, Насть. Если Виктория приедет, скажите, что документы оставил у нее на столе, все подписал и на следующей неделе меня в городе не будет.

– Хорошо, передам. Хорошего вечера! – улыбается девушка, заставляя все-таки обратить на себя внимание. Молоденькая совсем, симпатичная и скромница. Мне кажется, даже сейчас, разговаривая со мной, она трясется… прямо, как Кати.

– Спасибо, – бросаю и давлю из себя улыбку. Только вот последний месяц мои вечера хорошими не бывают. Но работникам знать об этом необязательно.

Уже разворачиваюсь к дверям, чтобы отправиться домой и наконец-то закончить этот длинный день, как взгляд совершенно случайно цепляется за парочку. Посетителей сегодня в зале немного, и почти все столики пусты. Гостей можно по пальцам пересчитать и при желании рассмотреть каждого присутствующего. Но взгляд останавливается именно на одной паре. До боли знакомой. К сожалению.

– Максим Александрович… – как сквозь вату слышу, что меня зовут, но сейчас меня не сдвинуть. Я в состоянии смотреть только на свою Кати, что сидит с этим мудаком Ромкой, держась за руку. Парень что-то ей увлеченно толкует, а моя девчонка сидит смурнее тучи. Даже отсюда, с приличного расстояния, я вижу потухший взгляд и выражение полного безразличия на ее кукольном личике.

В груди болезненно колет. Я мазохист. Я чертов мазохист, коль уж раз за разом разрываю едва залатанную рану на сердце вот такими картинками. Нет бы, перестать терзать себя и свою голову воспоминаниями. Но не могу.

Зато я мог не прийти на выставку. Знал же, что она будет там!

Я мог не забирать портрет. Зачем он мне?

Я мог бы развернуться сейчас и спокойно уйти, оставив ее со своим выбором…

Мог.

Но не ухожу.

Снова в голове всплывают слова Таши. Ее уверенное и упрямое: “Ты сдался”.

Смотрю на Кати, она в легком платье, с ниспадающими на плечи темными волосами, мягкость которых я ощущаю до сих пор на своих руках, и не могу сделать и шага в сторону, прирастая к полу. Все тело парализует.

“Ты сдался, Макс”.

– Дай мне это…

– Что? – удивленно смотрит на меня бармен.

– Лебедя, – киваю в сторону аккуратных птиц, сложенных из белых салфеток, приготовленных официантками для сервировки столиков. – И ручку.

– А-а-а, держите, – передает мне парень одну из птиц как раз в тот момент, как Кати оглядывается и пробегает глазами по залу, словно почуяв мой взгляд на себе.

Вот только меня она при всем своем старании здесь не увидит. Этот ресторан проектировал я сам, и эту половину бара с ее столика практически не видно, а если я еще сделаю шаг в сторону…

Быстрыми движениями ручки пробегаю по белому крылу, оставляя для своей упрямой вредины послание.

Всего одна строчка, одно предложение, которое будет моим последним шагом в нашей истории.

Ставлю лебедя на поднос подошедшей официантки и снимаю с бара одну из бутылок, прекрасно помня, в каком Кати осталась восторге от дорогого игристого в вечер приема.

– Передайте это шампанское за тот столик.

– Хорошо, Максим Александрович, – немного испуганно и даже шокированно смотрят на меня ребята из персонала. Да, ребята, ваш директор – тот еще му… чудак.

– И еще, – останавливаюсь уже в дверях, – их ужин за наш счет. – И, дождавшись кивка в ответ, выхожу, быстрым шагом направляясь к машине.

Уехать. До того, как они получат мой маленький “презент”.

Не сдался, Таша.

После разговора с сестрой и увиденного в ресторане машина будто сама собой несет к дому. Не успеваю сообразить, как с трассы заруливаю в уже знакомый загородный поселок. Еще пара минут, и паркуюсь у ворот. Бросаю машину и, как на автопилоте, иду в дом. Невидящим взглядом обвожу прилегающую к нему территорию и понимаю, что нет. Не могу я его продать. Даже если у него будет судьба пустующего. Он мой.

Захожу в дом, который встречает серостью и звенящей тишиной. Прохожу в полупустую гостиную, в которой успел примоститься пока только новый огромный диван, и первым делом растапливаю камин. Пасмурный день, кажется, проморозил насквозь даже стены.

Все действия на чистых рефлексах. Быстро и неосознанно. И когда в камине начинают уютно потрескивать поленья, плетусь в бар, которым тоже успел обзавестись, достаю из запасов начатую бутылку виски. Расстегиваю верхние пуговицы рубашки, подкатываю рукава и усаживаюсь прямо на пол перед камином. Холодно. И не только снаружи, но и изнутри. Перед глазами все еще картинка из ресторана, которую успел, к сожалению, увидеть. Когда-то за эти тонкие ладошки держался я.

Делаю глоток горячительного прямо из горла и морщусь, когда алкоголь, обжигая, разливается по телу.