Брат моего парня (СИ) - Зайцева Кристина - Страница 24

— Зараза! — уронив на колени телефон, я смотрю в окно.

На улице темно. Это нервирует. Как и то, что до дома я добираюсь только в половине восьмого.

Мама выскакивает в коридор, но когда видит меня, уголки ее губ опускаются. В ее руках трубка радиотелефона, на которую она смотрит с лихорадочным блеском в глазах.

— Я позвоню Карповым… — говорит почти сама с собой.

Быстро сбросив ботинки и зашвырнув в угол сумку, начинаю вышагивать рядом.

— Поняла, извини, хорошего вечера… — бормочет она в трубку спустя минуту.

Отрицательно трясет головой, давая мне понять, что этот “след” ложный.

В гробовой тишине мы стоим друг напротив друга. Впервые за все последние дни я не думаю ни о чем. Ни о своем отце, ни о Денисе Фролове.

Где-то под кожей шевелится страх, но я гоню его.

— Еще рано паниковать, — убежденно говорю маме.

Рухнув на диван, она упирается локтями в колени и накрывает ладонями голову.

— Не надо было оставлять ее одну…

— Это я виновата, — прикладываю ко лбу ледяную ладонь. — Я ее отчитала…

— Мы обе виноваты… — всхлипывает она.

Прикусив до боли губу, я смотрю в окно. Мои плечи напряжены так, будто на них давит космический корабль. Я чувствую, что деревенею.

— Я поеду к Камиле… — говорю хрипло. — Сама с ней поговорю. А ты оставайся дома, вдруг она вернется…

— Позвоню Аничковым… — кивает мама.

Выйдя на улицу, я забываю застегнуть куртку и надеть шапку.

Ветер треплет мои волосы и бросает их в лицо. Дом Камилы в десяти минутах ходьбы, но я не чувствую холода, когда звоню в домофон.

Я не хочу пугать ни Камилу, ни ее родителей, но когда они видят растрепанную и запыхавшуюся меня, округляют глаза. Подруга моей сестры тоже впадает в панику, и это не то, что мне нужно! Но мы все дико нервничаем, когда я сажусь напротив нее, чтобы “поговорить”.

Камила — лучшая подруга Василины, а это значит, что она делится с ней всем.

— Ты точно не видела ее сегодня? — спрашиваю девочку.

Та теребит кончик своей косы и испуганно смотрит на мать.

— Все нормально, — та гладит ее по плечу. — Если ты соврала, я не буду ругаться.

— Но я не видела… — восклицает та. — Она мне не писала. Еще со вчера.

— Со вчерашнего дня, — поправляет она ее.

— Со вчерашнего дня… с ней что-то случилось? — лепечет.

— Нет! — обтираю о джинсы мокрые ладони. — Просто у нее телефон сел. И мы не можем до нее дозвониться.

Я прячу глаза от хозяйки этого дома. Если я увижу в них осуждение себя или своей мамы, взорвусь.

Прокручивая в голове все, что творила Васька в последнее время, осторожно спрашиваю Камилу:

— У нее новая подруга? Она, кажется, живет где-то за Литейным заводом?

Насупившись, та смотрит на свои разноцветные носки.

— Ты знаешь эту девочку? — мягко теребит ее мама.

Дуя щеки, Камила молчит, а потом с обидой бросает:

— Это Эля какая-то там Шестакова из восьмого. Лина теперь постоянно с ней болтает по телефону.

— Из восьмого? — удивляюсь я.

Старше на год!

— Угу…

— У тебя есть ее телефон?

— Нет, — дует Камила губы.

Мне хочется материться.

Выскочив на улицу, я вызываю такси и прошу маму найти номер этой Эли, пока сама еду на Литейный. Через полчаса у нас есть номер Васькиной подруги и ее матери.

— Она не знает, где Эля… — голос мамы срывается. — Она мать-одиночка, за девочкой приглядывает бабушка, пока Татьяна на работе. Бабушка видела, как девочка села в какую-то машину. Они ее с пяти часов ищут.

Меня обдает холодом с головы до ног.

Все это вдруг превращается в один большой кошмар.

В доме Эли Шестаковой настоящий дурдом.

Ее мать переворачивает шкаф с одеждой и вытряхивает ящики. У нее нет паролей от соцсетей дочери, а Василине мы вообще запретили их иметь! Если они у нее есть, то я об этом не знаю.

Сидя за компьютером девочки, я пытаюсь подобрать самые простые пароли, включающие дату ее рождения и прочую банальщину, но все без толку.

У меня в висках долбят молотки.

Через полчаса я прихожу к выводу, что не знаю, что мне делать!

Уже почти десять вечера.

Мы должны найти их сегодня. В ближайшее время. В ближайший час. Или два. Может, у нас вообще времени нет.

От паники по моей спине течет холодный пот.

Я думаю о том, чтобы поехать в полицию и сколько это займет времени. Я отправляю в полицию маму, а сама делаю то, на что в обычный день никогда, ни при каких обстоятельствах не пошла бы.

Отыскиваю в телефонной книжке единственный номер, который приходит в голову.

С колотящимся сердцем я жду, пока идут бесконечные гудки. Боясь, что меня проигнорируют, я зажмуриваю глаза так, что слипаются ресницы.

Может быть, он со своей девушкой. Сегодня суббота. Мне ничего от него не нужно, только помощь. Я испеку ему торт, сделаю минет без обязательств, все, что он захочет, только бы он мне помог.

— Да? — хрипловатый голос в трубке.

На коже взрываются мурашки.

Я глотаю слезы и, молча, дышу в трубку.

— Карина.

— Я бы ни за что не стала тебя беспокоить, — выпаливаю ему. — Но мне очень нужна твоя помощь…

Глава 26

Карина

Мне кажется, что если буду стоять на месте, из меня выскочит душа, поэтому кружу вокруг фонарного столба, утаптывая снег и всматриваясь в полупустую дорогу перед собой.

С собой у меня ни перчаток, ни шапки, только телефон, который я сжимаю в ладони, как церковную свечку. Я уже не знаю, кому должна молиться, богу или человеку, которого жду как манны небесной.

Это странно, неправильно, но я жду его с ощущением, что даже его присутствие в данную минуту рядом снизит мою панику с тысячи пятисотого уровня до чуть менее кошмарного. Его присутствие успокоит меня, черт возьми. И это неправильно.

Я не должна этого чувствовать. Он не мой парень. Даже не мой друг. Может быть, я предложу ему дружбу, если только этот день не закончится каким-нибудь кошмаром.

Втягиваю в себя воздух вместе с запахами улицы, когда на горизонте появляются очертания знакомого черного внедорожника с наглухо тонированными стеклами.

Мое сердце начинает биться чаще, пока громадный красавец приближается, а потом тормозит рядом.

— Мне нужен пароль от этой соцсети… логин, это номер телефона… — слышу, пока карабкаюсь в машину. — Да, то есть взломать…

Денис трогается, как только я захлопываю дверь.

Наши глаза встречаются, и я одними губами беззвучно говорю:

— Привет.

Денис быстро кивает.

Я знаю, что выгляжу растрепанной, но мне не до прически, а он… он выглядит чертовски съедобным.

На нем расстегнутая парка, под которой футболка и спортивные штаны. Его волосы взъерошены. Он направлялся в спортзал, когда я позвонила. Он единственный человек из моих знакомых, который проводит вечер субботы в спортзале, но я уже знаю, что это очень на него похоже. Чертова дисциплина! Иначе на его животе не было бы идеальных кубиков, от которых у меня собственный живот дрожит.

Вслушиваясь в разговор, грею дыханием окоченевшие руки.

Меня потряхивает от холода.

На том конце провода что-то активно тараторит мужской голос.

Рука Дениса взмывает к панели с жидкокристаллическим дисплеем, и через секунду мое лицо и ноги обдает горячим воздухом, от которого на щеках покалывает кожа.

— Ты говорил, что у тебя на Кипре какой-то спец… — продолжает он разговор. — Я и не предлагаю бесплатно. Пусть скажет, сколько заплатить? Это нужно прямо сейчас…

Я отправила ему все, что нашла. Айпи-адреса, номера телефонов, имена и фамилии.

Пока я копошусь, машина минует светофор и сворачивает на парковку перед местным мини-маркетом.

— Да… Деньги сейчас переведу. Пусть поднапряжется. Если надо, доплачу, — говорит он, одной рукой паркуя машину, второй держа у уха телефон. — Жду.

Деньги. Черт. Я об этом не думала.

Я вряд ли смогу вернуть ему деньги. Я должна об этом сказать, хоть и уверена, что мои деньги ему до лампочки, и в ответ он разве что закатит глаза.