Люби в тишине (СИ) - Морейно Аля - Страница 40

- Это что, заразная болячка типа бешенства? Ну вас на фиг! – выкрикивает Сава. И тише добавляет: – Чур меня. Делать им нечего. Подумать только! Двадцать пять лет – и уже хоронят себя для прекрасной половины человечества и плотских утех. Идиоты…

- Вы не откладывайте свадьбу, – реагирует Тимофей. – Оторваться охота. Надеюсь, вы не зажилите тусовку, как эти, – кивает в нашу сторону.

Странные всё-таки друзья у Ковалёва. Кажется, с такими и врагов не надо. Придурки недалёкие – иначе не скажешь об этих двоих.

Я за Таню очень рада. Мы долго обнимаемся, потом договариваемся о встрече на выходных. Она действует на меня успокаивающе, внушает веру, что и я, возможно, когда-нибудь буду такой счастливой.

Наконец-то вечер заканчивается, и мы едем домой.

- Валера, я не понимаю, как ты их терпишь? – спрашиваю в такси.

- Не преувеличивай, они нормальные пацаны. Чувство юмора немного странное, но в целом…

- Сава такие глупости говорит… И девки эти, – выдвигаю аргументы.

- Ну, слушай, каждому своё. Кто-то всю жизнь любит одну-единственную, кто-то предпочитает кратковременные связи с доступными девицами, а кто-то вообще по мужикам. Может, постарше станет, перебесится и поменяет свои взгляды.

- Неужели ты такой же? – вспоминаю поговорку: “Скажи мне, кто твой друг…”

- Я? Я, конечно, не святой. Но вкусы у меня совершенно другие. Подозреваю, что я однолюб, – выдаёт с серьёзным выражением лица. – Но были у меня в жизни моменты, за которые мне не то, чтобы стыдно… Но повторить не хотелось бы.

- Колись, – толкаю его в бок. – Только не говори, что с Савой зажигал, – смеюсь, выдвигая абсурдное предположение.

- Почти.

- Что-о? – от удивления забываю весь словарный запас.

- Мы с ним одновременно шпилили одну и ту же девицу. Отвратительный опыт. Может, если бы она не была моей девушкой, то было бы не так противно. Но по факту, бр-р-р.

- Извращенцы, – всё, на что меня хватает.

А Валера смеётся так громко, что даже таксист оборачивается.

- Не попробуешь – не узнаешь. Вон, Савке с Тимофеем нравится, для них это в порядке вещей.

Неужели он не видит ущербности своих друзей? Впрочем, кто я такая, чтобы диктовать ему, с кем дружить? Радует только, что всё-таки он больше с Марком общается, чем с этими двумя. А Тимофей с Савой появляются на горизонте только во время каких-то вечеринок.

Впрочем, от Валеры я знаю, что Сава сейчас много работает. Его отец расширяется – и он занимается открытием дочерней компании, которая полностью ляжет на его плечи.

Забавно, что все они учились на программистов, а по специальности работает только Марк. И то, неизвестно, как бы сложилась его карьера, если бы отец справедливо поделил своё имущество.

Похоже, все эти наследные принцы обречены продолжать дело отцов, даже если душа лежит совершенно к другому.

- Я на среду родителям пообещал, что мы к ним заедем. У нас небольшой семейный праздник, мы должны присутствовать.

Судя по тону, он и сам нервничает и не горит желанием туда идти. Но он уверяет меня, что они с отцом обсудили все острые вопросы и пришли к общему знаменателю. А потому причин для беспокойства нет.

Я ещё толком не привыкла к наличию в моей жизни мужа, игры в примерную жену меня напрягают… А я не в театре. Не хочу никакие роли. Не хочу фальшивых улыбок и всевозможных колкостей в мой адрес. Хочу жить настоящей жизнью, по своим законам и правилам, а не плясать под чью-то дудку…

Глава 24

- Оль, что с лицом? Что за слёзы? Вроде, всё было нормально, – Валера сидит на кровати и нетерпеливо наблюдает, как я убираю в шкаф наши сегодняшние наряды. – Ну-ка иди сюда, – поднимается мне навстречу.

Мне всё ещё с ним трудно. Слишком мало времени мы вместе, слишком быстро всё происходит… Трудно говорить, открыто выражать свои эмоции и сомнения.

Прячу глаза. Расстроилась из-за предстоящего визита к его родителям. Разумом понимаю, что мне придётся с ними общаться, и это неизбежность. В то же время, я их безумно боюсь, особенно Ковалёва-старшего.

- Зря ты всё это затеял, – выдаю шёпотом.

- Так, с этого места поподробнее, – муж включает командный тон.

- Не вписываюсь я в твой мир и, кажется, никогда не впишусь, – озвучиваю свои переживания. – Родители наверняка в ужасе, что ты со мной. И друзья не в восторге… Да и я с трудом их переношу. Ты говоришь, что надо пойти к твоим на праздник, а я их боюсь! И ничего не могу с собой поделать… А вдруг они что-то против меня затевают?

- Котёнок, – говорит очень мягко, Валера умеет быстро переключать интонации, – а мне и не надо, чтобы ты вписывалась в мой мир, если тебе некомфортно в нём. Я хочу, чтобы мы построили наш общий мир, только наш, где нам обоим будет хорошо. Зачем нам ориентироваться на кого-то за пределами этой квартиры? Я с тобой, ты со мной… Ведь ты со мной? – останавливается, ожидая ответ.

Пожимаю плечами. Не знаю, что сказать. Мне хорошо с ним, спокойно, надёжно. Он мне нравится. Всегда нравился… Но я пока совсем не готова к громким словам и каким-то признаниям.

- Я бы сказал тебе, что “моей огромной любви хватит нам двоим с головою” [1], но я – эгоист. И мне этого критически мало. Мне нужна твоя любовь. Я хочу дышать ею…

- Валера… – не собираюсь его обижать, но как подобрать правильные слова?

- Не говори ничего, просто знай, что ты мне очень нужна. Вся. Не только тело.

Смотрит пристально, будто в самую душу заглядывает пронзительными серыми глазами. Я первая отвожу взгляд.

Молчу. Вместо слов просто прижимаюсь к нему, обвивая руками шею. Валера очень высокий, приходится привстать на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ. Мне нравится с ним целоваться, обожаю, когда он меня обнимает… Тактильный контакт всегда важнее и ценнее вербального, он будто транслирует эмоции напрямую от сердца к сердцу.

Муж подхватывает меня под ягодицы и приподнимает, вынуждая обхватить его ногами, а потом опускает на кровать. Он умеет меня расслабить и заставить забыть обо всём на свете…

Перед визитом к Ковалёвым я нервничаю так сильно, что Валере приходится давать мне успокоительное. Но даже с ним сердцебиение частит, душа не на месте. Нет ни малейшей гарантии, что они не задумали какую-то провокацию.

Всё внутри натянуто как струна. Кажется, что стоит кому-то из хозяев сказать мне одно неосторожное слово, как тонкая металлическая нить лопнет, и я рассыплюсь.

Палисадник у дома пестрит цветами. Здесь всегда очень красиво, но я ничего не замечаю, сконцентрировавшись на своём страхе. Он иррационален и вряд ли имеет под собой серьёзные основания, ведь Валера обещал защищать меня. Но мне не удаётся приказать своей душе не генерировать ощущение ужаса.

Муж от меня почти не отходит, постоянно обнимает. Он – довольно чуткий и легко улавливает мои эмоции, знает, что я кайфую от объятий. Я и сама держусь за него почти мёртвой хваткой, будто за спасательный круг во время шторма.

Родители празднуют двадцать шестую годовщину свадьбы. Прикидываю по датам – когда они женились, невеста уже была в положении. От этого почему-то становится немного легче. Всё-таки не только у нас с Валерой всё не по регламенту, а и его супер-правильные родители в молодости тоже не были святыми.

За столом, кроме Ковалёвых, ещё две пары – близкие друзья семьи, которые были свидетелями на свадьбе и крёстными детей. Они в восторге от Алисы, женщины норовят потискать малышку. Дочь ведёт себя с ними настороженно, но на вопросы отвечает.

Глава семейства меня игнорирует. То ли намеренно, то ли ему и впрямь нет до меня дела, а общение с гостями его интересует куда больше. Такой расклад меня полностью устраивает, потому что снова отбиваться от его нападок я не хочу.

Мама тоже разговаривает в основном с подругами. Отсутствие внимания ко мне кажется хорошим знаком.

- Оленька училась с Валерой на одном факультете, – читаю по губам, что говорит свекровь гостьям. – И теперь она работает программистом.